Двуликая

Блэр Эльфрида

Приёмный отец обучил его всему что знал сам: сражение на мечах, рукопашный бой, развитие магического дара и познание азов магии.

Когда они занимались магией, Шелдн не мог понять, какая сила заключена в мальчике. Однажды, Рэдман погрузился в медитацию. Он изучал эту науку и из книг узнал, что именно погружение в свою силу, раскроет все тайны магии. Мужчина не знал, что произошло и не мог найти объяснение тому, что случилось. Принц слишком долго находился в трансе, когда его сила начала выходить из него и прочным куполом скопилась возле парня. Чёрный дым скрывал фигуру парня, а когда мужчина попытался подойти к нему,

черная магия взбунтовалась. Оно было словно живое. Оно защищало своего хозяина даже от его близких. В тот момент Шелдн понял, что он истинная тьма. Тьма, которая является родоначальником всего живого. Истинная тьма была лишь легендой Тёмного Мира и её считали лишь сказкой, думая, что их мир создал некий дух, имя которого неизвестно по сей день.

— Я знаю кто я, — как-то раз сказал Рэдман.

Шелдн тогда несколько месяцев искал хоть какую-нибудь информацию об истинной тьме. Но нашёл лишь то, что ею обладать может не каждый и силы эта несёт лишь смерть и разрушения.

— Откуда? — удивился мужчина.

— Я видел это, когда была медитация. Я не могу тебе сказать, что это и откуда она взялась. — Тихо проговорил он, листая книгу о легенде Тассгада. — Моя мама назвала меня алитэй, перед её смертью.

— Да, я помню это. Слышал пару раз, но так и не нашёл перевода этого слова.

— Я знаю, что это означает.

— Но не скажешь, — устало вздохнул он, закрывая книгу и убирая её на полку.

Искать дальше уже не было никакого смысла.

— Прости отец! — виновато улыбнулся он.

Впервые Рэдман назвал его отцом. Его одолевали смешанные чувства в тот вечер. Ему было приятно и в то же время он испытывал смятение.

Отец? Да, он заменил ему отца и пытался во всем быть примером. Но он даже не думал, что когда-нибудь он назовёт его своим отцом.

Прошло пять лет со дня того разговора. Рэдман всё больше становился похожим на своего отца, но характер был таким же, как и у его матери. Сила его росла, а с ней менялся и наследник престола. Холодный, расчетливый взгляд, на его лице невозможно было прочесть эмоции. Иногда Шелдн не узнавал его. Не узнавал того мальчика, который прибегал с улицы, неся в руках кристаллы и цветы. Ещё в юном возрасте он начал создавать амулеты невероятной силы. Это было его страстью. Каждый день на закате плести амулеты и наслаждаться вечером, любоваться уходящем солнцем, скрывающегося за горизонтом.

А что сейчас? Бесконечная медитация, зубрежка заклинаний и оттачивания приобретённых навыков.

С годами принц начал забывать об обещании вернуть себе королевство и честное имя. Его не интересовала дворянская жизнь. Рэдмана увлекало одиночество, уединение и спокойствие. До поры до времени.

Весь Тёмный Мир сотрясла новость, которая проникла даже в забытые леса и деревни. У короля Мэрдана родился сын. Сын, которого пророчили в будущие короли. Ходили слухи, что у принца уже имелась невеста и встреча их должна была состояться после совершеннолетия. Был ли рад Рэдман? Нет, его сотрясла злость. Узнав эту новость, его тьма начала вырываться из него. Все живое погибало рядом с ним. Он не знал, что делать, он не знал как ему быть. Истинный наследник престола воспрял духом вернуть свое королевство любой ценой.

Шелдн всегда был на стороне своего приёмного сына, как и приёмная мать. Они поддерживали его, уверяли, что помогут ему

вернуть его имя, но они упустили из виду своих врагов.

Как-то на закате, парень гулял по городу, закупая продукты по просьбе его приёмной матери. Большой коричневый колпак скрывал его лицо, а длинная мантия, — тело. На рынке, где продавали фрукты, бездомный мальчишка украл яблоко у одного варха. Заметив кражу, варх нагнал мальчика и схватил за руку. Что-то крича на него, мужчина отвесил мальчику сильную оплеуху, от чего безродный упал на землю и громко заплакал.

Наблюдая за тем, как варх тащит мальчишку к большому пню дабы отрубить ему руку за воровство, Рэдман испытал жалость к мальчику и презрение к мужчине. Мальчик не виноват, что у него нет еды и родителей. Он не виноват, что ему приходится выживать. Когда варх замахнулся мечом, чтобы отрубить руку, Рэдман впервые в жизни вмешался в чужую судьбу. Быстро преодолев расстояние, он перехватил руку мужчины и сжал с такой силой, что послышался хруст сломанной кости, а варх болезненно взвыл.

На Рэдмана напали сзади, но Шелдн тренировал его не зря и тот смог постоять за себя. Одним ударом он отшвырнул от себя какого-то мужчину, одетый, но лишь в широкие штаны. Противник успел задеть Рэдмана и с того слетел капюшон скрывающее его лицо.

Красивое и грозное лицо короля предстало перед вархом. Потеряв дар речи, он смотрел на парня и не мог поверить своим глазам. Сначала он подумал, что это убитый король Дгар, но тот мёртв уже как двадцать пять лет.

Кто же этот юноша так похожий на короля?

Секунда, и Рэдман накинул капюшон на лицо, кинул варху серебряный медяк и скрылся с рынка.

Бездомный мальчик убежал, испугавшись и парень по началу думал найти его и попытаться как-то помочь, но потом отбросил эту мысль. Хватит и того, что он вмешался в его судьбу.

По прибытии домой, он смолчал о происшествии и сделал вид, что ничего не случилось.

Дни шли своим чередом, произошедшее было забыто. Рэдман так же тренировался, помогал Шелдну и его жене по дому и строил планы, как вернуть своё королевство.

Но судьба решила преподнести ему неприятности.

Ночью, когда Рэдман тренировался на берегу реки, оттачивая боевые заклинания, в их дома ворвались. Семеро мужчин, вооруженных до зубов, напали на его семью и с особо жестокостью убили их.

Вернувшись домой, наследник престола увидел погром: на полу валялась разбитая посуда и двое убитых чужака в гостиной. Пройдя в коридор, он увидел своего приёмного отца, лежащего у стены в луже собственной крови. Он был ещё жив.

— Отец! — бескровными губами прошептал Рэдман, зажимая рану Шелдну.

— Р-рэдман. Ты жив, — губы мужчины растянулись в слабой улыбки, и он закашлялся кровью.

— Тише, тебе нельзя говорить, — шептал парень изо всех сил пытаясь залечить рану, но она не заживала.

— Чёрная магия. Твой дядя, чернокнижник, — тяжело дыша, сказал он.

— Мама? — Рэдман с трудом сдерживал слёзы, понимая, что в его отец уже не выживет. Это конец.

— Мне жаль, мальчик мой, — одинокая кровавая слеза скатилась по щеке Шелдна.

— Кто это сделал? — от бессилия прорычал парень, заглядывая в глаза мужчине.

— Сторонники твоего дяди, это они убили твоего отца в день нападения.

— Нам нужно к лекарю, — едва дослушав, Рэдман хотел взять на руки Шелдана, но тот воспротивился.