Двойник

Гриньков Владимир Васильевич

– И давно? – бесцветным голосом осведомился Сергей.

– Что – "давно"? – вжал голову в плечи его собеседник.

– Вы все поняли.

Долгая пауза.

– Не молчать! – У Сергея сдали нервы.

Главбух вздрогнул.

– Примерно неделю назад…

Конечно, он должен был сначала присмотреться. Но почему он терзался несколько дней сомнениями и не поднял тревогу? Может, и сейчас не пикнет? Даст уйти? Может, есть какая-то причина не поднимать шум? Сергей резко встал из-за стола, и главбух

отшатнулся, его лицо исказилось.

– Прошу вас! – выдохнул главбух. – Отпустите меня!

Это было полной неожиданностью для Сергея. Его собеседник, оказывается, и сам испытывал страх. И, похоже, совсем не собирался бежать за охраной.

– Почему вы меня боитесь? – спросил Сергей.

В ответ – только затравленный взгляд насмерть перепуганного человека. Сергей обошел главбуха кругом и оказался между ним и ведущей в приемную дверью. Теперь он был хозяином положения.

– Сядьте, – сказал властно, и главбух упал на край стула. – Вы правы, я не Александр Аркадьевич. Но действую согласно его указаниям.

– Да, да, я это понимаю!

– Он сам попросил меня об этом.

– Да, да…

– Да прекратите вы! – рявкнул Сергей и склонился над собеседником.

А тот смотрел на него остановившимся взглядом, будто уже приготовился к скорой и неминуемой смерти.

– Так надо! – веско сказал Сергей.

– Я ничего не хочу знать, – пробормотал главбух. – И ни во что не хочу вмешиваться. Дайте мне уйти, умоляю вас.

А ведь он мог бы сдать Сергея раньше. Предположим, еще вчера, обнаружив, что "лжебосс" даже не может как следует расписаться. Но он этого не сделал. Значит, верит в то, что все организовано самим боссом.

Напряжение еще не отпускало Сергея, но страх разоблачения уже отступил.

– Не надо меня бояться, – покровительственно сказал он и на всякий случай добавил: – С Александром Аркадьевичем все в порядке.

Он увидел, как бухгалтер метнул ему в лицо недоверчивый взгляд, и тут его осенило, что собеседник уже выстроил какую-то свою версию происходящего. Там, в его представлениях, все было страшно и кроваво. Вполне возможно, что бывший босс виделся главбуху задушенным или расчлененным, во всяком случае – неживым. Злые дяденьки расправились с бедолагой и замуровали труп в бетон, а на место босса посадили своего человека, который в силу необъяснимых причин имеет с покойным поразительное сходство. Сергей представил цепочку главбуховских умозаключений, и ему стало нехорошо.

– Вы не должны думать ничего дурного, – сказал он.

Обязательно надо объяснить, и сделать это правдоподобно, собеседник до смерти перепуган, и неизвестно, на что может решиться этот человек, находясь в таком состоянии.

– У Александра Аркадьевича возникли проблемы, – продолжил Сергей. – Некоторое время назад. Я не знаю, делился ли он с вами…

По

глазам видел – не делился, конечно. Но что-то все-таки мелькнуло во взгляде, надо было только расшифровать что.

– И тогда понадобился я. Двойник – слышали, наверное, о подобных вещах? Некоторое время я буду замещать Александра Аркадьевича. И у меня к вам просьба – делайте вид, что ничего не происходит. Хорошо?

Главбух кивнул и тут же спросил:

– Как долго?

– "Долго" – что?

– Вы будете замещать Александра Аркадьевича.

– Пока это будет необходимо.

Хороший ответ. Сейчас чем неопределеннее, тем лучше.

Бухгалтер вздохнул и опустил глаза.

– Что-то не так? – осведомился Сергей, демонстрируя спокойствие и уверенность.

– Я прошу меня уволить.

– Это надо согласовать с Александром Аркадьевичем.

– Я прошу меня уволить!

– Ну что за истерика? – поморщился Сергей.

Его собеседник, похоже, и сам устрашился собственной дерзости, вжал голову в плечи, и его лицо исказила гримаса – как будто он собирался заплакать.

– Я давно почувствовал, что дела плохи, – едва слышно пробормотал он. – Вы думаете, я ничего не видел? Это же было ясно! Всем! Мне, во всяком случае!

– Что было ясно?

– Что начинается черная полоса, и всем нам несдобровать. Я же знал, что будет стрельба! И не собираюсь подставлять голову…

Главбух захлебнулся и замолк. Вот что было в его взгляде такое, что Сергей не сразу смог расшифровать: когда Сергей рассказывал о том, что произошло, его собеседник сопоставлял услышанное с чем-то, что было известно лично ему, и, видимо, все или почти все совпадало. Он узнавал ситуацию, начинал верить – и это прочиталось в глазах.

– Какая стрельба? – мягко спросил Сергей. – О чем вы?

– Разве на вас не покушались?

– А вы что-то об этом знаете? – удивился Сергей.

Он-то ни словом не обмолвился о случившемся.

– А вы думаете, подобное можно утаить? – вопросом на вопрос ответил собеседник. – Когда я услышал, что в вас стреляли, – сразу понял, что к чему. Да, вы – двойник. Но вы думаете, я поверю, что вы нужны только для того, чтобы подписывать бумаги в отсутствие шефа?

– Для чего же еще?

– Вы действительно не понимаете? – подозрительно посмотрел на собеседника главбух.

Сергей замешкался, не зная, что ответить.

– Не знаете, – оценил главбух. – Что ж, тем хуже для вас.

Сейчас Сергей не ощущал угрозы со стороны своего собеседника. Никто не собирался выдавать его охране.

– Кто вы?

– Я?! – опешил Сергей.

– Да. Откуда вы взялись?

– А зачем вам это?

– Вы – родственник Александра Аркадьевича? Хотя, – главбух махнул рукой. – Какой там родственник.