Дюна: Пауль
Шрифт:
Ирулан вела подробные записи, понимая, что непривычное поражение и реакция на него Пауля дают ей интересный материал для его исчерпывающей биографии. Она, кроме того, принялась более тщательно изучать фактические сведения о жизни Пауля Атрейдеса, сына герцога Лето и внука старого герцога Пауля. Генеалогия молодого Пауля и традиции, которых придерживался благородный Дом Атрейдесов, позволяли понять отчасти его характер, несмотря на то, что Пауль пошел не тем путем, что завещал ему отец.
Пользуясь одним только священным именем Муад’Диба, принцесса Коррино смогла собрать истории о Пауле у людей, знавших его в юности, хотя, конечно, многие сведения были явно раздуты. Тем не менее Ирулан записывала все, что ей сообщали в длинных
Она только что получила много документов с Каладана и с ними длинное письмо леди Джессики. Немногие оставшиеся в живых технократы, служившие на Иксе Дому Верниусов, представили рассказы о дружбе принца Ромбура с герцогом Лето и воспоминания иксианских аристократов о молодом Пауле.
Так как Пауль был частью программы Общины Сестер по созданию Квисац-Хадераха, капитул ордена на Валлахе IX имел много данных о юности нового императора. Престарелая Преподобная Мать Мохиам не принадлежала к числу друзей Пауля, но с уважением относилась к Ирулан и предоставила ей множество документов в надежде, что она сумеет использовать их против «выскочки».
Ирулан, изучая собранный ею материал, скоро поняла, что ее, казавшийся ей поначалу скромным, проект перерастает в грандиозное предприятие, в создание книги, которая привлечет к себе большее внимание, чем любая другая — даже Оранжевая Католическая Библия во времена работы Совета Экуменических Переводчиков. Эта мысль нисколько не испугала Ирулан. Ее первые опыты уже показали, что она способна написать такую книгу.
Пауль прекрасно отдавал себе отчет в том, что она делает.
Несмотря на то что он отказался предоставить ей высокий пост в правительстве, Ирулан приняла свое новое положение скорее с восторгом, чем с разочарованием. То, что она опубликует, станет историей, которую будут читать школьники на тысячах планет.
Ей казалось, что именно этого хочет от нее супруг…
Однажды утром она отправилась к Паулю для важного разговора, неся с собой первый том «Жизни Муад’Диба». Она бросила объемистую книгу в синей обложке на полированный стол элаккского сандалового дерева.
— Чего не хватает в этой истории? Я говорила с Бладдом. В своих воспоминаниях вы упустили многие очень важные детали.
Пауль удивленно вскинул брови.
— Ваша книга вполне очертила историю моей жизни.
— Вы сказали мне, что никогда не покидали Каладан до того, как ваш Дом прибыл на Арракис. Оказалась пропущенной целая глава вашей жизни.
— Это очень неприятная часть. — Он хмуро воззрился на Ирулан. — И что еще важнее, это несущественная часть. Мы создаем историю для массового потребления. Вы же написали, например, что я родился на Каладане, а не на Кайтэйне. Так звучит лучше, не правда ли? Мы избежали ненужных осложнений, отсекли саму возможность неприятных вопросов и ненужных объяснений.
Она не смогла скрыть растерянность.
— Иногда истина чревата осложнениями.
— Да, это так.
— Но если я изложу в продолжении факты, противоречащие тому, что я написала в первом томе…
— То они это проглотят, поверьте мне.
ЧАСТЬ II
ЮНОМУ ПАУЛЮ АТРЕЙДЕСУ ДВЕНАДЦАТЬ ЛЕТ
10187 год эры Гильдии
Когда Паулю Атрейдесу было двенадцать лет от роду, он едва не погиб в войне убийц, которую вели благородные Дома Атрейдесов, Эказа и Моритани.
Эти события ускорили возмужание юного герцога, подготовили его превращение из благородного юноши в истинного герцогского наследника, из обычного человека в почитаемого Муад’Диба. От окружавших его в те юные годы людей — друзей и предателей, героев и неудачников — научился он основам правления и осознанию последствий принятых решений.
На своем жизненном пути Пауль столкнулся с ненавистью врагов, с которыми даже не был знаком. С момента своего
В юности он научился искусству вести свои собственные сражения, наблюдая за тем, как его отец реагирует на изменения ситуации. Герцог Лето Атрейдес был не из простых людей, поступки которых легко доступны пониманию. В нем была холодность, которая иногда оттаивала — впрочем, ненамного — только для того, чтобы вскоре снова превратиться в лед. Леди Джессика знала эти его особенности лучше, чем кто-либо другой, и, со своей стороны, тоже учила сына жизни.
Чтобы противостоять трагедиям, с которыми пришлось столкнуться Дому Атрейдесов, благородный герцог Лето закалил свой характер, как сталь. Своим характером он и прославился среди потомков. Он научился действовать, а не ждать, и только благодаря этому выжил.
Эта история начинается накануне пятого бракосочетания моего отца, в тот момент, когда казалось, что жизнь простерлась перед юным Паулем Атрейдесом, как великое приключение.
~ ~ ~
Жизнь лепит другую жизнь по своему образу. Каждое событие, каждая личность оставляет свой след как в мелких деталях, так и в более широких мазках полотна всемирной истории.
Слуги Дома Атрейдесов сбивались с ног, готовясь к отъезду хозяев с Каладана. В космопорте Кала-Сити личный фрегат герцога Лето был начищен до немыслимого блеска. Все детали были смазаны, эмблемы и украшения отполированы, каюты опрысканы ароматическими эссенциями. Через два дня прибудет лайнер Гильдии, возьмет фрегат на борт и отправится в галактическое путешествие, о цели которого двенадцатилетнему мальчику не сказали, что еще больше разжигало его любопытство.
— Мы полетим на Икс, к Верниусам? — допытывался Пауль у Суфира Хавата во время тренировки. У Пауля была хорошая реакция, он был скор в движениях, хотя и не дотягивал в росте. Правда, ментат-убийца (отнюдь не склонный к комплиментам) говорил, что навыков мальчика вполне достаточно, чтобы успешно отразить нападение мужчины вдвое старше и вдвое выше него.
— Я не знаю, куда мы летим, молодой хозяин.
Когда Пауль задал тот же вопрос Гурни Халлеку, уверенный, что этот грубоватый, но веселый и добродушный воин даст ответ, тот сказал, неопределенно пожав плечами:
— Я поеду туда, куда отправится мой герцог, малыш.
Пауль пытался выудить хоть какие-то сведения из Дункана Айдахо, своего друга и наставника.
— Может быть, мы полетим на Гиназ, посмотреть на старую школу мастеров меча?
— Школа Гиназа стала другой после нападения на нее Груммана двенадцать лет назад. Виконт Моритани назвал это войной убийц, но слово «война» предполагает соблюдение каких-то правил, а виконт — злодей, который всегда делает то, что считает для себя выгодным. — Дункан отвечал с искренним возмущением; он как раз учился в школе мастеров меча, когда пал Гиназ.
— Но все равно, скажи, мы летим туда? Ведь ты так и не ответил на мой вопрос.
— Если честно, то я и сам не знаю этого.
Пауль пытался по выражениям лиц и интонациям ответов понять, говорят ли ему правду или лукавят. В конце концов он пришел к выводу, что никто и вправду не знает, куда собрался лететь герцог Лето…
В назначенный день мать Пауля, Джессика, как всегда сохраняя величавость осанки, спустилась по лестнице из своих покоев в общий вестибюль замка, откуда открывался великолепный вид на уходящие вниз склоны холмов. Ее личные слуги упаковали ее одежду и туалеты, погрузили на подвесные транспортеры и доставили в космопорт для погрузки на фрегат.