Шрифт:
Глава первая
Берт
Строго говоря, ничего особенного в случившемся не было. И позднее я пыталась втолковать это полиции. Когда у вас есть сестра-близнец, такого рода происшествия – дело обычное. Какой-нибудь тип, которого вы сроду в глаза не видели, вдруг подходит и принимается болтать, будто вы с ним старые друзья.
И как прикажете поступать в таких случаях? Ну, если вы с сестрой близняшки – улыбнетесь и будете держаться как можно приветливее. Причем сразу и ни секунды не колеблясь.
Знаю-знаю, всех особей
Да-да, совершенно верно – Нэн и Берт. Матушка назвала нас в честь той самой парочки из телесериала «Близнецы Боббси». Правда, там фигурировали мальчик и девочка, но мама не могла позволить, чтобы подобный пустяк помешал реализации ее замысла. Так что когда вместо запланированного разнополого потомства родились две девочки, матушка не мудрствуя лукаво удлинила одно из выбранных имен – из Берта сделала Бертрис.
И тут же все стали называть меня Берт – для краткости. И то слава богу.
Помнится, я лишь однажды пожаловалась маме по поводу своего имени – это было лет в тринадцать, когда меня вообще раздражало все на свете. В ответ мама невозмутимо напомнила, что могла бы окрестить меня в честь девчушки из младшей парочки близнецов Боббси – Пипины.
Что-что, а убеждать матушка всегда умела.
Как и с этим самым «Криминальным вестником», о котором я упоминала. К тому времени, когда мама закончила просвещать нас, мы с Нэн уже не сомневались, что та дамочка на обложке счастливо избежала бы всех этих красочно изображенных ужасов, воздержись она от разговоров с незнакомым мужчиной.
В общем-то надо отдать маме должное – она была права. Но хотя я вовсе не любительница завязывать беседу с кем попало на улице, к несчастью, в то же время отлично знаю, что моя сестрица Нэн способна выйти из себя, если вдруг я ненароком отошью какого-нибудь ее кавалера, которого она, выражаясь ее словами, окучивала несколько месяцев кряду.
Вот почему я давным-давно решила для себя, что у меня куда меньше шансов столкнуться с потенциальным кровожадным маньяком из «Криминального вестника», нежели случайно повстречать потенциального суженого Нэн.
А еще я давно решила, что лучше уж иметъ дело с кровожадным маньяком, чем с моей сестрицей, когда она не в духе.
Обо всем этом я так долго рассказываю, чтобы вы поняли, почему в тот ясный, солнечный четверг октября, когда совершенно незнакомый мужчина в сером пальто подошел
Никакого страха я не испытывала.
– Эй, привет! – бросил он.
У перекрестка, дожидаясь зеленого сигнала, толпился народ, взгляд мой был прикован к светофору, так что я даже не сразу сообразила, кто говорит.
– Знаешь, я так рад тебя видеть. – Тут я поняла, что голос принадлежит стоящему рядом бородатому незнакомцу, который взирал на меня такими пронзительно голубыми глазами, что Пол Ньюмен помер бы от зависти.
Прежде чем отозваться, я окинула говорившего долгим, пристальным взглядом. Во-первых, дабы удостовериться, что действительно его не знаю.
Так оно и было – не знала.
А во-вторых, дабы получше запомнить и потом описать его Нэн. Вот насколько я была убеждена, что меня перепутали с сестрой.
В тот вечер мы с Нэн собирались поужинать у нее дома. Если, конечно, называть ужином то, что мы собирались съесть. Торчать у плиты ни одна из нас не желала, а посему было решено, что по пути я заскочу в «Макдоналдс». Я отлично понимала, что, если не сумею представить Нэн детального описания этого Как-Вас-Тама, ей ничего не стоит подмешать в мою колу летальную дозу чего-нибудь этакого.
Так вот, пялилась я на него, значит, пытаясь сообразить, на кого из кинозвезд он похож, однако помимо упомянутых прекрасных глаз, голубее, чем у Пола Ньюмена, на ум никто не шел. И это меня удручало. Потому как Нэн – из тех людей, кто проводит слишком много времени в кинотеатре или перед экраном телевизора. И всех встреченных на своем жизненном пути она неизменно оценивает на предмет сходства с теми или иными актерами и актрисами. Нет, серьезно! Послушать Нэн – так весь мир состоит из двойников кинозвезд.
Не в силах сообразить, кого из актеров напоминает этот парень, я постаралась четко зафиксировать в мозгу его светлый образ. Так-с, дайте сосредоточиться… Росту в нем было шесть футов два дюйма, темно-каштановые волосы, широкоплечий… ну да, и все те же упомянутые выше голубые-преголубые глаза. Загорелый, с аккуратной бородкой и сеточкой морщин вокруг глаз. А это значит, что ему с равным успехом могло быть лет двадцать пять и он плохо переносил солнце – или же сорок, и при этом он каким-то образом умудрился сохранить прекрасную физическую форму. Впрочем, незнакомец тянул на любой возраст между двадцатью пятью и сорока. С этой его бородкой, закрывающей часть лица, трудно было сказать точнее.
Помимо серого пальто, на мужчине были серые фланелевые брюки, голубая – под цвет глаз – рубашка, пиджак цвета морской волны и красный галстук с диагональными полосками в тон пиджаку.
Судя по первому впечатлению – вылитый банкир.
Причем банкир, который с легкостью мог бы войти в мой персональный список «Десять самых красивых мужчин, с которыми я никогда не встречалась»:
Списочек этот, между прочим, возглавляет Мэл Гибсон.
– О-о, – неуверенно протянула я. – Привет.