Джесси
Шрифт:
– Зря потратился, Надюшкино печенье лучше.
– С пустыми руками как-то не принято…
– Ой, ну только не в студенческой общаге.
Наташа только занесла с кухни закипевший чайник, как пришли Вика и Надя.
– О, да у нас гость! – улыбнулась Вика.
– Да ещё такой важный! – в тон ей подыграла Надя.
– Могли бы и подольше там побыть, мы с Володей только-только разговорились! А теперь он, наверное, молчать будет, – сказала Наташа.
Вока смутился; Вика, заметив это, пришла ему
– Не обращай на неё внимания, Володя! Вот такая уж она у нас невоспитанная…
– Как это – не обращай внимания! – в шутку обиделась Наташа. – Может, он ко мне в гости пришел, а вовсе не к тебе!
– Не смущай парня, Наташ, – вмешалась в разговор Надя. – А то он вообще к нам дорогу забудет.
– Ну, впрямь…
С приходом девчат Наташу словно подменили. Вновь дерзость во взгляде, резкость в словах, демонстративное равнодушие.
Вика с Надей расставили на столе чашки, блюдце с печеньем. В вазочку из банки налили смородинового варенья. Печенье и варенье никогда не переводилось в комнате, потому что варенье девчата привозили с каникул, а печенье Надя пекла сама.
За чаем Наташа сидела напротив Воки, Надя с Викой – по другим краям стола. Разговор явно не клеился, хотя Надя, обладая по своей природе обостренным чувством ответственности за все, что происходит вокруг неё, безуспешно пыталась направить его в русло какой-либо темы. Наташа же нет-нет, да и постреливала взглядом с лукавинкой то на Воку, то на Вику. Надя укоризненно покачала головой, но Наташа словно не замечала этого.
– Ой, ну когда же, наконец, ко мне такие гости, как к Вике придут… – мечтательно закатила она глаза.
Сделав страшные глаза, Надя легонько толкнула подругу ногой под столом, но ту было уже не остановить. Даже не взглянув на Надю, она продолжила:
– Нет, правда! Почему к Вике приходят такие ребята, как Гена, Володя вот… А ко мне – нет, и к Наде – тоже нет? Так нечестно!
– Но Володя ведь не только к Вике, он ко всем к нам пришел! – попыталась хоть как-то смягчить её слова Надя.
– Это потому, что мы живём в одной комнате! А вот если бы мы, каждая, по отдельности в своей комнате жили, то он пришел бы к одной Вике! – не унималась Наташа.
Надя, видя, что Наташу ей не угомонить, с притворной наивностью спросила:
– Володя, скажи, ты ко всем пришел в гости, или только к Вике?
– В общем-то, я пришел к Вике… – Вока сдержанно улыбался. – Но и вас, девчата, я тоже очень рад видеть.
Пусть и остра была на язык Наташа, но тем не менее знала, когда нужно остановиться.
– Знаешь, Володя… – И, взглянув на Вику с Надей, с улыбкой продолжила: – Нам тоже приятно видеть тебя в гостях. Тем более что вчера мы так и не пообщались.
Вока улыбнулся. Экзамен на статус «свой – чужой» был сдан с оценкой «свой». Вскоре,
– Вика, если можно, я подожду тебя внизу?..
– Хорошо, – несколько растерянно улыбнулась Вика.
– Ого, это уже серьёзно! – резюмировала происходящее Наташа.
Вока попрощался с девчатами и вышел. И вскоре Вика спустилась к нему.
– Если хочешь, можем прогуляться, – предложил Вока.
– Здесь недалеко есть скамейка. Пойдем, лучше, там посидим.
Скамейка была та самая, на которой сидела Вика, когда он впервые увидел её.
Вока не знал, с чего начать разговор. Понимая, что пауза затянулась, и надо что-то говорить, он почти выпалил:
– Вика, ты мне нравишься!
Вика ожидала услышать всё, что угодно, но только не это.
– Очень неожиданное признание, – только и нашлась, что ответить она. – Особенно если учесть, что мы знакомы всего три дня…
– Целых три дня, – без доли шутки или иронии сказал Вока.
Вика искоса и с любопытством взглянула на него.
– На ветреного юношу ты не похож.
– Я знаю, что у тебя есть определенное чувство к Гене… – чуть помолчав, стал говорить Вока. – Это видно. Возможно даже, что ты любишь его… И он достоин внимания такой девушки как ты! Если ты скажешь, что у меня нет никакой надежды, я пойму…
– А Гена знает об этом?..
– Да! Я не стал бы тебе ни в чём признаться, пока не поговорил с ним.
– Получается, что Гена как бы санкционировал этот наш с тобой разговор?
– Нет. Это выглядело иначе! Просто, я сказал ему, что ты мне не безразлична…
– И что?
– Ты ему тоже небезразлична. Может быть, сложись в его жизни всё по-другому, ваши отношения тоже были бы другие. Но есть нечто…
– Я знаю, он говорил мне об этом, – не дала договорить Вика.
– Я признался тебе не для того, чтобы разрушить ваши отношения.
– Если чувства обоюдны, их невозможно разрушить.
– Ты мне не просто нравишься, я полюбил тебя…
– Чтобы полюбить нужно время.
– Я тоже так думал, пока не встретил тебя… Но я уже сказал: если ты ответишь нет, я постараюсь всё забыть. Хотя мне это будет трудно…
Вике не раз признавались в любви, но она никогда не воспринимала это всерьез. Сейчас же всё было иначе: за словами Воки была не пылкая, и по своей природе эгоистическая юношеская влюбленность, которая не хочет ни с чем считаться; за этим было другое.
– Мне сложно что-то ответить… – она на мгновение задумалась. – Пока могу сказать лишь одно, ты мне тоже нравишься. Но могут ли быть у нас серьёзные отношения, если я постоянно думаю о другом?..