Дыши огнём
Шрифт:
– - Люди тоже умирают от холода, -- заметила Валери.
– - Но не так быстро. Даже долгое прибивание около открытого холодильника сведёт нас в могилу. Огонь внутри тела погаснет и всё.
– - А если отрубить голову?
– - Мы не умрём, а просто переселимся в другое тело. Ты чем слушаешь?
– - Ну, прости, я пытаюсь вникнуть в суть дела! Думаешь, это всё так легко запомнить?
Я скептически поджал губы.
– - И больше никак вас нельзя убить?
– - Есть ещё один способ.
– - И какой же?
– - Не хочу о нём говорить.
– -
– - с привычной настырностью надавила она.
– - Даже не проси, -- категорически замотал я головой.
– - Это что-то ужасное? Какие-то магические формулы?
– - Что за бред? Конечно, нет!
– - Расскажи! Я не буду пользоваться этим способом, если ты мне надоешь, -- ляпнула она.
– - При всём желании ты им не воспользуешься, так как это под силу только демону.
– - Тем более! Что в этом плохого?
– - Ничего плохого для тебя. Гм... ну, в общем, у меня не самые приятные воспоминания по этому поводу.
– - Тебя уже пытались убить таким способом?
– - Нет, меня не пытались. А убили одну мою хорошую подругу.
Валери открыла рот, но вовремя его захлопнула, о чём-то подумав. Джасмин опустила голову. Она, должно быть, подумала про Дорис. Но я имел в виду Лару.
Некоторое время в гостиной стояла тишина.
– - Нам подчиняется любой огонь. Каким бы он ни был. Обычная искра, или настоящий пожар, но это уже зависит от способностей. Прежде, чем что-то делать с огнём -- приказывать ему или тушить, мы переманиваем его на свою сторону, делаем его частью себя. Мы состоим из чистого пламени, и если один демон сильнее другого, он способен починить себе весь его огонь, тем самым уничтожив самого хайшита. Если перевести на человеческий язык, то это можно назвать людоедством. Вот так.
Валери с ужасом смотрела на меня, возможно, сожалея, что настояла на этом ответе. Я не старался делать вид, что меня это не волнует. Наоборот, я глубоко переживал из-за воспоминаний.
– Но ведь...
– неуверенно начала Валери.
– Это ведь очень страшно! Неужели, кто-то может такое сотворить?
Я не удержался и усмехнулся.
– Почему ты так это воспринимаешь?
– А как ещё? Убийство собрата...
– У неё больше не было слов.
– Но ведь люди тоже убивают друг друга. Мы те же самые существа, так же относимся друг к другу. Убийство - это страшно, ты права, но не надо так глубоко переживать из-за тех, кого ты вообще не знаешь.
Она недовольно нахмурилась.
– Ты говоришь сущие глупости! Да, я не отношусь к вам, но лишение жизни как таковой задевает меня. И даже смотря простые новости, я глубоко переживаю каждое несчастье. Что в этом такого?
– Так ты быстрее времени себя изведёшь. Не траться на других людей.
– Если ты заметил, или как ты помнишь, я привыкла помогать другим людям.
– А-а, - вспомнил я.
– Я же из категории людей, которым нужна помощь.
Валери кивнула, и добавила:
– Но не всё так просто!
– Ты считаешь?
– Ты же вовсе не человек!
– Извини, что разочаровал, - с улыбкой сказал я.
– Но всё же постарайся меньше вмешиваться в проблемы других людей.
– И не подумаю.
– А я знал одну девушку, которая отдала себя миру и погибла. Ты просто безумно на неё похожа, и мне не хочется, чтобы ты повторила её судьбу, даже, несмотря на то, что она была демоном.
Валери спокойно приняла мои слова.
– У каждого своя судьба. И потом, жизнь же не вечна всё равно.
– Да-да. Ты говорила, что это и привлекает тебя в ней. Не жить всегда - твоя мечта.
– В этом-то вся и прелесть!
– Мне этого не понять.
– Хочешь сказать, что ты вечен?
– с сарказмом спросила она.
Мой красноречивый взгляд ответил на все её вопросы.
– Не может быть!
– воскликнула она.
– Вы живёте вечно?!
Я кивнул.
– Не повезло.
– Да уж, - закатил я глаза.
– Но могут убить, - напомнила она.
– Кстати, а за нарушение закона вас сажают в какую-то специальную тюрьму? И какие у вас, кстати, законы? Или вообще ничего нет? У вас демократия или монархия?
– Тебе, правда, интересно?
– Нет, я спрашиваю просто так.
– Я отвечу, но только после небольшой паузы.
Я указал на себя и на Джасмин, которая почти с благоговением слушала нас и совершенно не шевелилась. Валери непонимающе нахмурилась, но потом до неё дошло, что мы всё ещё сидим грязные, в копоти, белой каменной крошке, в прожженной одежде.
– О, боже! Да-да, конечно!
– спохватилась она, полностью увлёкшись моим рассказом.
Последующий час мы с Джасмин приводили себя в порядок. Девочка быстро выскоблила себя в ванной, одела одно из своих платьев, и почти ничто не указывало на её не слишком доброе утро. А вот мне пришлось изрядно постараться, чтобы выглядеть человеком. Глаза продолжали быть насыщенного красного цвета, и горели на лице, как два рубина. Смыв с себя грязь, только тогда понял, что под слоем копоти скрывалась в некоторых местах обожженная, абсолютно чёрная кожа. Некогда небольшой ожог в районе сердца увеличился в несколько раз, и теперь половина грудной клетки была покрыта неприятным серым цветом. Лицо не пострадало, если не считать небольших царапин на щеке и лбу. Ладони покрылись загрубевшей кожей, а вместо углекислого газа из носа и рта вылетали небольшие порции дыма.
Свою дырявую одежду я выбросил в мусорное ведро, а взамен её надел белую майку Арозона и мои шорты, невесть как оказавшиеся в его квартире. Выгляжу я вполне сносно, "неправильная" кожа скрыта от посторонних, а глаза скоро вернут свой первоначальный цвет.
Пока я наводил марафет, Валери с Джасмин успели позавтракать, а вот мне есть как-то не хотелось. Дожидаясь, пока они закончат, позвонил Арозону, Элли и даже Воурту, но ни один из них не ответил. Как всегда в таких случая, неприятные мысли одолели меня, и если бы не надоедливая Валери, я бы понапридумывал себе что-то грандиозное...