Двойник
Шрифт:
Ванна, гребенка и туалетные принадлежности помогли мне быстро вернуть свой респектабельный вид.
Сидя на кровати, я ожидал Билли, тоже приводившего себя в порядок. Затем мы вместе спустились в гостиную, где был сервирован чай.
Минуту спустя вошла Марчиа.
Несмотря на все тягостные переживания, она была свежа, как майская роза, и лицо ее сияло необычайной красотой.
Билли до того был поражен ее прелестным видом, что самым откровенным образом выразил ей свое восхищение.
— Черт возьми,
Марчиа очаровательно рассмеялась и подошла ко мне. В ту минуту же раздался стук в дверь, и вошедший лакей доложил о приходе Гордона.
— Я уже знаю о ваших похождениях, — заявил он, входя, — и одобряю их! Я встретил Вильтона в вестибюле.
— Почему же он сам не пришел сюда? Мы ждали его к чаю!
Гордон покачал головой.
— Вы его не дождетесь! Он только просил поздравить вас от его имени.
— Меня поздравить? — удивился я. — Но с чем?
Гордон принял от Марчии чашку чая, уселся в кресло и сказал:
— По всей вероятности, с довольно крупной цифрой наследства!
Мы смотрели на Гордона с явным удивлением.
— Вы помните, мистер Бертон, прекрасный совет, который дает нам Евангелие: «Ищите друзей вне богатства и вне несправедливости!» Так вот, сами того не зная, вы поступили именно так! Все, поразившие нас документы, с которыми Мильфорд явился в суд, то есть бумаги, адресованные Хорсфоллу, были ничем иным, как исповедью Норскотта, и как бы его завещание… Он все свое состояние оставил вам, мистер Бертон!
Я привскочил от изумления.
— Вы шутите, черт возьми!
Гордон покачал головой.
— Я шучу только в стенах городской думы!
— Зачем же… — начал было я, но Гордон остановил меня жестом руки.
— Насколько я понимаю, — продолжил он, — Норскотт успел убедиться, что именно Мориц Фернивелл выдал его. Поэтому он не хотел, чтобы тот, как ближайший родственник, получил его состояние. Норскотт подробно и откровенно изложил это в своей бумаге, которую послал Хорсфоллу, и приложил записку, в которой просил вскрыть пакет только в случае его смерти…
— Но при чем тут завещание, — прервал я его.
— А! — небрежно бросил Гордон. — Подробно многим отъявленным негодяям, Прадо был слегка фаталист! Он словно предчувствовал, что дни его сочтены, на это он даже намекает в завещании. Ведь в записке к Хорсфоллу, им ясно сказано, что если меры, принятые им из предосторожности, окажутся тщетными, он оставляет вам все свое состояние на тот невероятный случай, если вы его переживете! В противном случае, состояние его пошло бы на благотворительные цели!
— Значит, Морицу ничего не достанется?
— Ни ломанного гроша! — весело ответил Гордон. — Если он окажется в стесненных обстоятельствах, то завещатель советует
— Но будет ли это завещание иметь законную силу?
Гордон пожал плечами.
— Я полагаю, что да! — ответил он. — Относительно ваших Южно-Американских друзей вам тоже нечего беспокоиться: она сегодня утром уже отбыли из Англии! Я мог бы распорядиться, чтобы их арестовали по ту сторону океана, но думаю, что лучше оставить их в покое.
Кивком головы, я выразил свое согласие.
Гордон посмотрел на часы, торопливо встал и взял шляпу с перчатками.
— В три четверти шестого мне уже надо держать речь в палате, — сказал он, — а теперь, уже без десяти шесть. До свидания! Приходите ко мне завтра утром: мы разберемся во всех делах.
— Пятьдесят тысяч фунтов стерлингов! — воскликнул Билли, когда дверь за Гордоном закрылась. — Черт возьми, у меня даже голова закружилась, когда была назначена сумма состояния, оставленная вам в наследство!
— Да, это внушительная сумма, — согласился я. — Видишь, дружище, я был прав, когда говорил, что дом Норскотта еще принадлежит мне. Пойдем, Билли у нас масса дел до обеда!
— Масса дел, — с укором повторил Билли. — Вы забываете, Джон, что теперь вы принадлежите к классу бездельников!
— Не бойтесь, этого никогда не будет! — решительно заявил я. — Сегодня вечером мы все трое будем обедать в Парк-Лэйне!.. Что вы на это скажете, Марчиа?
Девушка задумчиво кивнула головой.
С того момента, когда Гордон сообщил неожиданную весть о завещании, она странно стала молчаливой.
— Надо знать Трэгстокам, — обратилась она ко мне. — Ведь я ушла рано утром, тотчас же после завтрака.
— Пошлите им лучше телеграмму, — посоветовал я, — и скажите, что будете к десяти. Мы могли бы позвонить им по телефону, но такое положение не совсем удобно объяснять по телефону.
Машина бесшумно остановилась перед Ламмерсфильд-Хоуз!
Я совершенно упустил из виду, что сейчас был самым популярным лицом в Англии, и это едва не привело к нежелательному инциденту.
Когда я выскочил из машины, чтобы помочь Марчиа сойти, какой-то молодой человек в синем костюме, стоящий на тротуаре, вдруг подскочил ко мне.
Я выкрикнул предостережение Билли и приготовил свой кулак, но незнакомец тотчас отскочил.
— Прошу прощения, мистер Бертон, но дело в том, что я представитель «Дейли-Уайр». Боюсь, что я вас слегка напугал!
— Это пустяки в сравнении с тем испугом, который я чуть было не причинил вам, — был мой ответ.
— Если бы вы только уделили мне несколько минут… — начал он меня убеждать.
— Послушайте, — сказал я, — теперь я занят, у меня гости! Приходите попозже и мы с вами потолкуем!