Дыши огнём
Шрифт:
– Что?
– не понял я.
– Ну, вчерашняя особа, которая налетела на тебя? Такая жгучая брюнетка. Она испанка? Или кто?
– Э-э. Латиша.
– Лати-иша, - протянула Валери, снова оглядывая мой сад.
– Это её рук дело?
– Да.
– Она твоя сестра?
– Нет.
Валери удивлённо нахмурила лоб.
– Мама?
– Что это за допрос?
– ощетинился я.
– Мне просто интересно, что связывает тебя и ту... Латишу. Латиша. Ну и имя.
– Ничего. Она
– Вы поссорились?
– не унималась Валери.
– Можно сказать и так.
– А из-за чего?
– Это уже точно тебя не касается.
Валери поджала губы. Некоторое время мы оба молчали. Она смотрела в сад, а я на неё.
– Так можно я воспользуюсь твоим душем?
– неожиданно сказала она.
На ней до сих пор была мокрая, хотя с некоторых сторон и уже высохшая одежда. Валери многозначительно посмотрела на халат, в который я был завёрнут.
– Да, конечно, - спохватился я.
– Идём.
На этот раз мы вошли в дом не по мощённой камнем дорожке, а через чёрный вход. Оказались мы сразу на кухне, где Валери остановилась на целую минуту, осматривая пустые столы и зеркальную плиту. Я терпеливо ждал, пока она наохается.
– Ванная комната недалеко от игровой, - сказал я, когда девушка смогла сдвинуться с места.
– У тебя ещё и игровая?
– А что такого?
– Можно нескромный вопрос?
– А у тебя бывают скромные?
Валери пропустила мои слова мимо ушей и спросила:
– Кто были твои родители? Уголовники? Мафия? Кинозвёзды? Бизнесмены?
Я ошарашено покосился на неё.
– Нет.
– А кем же они работали?
– Какая разница?
– Видно, что ты не привык жить в однокомнатной квартирке под чердаком.
– Это преступление?
– Красиво жить не запретишь, - пробормотала Валери.
Я провёл её к ванной комнате и сказал, что принесу халат. Она кивнула и быстро юркнула внутрь.
– Ой! Ну и напарил ты тут, - донеслось из-за двери.
Глава 10
Разговор
Я глубоко заблуждался. А самое странное, что я хорошо это осознавал. Я никак не мог понять сидящую передо мной особу, разгадать её мотивы, расшифровать её слова.
Валери была настоящей загадкой, в прямо и переносном смысле.
После того, как она приняла душ и приготовила на моей кухне очень вкусный кофе, мы сели за стол и начали разговаривать. Причём я совершенно не мог взять контроль в свои руки, беседой руководила Валери, словно в ней скрывался опытный интервьюер, и я чувствовал себя, как на допросе. С одной стороны мне было лестно, что она интересовалась моей жизнью, но с другой - мне совершенно не нравилось ей врать, а я вынужден был делать это почти каждый раз, когда она спрашивала меня о личной жизни.
– Я сразу подумала,
– Всё состояние родителей перешло к тебе. Или, постой!.. Не хочешь ли ты сказать, что добился всего сам? Сколько тебе лет?
– 28.
– 28? И как к тебе попала в руки такая немаленькая компания?
– удивилась Валери.
– Благоприятное стечение обстоятельств и бесконечный труд, - ответил я.
– А поподробнее? Какие-то влиятельные люди тебе помогли?
Я усмехнулся.
– Считай так.
– То есть ты находишься под их влиянием?
– Уже нет.
– Ты их убил?
– Заманчивое предложение, но - нет.
– А ты единственный владелец?
– Нет.
– Назови мне имя счастливчика!
– Ты его прекрасно знаешь.
Валери на секунду задумалась, не донеся чашку кофе до рта.
– М-м... Арозон?
Я кивнул.
– И сколько процентов его?
– 35.
– Почему не 50?
– Арозон уже говорил тебе, что занимается... бизнесом, - усмехнулся я.
– Думаю, это можно так назвать. Ему хватает на жизнь.
– Крематорий, - пробормотала Валери, закатив глаза.
– Но я всё же не всё понимаю... Ладно, признаюсь честно, я очень хотела вникнуть во все эти дела, но видно сразу, что это не моё.
Я сочувственно развёл руками, а Валери отмахнулась.
– Кстати, давно хотела у тебя спросить, - спохватилась она.
– Какую музыку ты любишь?
Я не удивился такому резкому переходу с одной темы на другую. Я уже понял, что дальнейшие планы Валери невозможно предугадать.
– Я давно не слушаю музыку, - признался я.
– Совершенно?
– Абсолютно.
– Но... почему?!
– Она была поражена до глубины души.
– Так получилось.
Это была чистая правда. Я давно не слушал музыку, не считая битовых композиция, звучащих в клубе. Это не музыка, а жалкое подобие её. Не сказать, что мне надоела музыка; конечно, нет. Просто из-за последних событий она мне стала не нужна. Время, когда жизнь потеряла для меня интерес, было заключено в рамках абстрагирования от всякой музыки. Я даже перестал петь, что для меня считалось последней стадией отчаяния.
– И ты не хочешь снова послушать какие-нибудь новинки?
– Всё новое - хорошо забытое старое.
– А тебе нравится ретро?
– Не могу сказать точно. Мне нравится только то, что нравится. У меня нет любимых исполнителей или групп. Главная для меня песня, а не тот, кто её исполняет. Мне ещё ни разу не встречался певец, у которого нравились все без исключения композиции.
– Ты же давно не слушал музыку, всё могло измениться.
– Я был бы очень этому рад.