Шрифт:
1
Чудесная погодка, порадовался Дин Вокс затуманенной улице.
С раннего утра ему пришло сообщение от лучшего, как тот считал сам, друга – Рика Лиси. Он просил о срочной встрече в их излюбленном кафе у набережной. Дин неохотно согласился. А как быть? В случае отказа Рик найдет на краю света. Ну, может и не на краю, но сообщениями и звонками достанет сто процентов. Парень умел быть занозой в заднице. Дин ухмыльнулся. Повезло с другом.
Помимо упорства, юный Лиси обладал чертами, цепляющими Вокса на крючок: умение заинтересовать и держать интригу. Что бы ни ляпнул юноша, любой
– Черт бы тебя побрал, Рикки, – вслух буркнул Дин, подпалил сигарету лазергалкой и затянулся.
Браслет запиликал. Девять утра. Пора вставать, но бывший писатель давно на ногах и топает к месту встречи в тишине: ни машины, ни люди, не тревожат кладбищенскую атмосферу. Фонари потухли час назад, о чем Дин немного сожалел; ему нравилось бродить по брусчатке под желтоватыми кругами света и слушать глухую мелодию воды, шелестящей о причальные стены.
У Дина скривилось лицо от легкого раздражения при виде очертаний темной толпы. Он быстро потушил сигарету и кинул в ближайшую урну.
Чем ближе к месту скопления, тем громче становились крики женщин, мужчин и детей.
– Что случилось? – спросил себя Дин.
Люди образовали кольцо и галдели неугомонными чайками, и их голоса сливались в единый шум.
Дин остановился чуть поодаль и прислушался, стараясь вычленить отдельные предложения.
«Вызовите скорую! Кто-нибудь, ну помогите же ему! Дурак! Болван! Такой молодой, а помирает! Где лекарь-бот, когда он нужен?! Проклятые сосалки!», и прочее похожего содержания.
– Эй! Пацан! – выпалил вспотевший от стресса толстяк, заприметив Вокса. – Ты разом не врач?
– Нет, к счастью.
– Счастью? Придурок! Человек умирает!
– А в чем моя вина?
– Да ни в…, – он потер глаза пальцами, стараясь сдержать слезы.
«Странно, люди гибнут каждый день, а мужик расстраивается из-за незнакомца», – удивился Дин, и продрался сквозь затихающих зевак. Событие близилось к завершению.
В центре, схватившись за горло, лежал и не шевелился виновник столпотворения. Из его рта пузырилась пена, зрачки закатились вверх, а на белках полопались сосуды, лицо побагровело и посинели губы.
– Ему ничем не помочь, – безразлично сказал Дин Вокс, и люди отшагнули от него, как от разогнавшегося перед лужей авто. – Не тратьте время, вызовите медботов и идите дальше.
– Спасти можно каждого! – хором всхлипнули две молоденькие студентки.
– Но не этому бедолаге. Да и бедолагой его называть с натяжкой.
– В тебе нет ни грамма жалости! Чудовище! Сволочь!
– Есть, как и серое вещество в голове. Посмотрите
Зеваки увидели маленькую, зеленую коробочку с радужным узором и надписью в центре – «Пыф-паф. Клубничный».
Как ужаленные током, они заткнулись и разбрелись кто куда.
– Я о том же. Но мне тебя и вправду жаль, – посочувствовал Дин, наклонившись к жертве «Пыф-пафа». – На пачке не зря указывают «Не более трех затяжек в день». Страшно представить, сколько сделал ты. От передоза «Пышки» не спастись – факт. Неужели никто не предупредил?
На плечо Дина опустилась тяжелая, ледяная рука.
– Уйдите. Далее займемся мы. Спасибо, что присмотрели, – поблагодарил белый андройд с черным крестом на груди.
– Хорошо.
– СТОП! – внезапно остановил робот. – Подойдите, необходима проверка.
– С чего бы?
– Реакция слишком спокойна для предполагаемо здорового человека.
– Я немножко покурил старых добрых сигарет, понимаете? Они успокаивают. Да и задыхающийся торчок для меня не в новинку. Я из Артаута.
– Свободны.
– Спасибо, – сказал Вокс, и прошептал под нос: «Сперва тексты пишут, а потом людей в морг возят», и сплюнул мокроту.
До кафе оставалось несколько сот метров, судя по моргавшей синеватой неоновой вывеске, но писатель шел и периодически оглядывался на робота, грузившего мертвеца в подоспевшую карету скорой помощи на антигравитационной подушке.
«Парочка затяжек безусловно помогли не расклеиться, но…»
Дин замер у входа, держась за ручку двери.
«… Если Рикки удастся вернуть меня на путь творчества, надеюсь я не присоединюсь к бедолаге».
В кафе пусто, что нисколько не удивило посетителя. Слишком рано, только дурак припрется к девяти, но к счастью официантки, дураков было целых два.
Рик Лиси занял столик в самой дальней части помещения и попивал жутко приторный, синтовандовый Кей-Раф, – жуткая дрянь по мнению Вокса, но Рикки она очень нравилась, а прыщи на лице отображали насколько.
Дин сел напротив друга, но тот не обратил на него никакого внимания.
– Вам, как всегда? Сидовуху на соевых яблоках? – спросила рыженькая девушка.
– Нет. Принесите, пожалуйста, обычного пива девятой крепости.
– А не треснет? – оживился Рик.
– Результат оправдывает средства.
– Мог бы просто поздороваться. Зачем глушить помои, чтобы я отлип от телефона?
– Мне не повредит. Зрелище на улице…
Лиси вскочил и уперся ладонями в стол:
– Да ладно? Ты видел?!
– Тут недалеко. Я шел мимо, и…
– Везунчик.
– Не то слово.
– Ладно, я бы и десятку заказал после жмурика. Не каждый день случается.
– Я промолчу про свой район.
– Прости, – виновато извинился Рик.
– Проехали. Лучше объясни, зачем поднял такую рань.
– Секунду.
Рик отхлебнул Кей-Раф, уставившись в экран, и внезапно раскашлялся, чуть не заплескав брызгами соседа.
– Ты чего? Сиропа не долили? – усмехнулся Дин Вокс.
Друг постучал себя в грудь, прочистил горло резким выдохом и подал телефон. На экране светилась новостная статья.