Дыхание льда
Шрифт:
– Я дома. Просто не открыла Матвею дверь. Не хочу его больше видеть. Пусть думает что хочет.
– Это правильно, - поддержала меня подруга.
– Ты там держись. Завтра утром я к тебе приеду. Позвоню трижды, чтобы ты знала, что это я.
– Смотри, чтобы никто к тебе на хвост не сел, - сразу предупредила Ляльку.
– Отступать он не намерен, а разговаривать с ним, у меня нет никаких сил, да и желания тоже.
– Да пусть только попробует. Да я ему устрою…
На этой ноте я и попрощалась с подругой. И как раз услышала шум
– Вы заказ привезли?
– Да, - кивнул он.
– Так это мой. Видимо, оператор неправильно номер квартиры записал…
Рассчитавшись, забрала свой заказ и плотно закрыла дверь. А потом полночи пила вино, ела безумно вредную еду, то плакала, то злилась, и спать легла уже под утро.
Разбудил меня громкий стук, разлетевшийся по квартире.
«Матвей… Все никак не угомонится», - со злостью подумала я, переворачиваясь на другой бок и натягивая одеяло на голову. Затем завибрировал телефон, который я и вовсе спрятала под подушку.
Стук стал настойчивее, а потом я услышала вопль Ляльки:
– Лера, это я! Лера!
Подскочив на постели, бросилась к входной двери.
– Мда, - Лялька окинула меня скептическим взглядом, когда вошла в квартиру. – Выглядишь отвратительно.
– Спасибо на добром слове, - пробормотала я и направилась в постель. Вновь укрывшись одеялом, закрыла глаза.
– Ммм, суши, - послышался голос Ляльки.
– О, пицца… Ну, что сказать, как хорошо, что я по дороге заглянула в магазин. Лерка, вставай.
– Отстань, - пробормотала в ответ.
– Вставай! – самым наглым образом одеяло с меня сдернули.
– Так живо в душ и приводить себя в порядок, а пока накрою стол. Надо же нам отметить твою новую жизнь.
– Дай поспать, - захныкала в ответ.
– Марш в душ!
Зная настойчивость Ляльки мне ничего не оставалось, как подняться и, проклиная все на свете потопать в ванную комнату. Водные процедуры явно пошли мне на пользу. Я окончательно проснулась и взбодрилась. Даже настроение стало лучше, а еще пришло твердое осознание – что Матвей не мой человек и никогда им не был, а зацепилась я за него именно из-за того новогоднего гадания. «Суженный…, - усмехнулась.
– Человек сам кузнец своего счастья. Как захочу, так и будет».
На этой позитивной ноте я направилась к подружке.
Лялька успела проветрить комнату, заправить мою постель, а еще приготовить царский завтрак – мясная и сырная нарезка, бутерброды с икрой, фрукты, вчерашние суши и пицца, а самое главное холодное шампанское.
– Ну, наконец-то, - улыбнулась она и тут же открыла бутылку, наполняя бокалы.
– Ляля, ранее утро, - я выразительно посмотрела на нее.
– Да, да, - засмеялась она.
– Я в курсе кто по утрам пьет шампанское. Будем считать, что мы аристократы, ну а потом, ты на часы смотрела? Уже ближе к обеду.
Автоматически
– Ненормальный, - отбросила гаджет в сторону.
– Матвей?
– Ну а кто же… Не хочу о нем говорить.
– И правда, давай не будем о плохом. За нас?
– Лялька подняла бокал.
– За нас, - поддержала я ее тост…
Бутылка шампанского закончилась очень быстро, и как оказалась подругу позаботилась о нас заранее, и сразу купила две. Мы включили какую-то музыку, задушевный разговор был в самом разгаре, когда раздался дверной звонок.
– Ну и кого там черти принесли? – вздохнула Лялька.
– А ты не догадываешься? – усмехнулась в ответ.
– Не обращай внимания. Потрезвонит и уйдет.
Но Матвей был очень настойчив, он то звонил, то стучал и требовал, чтобы я немедленно открыла. Вскоре стало понятно, что еще немного и здесь соберутся жильцы всего подъезда, а там и до полиции недалеко. Вздохнув, посильнее закуталась в тонкий шелковый пеньюар и направилась входной двери. Распахнув ее, задала один-единственный вопрос:
– Что тебе надо?
– Лера, давай поговорим. Я хочу все тебе объяснить.
– Говори, - равнодушно пожала плечами, - объясняй!
– Я войду?
На лестнице появился сосед с этажа выше, который сделал вид, что выносит мусор, и я вздохнула:
– Проходи.
Как только мы оказались в квартире, Матвей протянул мне букет белоснежных роз:
– Это тебе.
– Спасибо, - положила его на тумбочку. Честно, безумно хотелось отхлестать его этим веником, а потом я подумала, что цветы же ни в чем виноваты.
– Лера, - он шагнул ко мне, - Лерочка.
Но я выставила вперёд руку:
– Не смей подходить. Говори, что хотел и проваливай.
– Прости меня… Я знаю, мне нет оправдания, так вышло…
– Это все? – сухо уточнила я.
– Не будь такой бессердечной. Прости. Все мы совершаем ошибки, - он шагнул ко мне и, обхватив ладонями мое лицо, уткнулся лбом в мой лоб.
– Прости, дурака. Больше этого не повторится, любимая.
– Не могу, - тихо ответила я, чувствуя, как по щеке катится слезинка.
– Никогда не смогу ни забыть, ни простить. Матвей вес разрушено, и битую чашку не склеить. Пойми, и не мучай больше ни себя, ни меня.
– Я не оступлюсь, - настойчиво повторил мужчина и внезапно поцеловал.
– С ума сошел, - стало так противно, что я невольно провела тыльной стороны руки по губам.
– Уходи! Уходи!
Вытолкав его за дверь, опустилась на пол и разрыдалась.
– Лерочка, - Лялька села рядом и прижала меня к себе.
– Бедная ты моя. Но это надо просто пережить. Я знаю, как тебе сейчас больно, но все что ни делается, все к лучшему. Рана заживет, надо только время.
– Что делать? Он же сюда каждый день ходить будет, - сквозь слезы спросила я.- Видеть не могу его. Хочу забыть раз и навсегда.