Дзен-софт
Шрифт:
На всякий пожарный Гудвин написал РейНу в мессенджер, но тот как был в оффлайне, так там и остался. Либо действительно куда-то отлучился, либо нарочно скрывался, оставив оппонента наедине с программой. В самой же инструкции было написано вот что:
Запустить в режиме полной синхронизации с мозгом. После установки возможно легкое головокружение, но оно лишь следствие непривычности духа к обладанию таким могуществом.
Могуществом, которое способно свершить любую месть и оградить своего хозяина от многих бед.
Но еще большие силы обретет тот, кто сможет найти дорогу и прийти
Из всего этого Гудвин понял только, что программа работает непосредственно с нервной системой. И что она сделает его «могущественным». Но никакой конкретики, одни расплывчатые формулировки, подходящие скорее какому-нибудь древнему артефакту, чем описанию программы.
И самое обидное, что РейН, насколько его Гудвин успел изучить, даже если появится в сети, ни словом не обмолвится об ЭлБе. А если его спросить, пустится в такие пространные рассуждения, по сравнению с которыми данная инструкция покажется образцом вменяемости.
В то время как у Гудвина Гейта бывали приступы паранойи — не всегда необоснованные, — РейН страдал излишней скрытностью. Страдал, разумеется, по мнению Гудвина.
Так или иначе, в итоге Гудвин остался с проблемой один на один. С одной стороны, решение не будет никем навязано, с другой — ни с кем нельзя посоветоваться.
Ну, или почти ни с кем.
Когда целыми днями разговариваешь только с самим собой — естественно, обсуждение рабочих вопросов с клиентами и общение с компьютерами в стиле «Давай работай же!» не в счет, — можно и свихнуться. Начинается все с того, что по утрам ты прощаешься с зеркалом, а вечером здороваешься с ним, потом ведешь задушевные беседы перед сном со своей тенью на стене, пускаешься в диалоги с собственноручно запрограммированными ботами и виртуалами… Отсюда рукой подать до полного расстройства психики. В случае Гудвина с его паранойей воображаемый собеседник только усугубил бы ситуацию.
Поэтому, как ни старался Гудвин Гейт быть и слыть одиночкой, друг у него все же имелся. Из тех, с кем приятно выпить стаканчик-другой и поделиться накипевшим, не доходя до крайней степени откровенности.
Пару раз в месяц Гудвин выбирался в какой-нибудь бар и встречался там с Джеромом. Они никогда не прогуливались вместе и не бывали друг у друга в гостях, хотя Джерри неоднократно приглашал Гудвина к себе. Просто Великий и Ужасный всегда обставлял дело так, будто не питает к этому челу никаких дружеских чувств, а встречается с ним по деловым вопросам, потому что не хотел подставлять товарища. Когда же Джером перебирал и пытался вешаться Гудвину на шею, жалуясь на несовершенство мира, тот молча вставал и уходил, отговариваясь редкой формой аллергии на чужие эмоции.
Гудвин еще раз перечитал инструкцию и не решил, готов ли он испробовать на себе действие ЭлБы. Кажется, настало время для разгрузки мозга путем дружеского общения. Он кликнул на контакт Джерома — тот, что весьма удобно, болтался в онлайне в любое время суток — и написал:
>Как насчет встретиться?
Ответ пришел незамедлительно:
>Обеими руками за, давно не виделись! Где и когда?
Джером согласился бы на всё, лишь бы не работать, поэтому энтузиазм его был вполне искренним.
>Во «Флеше», оранжевый сектор. Чем быстрее, тем лучше. Подходит?
>Через полчаса буду, ага.
Гудвин задумчиво кивнул окошку мессенджера и сразу, чтобы потом не забыть, стер историю разговора. Одно дело, когда паранойя касается тебя самого, и совсем другое — мелочи, способные вывести нехороших людей на чела, который не то что не при делах, а абсолютно не осведомлен об опасной жизни своего приятеля.
Уже выходя из квартиры, Гудвин запоздало усмехнулся, вспомнив, что назначил встречу именно в оранжевом секторе бара. Налицо зависание приятных воспоминаний в долговременной памяти и включение ассоциаций, с ними связанных.
Джером никогда не умел подкрадываться. Человек, который одним глазом просматривает сводки ньюсов, другим озирает все вокруг, а при этом еще и наслаждается любимой музыкой, просто не приспособлен для незаметного приближения. Если добавить к этому патологическую рассеянность и умение задевать встречных людей и предметы, то не вызывает удивления, что не успел Джером протолкаться сквозь толпу и до половины зала, как Гудвин его заметил. И даже заказал ему коктейль — двойной мартини голубоватого цвета с ликером и вишенкой-флешкой на краю бокала. Бегущая строка над стойкой обещала феерию ощущений и эмоций: «Сенсорные программы к нашим напиткам — лучшие в городе!»
— Уф-ф, — выдохнул Джерри, стащив наушники и пытаясь удобно устроиться за стойкой — это, кстати, тоже ему никогда особенно не удавалось. — Привет.
— Аналогично.
— Опять неприятности? — поинтересовался Джером. Он давно уже понял, что Гудвин в хорошем настроении — редкость, и если окажешься с ним вместе за барной стойкой, жди если не жалоб, то размышлений вслух о трудностях жизни.
— Не могу разобраться с одной новой программкой.
— Я не слишком хорошо разбираюсь в софте, насколько ты помнишь. — Джером даже отставил в сторону коктейль. Гейт не любил говорить о работе, поэтому такое заявление не могло не вызвать удивления.
— Вопрос не в программе, а в отношении к ней. Не могу решить, использовать ее или нет.
— Что мешает определиться?
— Это новый продукт. И инструкции к нему нет. Вернее, есть, но в духе «Очень крутая штука».
— А что мешает проверить? У тебя же защита должна стоять — ого-го. Если ты ее другим делаешь, то уж о себе наверняка позаботился.
— Не в защите дело… — Гудвин замялся. Не объяснишь же Джерому, насколько опасны программы синхронизации с сознанием. Подобный софт в основном содержал либо нелегальные психостимуляторы, либо элементы дзена — для просветляющихся. Стоит избегать подобной информации.
— А в чем?
— Боюсь разочароваться. Представь: подарили тебе на какой-нибудь праздник коробку в блестящей обертке, с бантиком, с этикеткой — «самое лучшее, что ты себе можешь представить». Разворачиваешь с нетерпением — а там пусто. Или лежит обычный коммуникатор, устаревший, несколько месяцев назад выпущенный на рынок. Так и здесь — мне прислали программу, я чувствую, что она должна быть отличной, но что у нее внутри — пока не знаю. Ты бы что сделал на моем месте?
— Проверил. А вдруг правда? — улыбнулся Джерри. — Если ерунда, то она не перестанет быть таковой, пока ты мучаешься сомнениями. А если действительно хорошая штука, то, не используя ее, ты зря теряешь время.