Двойник

Гриньков Владимир Васильевич

Помолчали.

– Может, у знакомых твоих есть вакансии? – спросил Сергей после паузы.

– Серега! – с чувством сказал Сибирцев. – Где места более-менее нормальные, там очередь стоит, причем из родственников и знакомых, а место ночного сторожа тебя вряд ли устроит, я думаю.

– Так может сложиться, что еще и устроит.

– Вот тогда и приходи, – сказал Коля. – Выгоним какую-нибудь бабку, тебя на ее место поставим.

Но тут он спохватился, поняв, что шутит очень нехорошо, обошел стол

и похлопал Сергея по плечу.

– Да не вешай ты нос! – посоветовал.

А советы эти были Сергею до лампочки. Оставалось только откланяться.

За неделю он не нашел ничего. Предлагали какую-то работу, но зарплату называли такую, что лучше дома сидеть – хотя бы на общественном транспорте сэкономишь.

В один из вечеров к Сергею приехал дядя. Вошел в квартиру, излучая покой и респектабельность, поинтересовался:

– Ты один?

– Один.

– Вот и хорошо. Поговорить с тобой хотел.

А сам внимательно всматривался в лицо племянника, будто хотел рассмотреть что-то невидимое.

– О чем поговорить, Виталий Алексеевич?

– О тебе. Есть возможность заработать деньги, – дядя подумал и поправился: – Большие деньги. Как у тебя сейчас с деньгами?

– Плохо.

– Плохо – это хорошо, – скаламбурил дядя. – Ничего, через пару месяцев ты узнаешь, что значит быть по-настоящему богатым.

ГЛАВА 4

Все случилось именно так, как Виталий Алексеевич и предполагал. Когда он посвятил Сергея в свои планы – тот потерял дар речи. Конечно, понимал, что дядя не шутит, но и поверить в реальность происходящего еще не мог.

– Пустячное дело, – на всякий случай сказал Виталий Алексеевич. – А деньги получаем большие.

Выразительно посмотрел на племянника – соглашайся, мол, лови за хвост птицу удачи, не каждому в жизни так фартит.

– Это невозможно, – пробормотал Сергей.

Дядя прекрасно его понял, но сделал вид, что не уловил истинный смысл сказанного. Пожал плечами и произнес с беспечным видом:

– Ну почему же невозможно? Плохо ты меня знаешь. Я тебе такое лицо вылеплю – не отличить от прототипа.

– Я не о том, – поморщился Сергей. – Это же какая-то жуткая история. Криминал.

– А криминала как раз и нет. Человеку нужен двойник. Ну вот хочет он так – имеет право? И ты, предположим, готов этим самым двойником стать – тоже имеешь право. Ведь так? Твое лицо – твоя собственность. Что хочешь, то с ним и делаешь. Ну и где же здесь криминал?

– А разве вы не чувствуете?

Виталий Алексеевич вздохнул.

– Сережа, иногда на какие-то несуразности надо уметь закрывать глаза. Особенно если тебе за это платят большие деньги. Ты что, думаешь, я ничего не понимаю? Он же хочет исчезнуть! Кого-то оставить в дураках! Но мне что за забота?

Компаньона ли он подставляет или деньги кредитору не хочет отдавать – ну и что? Это его личные проблемы. Я сделаю ему операцию – мы уже с ним договорились, – и у него будет совершенно новое лицо. Но эти недели, пока он будет приходить в себя, кто-то должен вместо него покрутиться в городе, чтобы никто до поры не догадался, что он исчез. И двойником я предлагаю побыть тебе, – дядя придвинулся к племяннику, заглядывая Сергею в глаза. – Пятьдесят тысяч долларов, Сергей! Давай возьмем эти деньги и поделим! Не будем отдавать на сторону. Если твоя физиономия тебе так уж дорога, после всего я снова сделаю тебя прежним – но не выпускай из рук этих денег!

– Так ведь грохнут! – не выдержал Сергей. – Вы разве не понимаете?

Виталий Алексеевич покачал головой.

– Нет, не грохнут. Я уже все продумал. Он же у меня в клинике будет лежать. Я буду и операцию проводить, и наблюдать за ходом выздоровления – все под контролем. И когда наш клиент будет готов покинуть клинику и начать новую жизнь – ты исчезнешь. Я дам тебе знать, и ты заляжешь на дно. Уедешь в другой город, имея кучу денег. Тебе есть что терять в этом городе?

– Нет, – сказал Сергей.

– То-то и оно. Иногда надо уметь менять жизнь – круто, одним махом. Кто этого не умеет, тот всю жизнь не живет, а мучается.

Виталий Алексеевич говорил очень уверенно. Так уверенно говорят только те, кто действительно имеет на это право, кто благополучен и уже чего-то добился в жизни.

– Я мог бы подыскать на роль двойника другого человека, но не хочу этого делать. Во-первых, есть желание помочь тебе, во-вторых, лучше бы все решить по-родственному, чтобы все было шито-крыто.

Повисла долгая пауза. Сергей не мог сказать ни «да», ни «нет».

– Ты подумай, – сказал наконец дядя. – До завтрашнего утра. Одна только просьба – никому ничего не говори, ни друзьям, ни родителям.

А вот еще родители, вспомнилось Сергею. С ними-то как же?

– Ничего им не говори! – жестко повторил Виталий Алексеевич. – Это не твоя тайна и не моя тайна. Так что держи язык за зубами. Потом, когда все закончится, сможешь своим все объяснить. – Дядя поднялся, показывая, что разговор закончен.

Сергей проводил гостя до двери.

– Думай! – наставительно сказал Виталий Алексеевич.

Ночью не было сна. Сергей даже не пытался ложиться, сидел у окна, бездумно вглядываясь в темень ночи. Утром, едва забрезжил рассвет, он встрепенулся. Набрал номер телефона Виталия Алексеевича и, когда дядя ответил, сказал:

– Но только чтобы потом вы сделали меня прежним!

Пауза и после нее – короткий вопрос:

– Значит, согласен?

– Согласен, – ответил Сергей.