Дворник
Шрифт:
На этих будоражащих размышлениях о теориях заговора я и уснул. Хорошо тут спится, одеяло что ли какое-то особенное. Или подушка.
Глава 3. Любопытные призраки
– Подъём симулянт! Утро, типа, пришло! Солнышко встало!
Я открыл левый глаз, затем невероятным усилием – правый. Оу, щит! Только не это!! Может показалось? Но, не-е-ет. Надо мной нависла до безобразия довольная Акане. Так, сколько там натикало? Блин стрелка ДАЖЕ ДО СЕМИ не доползла!!! Убью её сейчас!
А семпай, лучась энтузиазмом аки солнышко не прекращала продолжать, – нас ждут великие дела!
– Не хочу! Я еще больной! – попытка натянуть на голову ничем не помогла. – До обеда так точно!
– Я тебя уже выписала! И шмотки, типа, забрала! Твоя сэмпай [1] позаботилась о тебе! – с этими словами она сдернула меня со всем постельным бельем прямо на пол.
– Эй! Это было больно! – поднявшись я потер пятую точку и огляделся в поисках одежды. Хорошо хоть в пижаме больничной был. А если бы голый?
1
Сэмпай – букв. «товарищ, стоящий впереди» из ниппонского. Или попросту старший ученик наставляющий младших (кохаев) в боевых искусствах.
– А будет ещё больнее, типа! Тяжело в сражении – легко в поражении! – Акане чуть покраснела, видимо до нее тоже дошла пикантность ситуации.
– Начальница, как-то не так эта поговорка раньше звучала!
– Да мне пофиг! Быстрей давай! Копуша!
Мдя. Акане это реальный крышеснос. И ведь действительно не отстанет, пока своего не добьется. Эта её черта характера была известна всей Макадемии. Та ещё, блин, упёртая коза.
Подняв рюкзачок с одеждой, принесенный девушкой, я накинул куртку прямо поверх больничной пижамы и засунул ноги в ботинки. Остальное представляло собой рваное тряпье, которое было проще выбросить, чем чинить. Интересно что стало с моей комнатой? Как-то уже прикипел душой к своему домику и не хотелось бы увидеть руины.
Акане, заценив сии душевные терзания, хмыкнула и добавила, – Да не парься ты! Там только мебель пострадала и немного барахло. Все в порядке, типа!
Достала она меня уже с этим "типа". Но, на душе стало спокойнее. Закинув изрядно облегчившийся рюкзак на плечо, я с готовностью во взоре посмотрел на начальницу. Та в ответ мотнула головой, мол топай за мной, и мы вышли из палаты. За дверью оказался светлый коридор, с рядом белых дверей. Всё в нём мне было знакомо до зубовного скрежета. И серая, местами с трещинами, мраморная плитка, и широкие окна и длинные плафоны под потолком, так похожие на люминесцентные лампы моего родного мира. А чего удивляться то? Сколько здесь провел времени, даже ума не приложу. Как вспомню, так вздрогну, все то количество пройденных исследований и процедур. Врачи справедливо подозревали что злополучный ритуал не мог пройти для меня бесследно. И были, таки, правы. Случился я, единственный и неповторимый. Но, тсс, это тайна!
Дальше, выйдя из корпуса, мы отправились не в сторону моего домика, а прямиком в студенческое общежитие.
– Не кривься, поживешь там пока, – прокомментировала Акане мою недоуменную физиономию.
– Пока, типа, все не отремонтируют. Месяц, другой…
– Не понял, ты же говорила, там только мебель поменять?
– Ну… Мебель, да, – она остановилась, и потупив глаза, этак задумчиво зашаркала ножкой, изображая смущенную малолетку.
– Так что
– Поломалась, не только мебель..
– Так что еще, то? – я чуть ли не рявкнул, начиная терять терпение.
– Крыша, типа.
– Крыша?
– И второй этаж, – буркнула девушка и чуть порозовев отвернулась.
– Э… Этаж??? А с ним что случилось? – Мое удивление стало столь густым, что его можно было намазать на бутерброд.
– Я с ним случилась! – наконец выдавила она, – Вернулась с ремкомплектом для поливалки и увидела взрыв. Естественно слегка занервничала. Ринулась тебя спасать. И снесла ненароком крышу и часть второго этажа. Смотрю, уже глазки закатываешь, типа всё, отбегался. Дальше всё стандартно – замотала в кокон и прямиком в больницу. Вот так.
– Акане! – я взял девушку за плечи. Она было чуть напряглась, но я уверенно повернул её к себе и обнял.
– Акане, спасибо! Ты настоящий друг!
– Друг? – девушка отстранилась и недоуменно посмотрев на меня, спросила вновь: – Друг!?
– И даже – единственный друг! – улыбнулся я ей. – Ведь ты меня спасла, а так поступают только настоящие друзья, правда!?
– Ну, да, – неуверенно произнесла она. – Но у меня никогда не было… Друзей!?
– Именно! Только настоящий друг может уничтожить твой любимый дом, вместе с потом и кровью заработанным ноутом, спалить одежду и покуситься на святыни!!! Недаром говорят – зовется другом, а обирает кругом! – тут меня, каюсь, затрясло от накопившихся эмоций. Вот оно оказалось как! Погром то весь из-за начальницы! Вот что ей в где-нибудь в другом конце Макадемии не сиделось?
– Чтооо?! На какие еще святыни? – пискнула от неожиданного поворота в, казалось, мирной беседе, Куроки.
– На телефон и мои журналы-ы!!!! Да и хрен бы с этими журналами, но недавно купленный смартфон! Со всеми контактами и записями!
– Алекс! Прости! Прости! Прости! – зачастила Акане, заглядывая мне в глаза, всем видом изображая невинную кошечку. Даже лапки умильно сложила на груди, – Как лучше хотела!
Вот что за человек, а? Вроде и старше меня и одаренная не из последних, а реально напоминает мне школьницу младших классов. Эмоциональная сфера застряла где-то на уровне подросткового возраста. Надо как-нибудь к ней в гости напроситься что-ли. Чувствую на стенах будут плакатики с волшебными единорогами и прекрасными принцами. И это взрослая женщина!? Может здесь все такие? Эхе-хе..
– Ладно, проехали. Хотела как лучше, а получилось как всегда, – припечатал я, – Пошли давай, куда ты там хотела отвести?
Акане, после моих слов, «отвисла» и бодро зашагала дальше, явно что-то для себя обдумывая. Ой-ёй, оно еще и думает. Точно не к добру.
Добравшись наконец до общаги, мы узнали, что комендант еще не появился. А с чего бы ему появляться в полвосьмого то утра? Я бы на его месте вообще к обеду только подходил. Девушка недовольно фыркнула, но оставила ситуацию без комментариев.
Я сбросил рюкзак со шмотьем под стойку администратора и завалился на диван, одиноко стоявший в фойе. – Придется подождать, – удачно переведя зевоту в широкую улыбку, сказал я. Но голос меня выдал.
– Да фиг тебе, соня. Идем к ректору, на учебу тебя определять будем, – обломала меня начальница.
– Упс! – она зажала себе рот обеими руками, посмотрев на меня ошарашенными глазами. – Алекс ты меня извини, эту новость ректор должен был тебе лично сказать! Не выдавай меня пожалуйста!