Шрифт:
(или подлинная история о том, как Джерри, корабельный крысолов, стал самой модной собакой в Лондоне, при бескорыстной помощи и щедрости всем известной мисс Кингфишер.)
– Крыса!!!
Сей истошный вопль принадлежал, несомненно, мисс Кингфишер, особе яркой и эксцентричной, к странностям которой никто из нас так и не смог привыкнуть за долгие дни, что продолжалось наше плавание.
Мисс Кингфишер обладала поистине восхитительными вокальными данными. Даже когда она просто вела светскую беседу где-нибудь на палубе, ее заливистый смех и меткие сатирические комментарии невероятным образом были слышны повсюду. Что уж говорить о тех моментах (к счастью, достаточно редких), когда мисс Кингфишер была недовольна или напугана, или впадала в ярость, и начинала выражаться на повышенных тонах. К моему великому сожалению, приступ испуга перед увиденной на палубе крысой – о чем доходчиво сообщали ее непрекращающиеся крики, – застиг меня аккурат в тот момент, когда я надеялся раскурить трубку и побыть в тишине.
– Крыса на корабле! – мое появление заставило мисс Кингфишер полностью переключиться на меня, оставив в покое бедных матросов. – Джон, вы понимаете, что происходит? Крыса!
– Допускаю, мэм, – ответил я. – На кораблях в самом деле бывают крысы, для того мы держим собак.
– Не видела ни одной собаки! – ответила мисс Кингфишер. Ее маленькие круглые очки возмущенно прыгали на длинном носу, тонкие ноздри воинственно раздувались. – Ни разу за все время не увидела здесь собаки! Зато крыса аккурат сию минуту пересекла палубу прямо перед моими ногами. Какая возмутительная наглость!
– В самом деле? – широко улыбнулся я.
Пока я силился придумать, как успокоить неистовую мисс Кингфишер, из-под груды тюков раздался возмущенный скулеж. Все вдруг встало на свои места. Я наклонился к тюкам и похлопал по холщовой ткани:
– Привет, Джерри!
Из-под холстины показался черный нос. Принюхавшись, словно убеждаясь, что мисс Кингфишер больше не представляет опасности, нос чихнул и скрылся. Мгновением спустя Джерри появился целиком. Переминаясь с лапы на лапу, он склонил голову набок и возмущенно гавкнул, укоризненно глядя на
– Познакомьтесь, мэм, – улыбнулся я. – Джерри, так сказать, шеф корабельной охраны. Его-то вы и приняли за крысу. Хотя его работа как раз в том, чтобы эти ужасные животные как можно меньше беспокоили вашу светлость в течение нашего путешествия.
Мисс Кингфишер замерла на месте. Ее узкие губы сложились в вопросительное “о”. Рукой в белой муслиновой перчатке она перехватила очки за дужку и сдвинула их на самый кончик носа. Ей потребовалось наклониться, согнувшись едва ли не пополам, чтобы внимательнее рассмотреть Джерри.
Отдавая Джерри должное – он не рванул стремглав мимо нас при первой же возможности, которая ему представилась. Я всегда считал, что эта собака обладает недюжинным умом: он всегда умело оценивал ситуации и вел себя соответствующе (не говоря уж о том, как талантливо он ловил и душил крыс!). Вот и сейчас он, несомненно, понимал, что невольно явился причиной переполоха, поднявшего на ноги половину команды, а потому счел за лучшее не сбегать и не прятаться, а послушно вытерпеть все, что за этим последует.
Много лет спустя, размышляя об этом случае, я пришел к мысли, что, если бы только Джерри знал, какая судьба ему уготована, он бы счел за лучшее непременно покинуть корабль.
Увы, тогда ничто не предвещало беды!
– Это… собака? – брезгливо спросила мисс Кингфишер.
Джерри возмущенно гавкнул.
Я кивнул.
– Это собака, которая ловит корабельных крыс? – тем же тоном уточнила мисс Кингфишер, cклонившись еще ниже.
Джерри осклабился, показав ряд острых крепких зубов.
– Йоркширский терьер, мэм, – пояснил я. – Одна из самых распространенных корабельных пород. Отличается редкой скоростью, умением пролезть в любую нору и сражаться насмерть с грызунами и мелкими хищниками. Джерри уже два года служит на корабле, и, поверьте, в своем деле он лучший.
– Но он сам выглядит как крыса… – теперь в голосе мисс Кингфишер зазвучали растерянные нотки.
Ее можно было понять. Она была прекрасно осведомлена о том, что я не склонен хвалить кого угодно просто так – пусть даже и собаку. Потому мои слова произвели на нее определенное впечатление. Тем не менее, она продолжала разглядывать Джерри со скептической брезгливостью.
Конец ознакомительного фрагмента.