Дядюшка Робинзон
Шрифт:
Дядюшка вскочил и схватил топор, однако Клифтон удержал его.
— Подождите, дядюшка Робинзон, — сказал он, — я говорил вовсе не о саговых пальмах. Они произрастают в тропических лесах, а наш остров расположен, безусловно, к северу от тропика. Нет! Речь просто-напросто идет о растении из семейства саговых, содержащее вещество, аналогичное саго.
— Ну что же, мсье, мы ему окажем такую же честь, как и самой саговой пальме.
Оставив детей в пещере, Клифтон и дядюшка отправились в лес. Вскоре путь им преградила река.
— Мсье, — сказал дядюшка, останавливаясь на берегу, — неплохо было бы возвести здесь мост, [149]
— Конечно, — согласился инженер, — построим здесь раздвижной мост и дотянем его до левого берега — естественной границы с этой стороны. Нельзя забывать, что река прикрывает нас с севера, по меньшей мере от диких зверей.
— Вне всякого сомнения, — ответил дядюшка, — однако с южной стороны проход для них открыт.
149
Строительство моста через речку было одним из первых дел героев романа «Швейцарский Робинзон».
— А кто нам помешает, — сказал Клифтон, — закрыть проход либо длинной изгородью, либо рвом, заполненным водой из озера? Кто, скажите?
— Только не я, — отозвался дядюшка Робинзон. — Но, пока моста нет, я срублю дерево, по которому мы и переберемся на другой берег.
Через несколько минут Клифтон и дядюшка уже шли по лесу в направлении северо-востока. Фидо, сопровождавший их, часто выгонял из кустарников водосвинок или агути. Дядюшка заметил также несколько стай обезьян, прятавшихся среди ветвей так стремительно, что не было никакой возможности узнать, к какому виду они принадлежат.
Через полчаса спутники вышли на просторную лужайку, где отдельными группами росли деревья, напоминавшие пальмы. Именно об этих пальмах и говорил Клифтон. У деревьев, принадлежавших к семейству cycas revoluta, был прямой ствол, покрытый своего рода чешуйками, и полосатые листья, изрезанные параллельными прожилками. Деревья оказались достаточно низкорослыми и походили на кустарники.
— Вот они, драгоценные растения! — воскликнул инженер. — Именно в их стволах находится питательная мука. Сама природа постаралась, чтобы мы получили ее уже молотой.
— Да, мсье Клифтон, — подхватил дядюшка, — это славный подарок! Что случилось бы с бедолагой, выброшенным на пустынный берег, если бы природа не поспешила ему на помощь? Видите ли, я всегда полагал, что существуют острова, специально созданные для потерпевших кораблекрушение. Мы, безусловно, попали на один из них. А теперь за работу!
Сказано — сделано. Дядюшка и инженер принялись рубить стволы саговников. Затем, не захотев нагружать себя бесполезной поклажей в виде древесины, они решили добывать муку прямо здесь.
Ствол саговника был образован железистообразным волокном. В нем содержалось определенное количество мучнистой сердцевины, перемежавшейся деревянистыми пучками и концентрическими кружк'aми того же самого вещества. К крахмалу примешивался вязкий сок, который легко отделялся при сдавливании. Это ячеистое вещество представляло собой настоящую муку высшего качества. Человек мог утолить голод, съев небольшое количество такого продукта. Клифтон рассказал дядюшке, что японские законы давным-давно запретили вывозить из страны столь драгоценное растение.
После
Эти животные могли превратиться в грозных противников, поскольку были наделены и силой и интеллектом. Встречались ли они когда-либо с человеком? Знали ли, что следует ожидать от этого двуногого существа? Как бы там ни было, они смотрели на идущих мимо Клифтона и дядюшку, извиваясь всем телом и корча рожи. Путники же шагали быстро, не беспокоясь о том, что придется вступить в схватку с опасными животными.
— Мсье, — все повторял дядюшка, — ох и нелегко нам придется с этими весельчаками.
— Действительно, — сокрушенно покачал головой Клифтон. — Какая досада, что обезьяны нас заметили. Только бы они не последовали за нами в пещеру.
— Ну, этого бояться не стоит, — возразил дядюшка. — Им преградит дорогу река. Давайте ускорим шаг.
Спутники шли быстро, стараясь не вызывать раздражение у гримасничавшей стаи, продолжавшей сопровождать их. Время от времени огромный орангутан, видимо вожак, приближался к ним, заглядывал прямо в глаза, а затем возвращался к сородичам.
При этом Клифтон тоже внимательно рассматривал обезьяну. Рост орангутана достигал шести футов. Тело было весьма пропорционально: широкая грудь, голова средней величины с лицевым углом [150] примерно в 65 градусов, округлый череп, крупный, выдающийся вперед нос, мягкая лоснящаяся шерсть — ни дать ни взять совершенный представитель человекообразных обезьян. В глазах орангутана, чуть поменьше человеческих, блестели искорки мудрости. Из-под усов сверкали белоснежные зубы. Довершала портрет небольшая кудрявая бородка каштанового цвета.
150
Лицевой угол — угол, составленный двумя скрещивающимися линиями; одна проходит от точки, расположенной в середине расстояния между бровями, к промежутку между передними резцами, другая — от этого промежутка к наружному отверстию слухового прохода. Во времена Ж. Верна считали: чем острее лицевой угол, тем ниже уровень развития расы.
— Красивый парень, честное слово, — пробормотал дядюшка. — Знать бы его язык! Мы бы славно побеседовали.
Клифтон и дядюшка прибавили шагу и вскоре с облегчением заметили, что обезьяны рассеялись по лесу. Сначала эскорт из дюжины животных сократился до трех-четырех, а затем и вовсе остался один огромный орангутан. Он шел за людьми с непостижимым упорством. Не приходилось даже надеяться оторваться от него, ведь длинные ноги делали из этого «парня» первоклассного ходока.
Около четырех часов Клифтон и дядюшка вышли к реке и без труда нашли место, где их поджидал временный плот. Вопрос, как поведет себя теперь обезьяна, оставался открытым.