Джеймс и Персик-великан
Шрифт:
Работая, Джеймс думал о том, что могли бы делать в такой жаркий день другие дети. Они, наверно, гуляют в тенистых рощах, собирая букеты цветов, или катаются на велосипедах по своему двору. А его прежние друзья сейчас, конечно, у моря. Возятся на мокром песке, плещутся в воде…
Крупные слезы поползли у мальчика по щекам. Он перестал работать и прислонился к колоде для рубки дров, вконец удрученный своей горькой судьбой.
— Эй, что это там с тобой стряслось? — сейчас же завизжала тетка Шпилька, уставившись на Джеймса поверх своих стальных очков.
Джеймс разрыдался.
— Прекрати немедленно,
— Тетушка Квашня! Тетушка Шпилька! — сквозь слезы воскликнул Джеймс. — Ну, пожалуйста! Давайте хоть один разочек съездим на автобусе к морю! Ведь это не очень далеко… День такой жаркий, а мне так грустно и одиноко!
— Еще чего не хватало, никчемная ленивая тварь! — заорала тетка Шпилька.
— Надо всыпать ему хорошенько! — завопила тетка Квашня.
— Обязательно! — рявкнула тетка Шпилька. Она злобно уставилась на Джеймса, а он глядел на нее большими испуганными глазами. — Только попозже, когда жара немного спадет. А сейчас прочь с моих глаз, гнусное созданье! Дай нам хоть полчаса отдохнуть от тебя!
Джеймс повернулся и побежал. Он бежал со всех ног в дальний угол двора и спрятался за кучку старых и грязных лавровых кустов, о которых мы упоминали выше. Там он закрыл лицо руками и плакал, и плакал…
3
И именно в этот момент с ним произошло то самое довольностранное событие, повлекшее за собой множество других уже очень странных событий.
Внезапно Джеймс услышал за спиной шелест листьев и, обернувшись, увидел, как из кустов выбирается какой-то старичок в странном темно-зеленом костюме. Старичок был очень маленького роста, но с огромной и совершенно лысой головой и колючей черной бороденкой. Он остановился в трех ярдах от Джеймса и стал внимательно разглядывать его, опираясь на свою палочку.
Потом он заговорил скрипучим низким голосом:
— Подойди ко мне, мальчик, — сказал он, указывая на Джеймса пальцем, — подойди поближе, и я покажу тебе одну волшебную вещь.
Но Джеймс от страха не мог даже пошевелиться. Старичок проковылял несколько шагов навстречу ему и достал из кармана пиджака небольшой бумажный пакет.
— Смотри, — прошептал он, тихонько раскачивая пакет перед носом у Джеймса. — Знаешь, что это такое? Знаешь, что там внутри?
Он подошел еще ближе, так что его дыхание, затхлое и слегка отдававшее плесенью, как воздух на старом чердаке, касалось щек Джеймса.
— Посмотри-ка, голубчик, — проговорил старичок, раскрывая пакет и наклоняя его к Джеймсу.
Внутри Джеймс увидел множество крошечных зеленых штуковин, похожих на маленькие камушки или кристаллики. Каждая была размером с зернышко риса. Они были сказочно красивыми, и вокруг них мерцало какое-то странное сиянье или свеченье, отчего они блестели и искрились самым что ни на есть волшебным образом.
— Послушай, — прошептал старичок, — послушай, как они шевелятся!
Джеймс уставился на пакет и действительно услышал слабое шуршанье. Потом он заметил, что все эти тысячи маленьких зеленых штуковин медленно-медленно шевелятся и переползают друг через друга, как живые.
— В них больше волшебства и могущества, чем во всем остальном мире, — тихо сказал старичок.
—
— Конечно! — прошептал старичок. — Где уж тебе знать!
Он еще ближе придвинулся к Джеймсу, и кончик его длинного носа почти уперся в лоб мальчика. Потом старичок неожиданно отскочил назад и принялся бешено размахивать в воздухе своей палочкой.
— Крокодильи языки! — завопил он. — Тысяча длинных скользких крокодильих языков, которые двадцать дней и ночей варились вместе со зрачками ящерицы в черепе мертвой колдуньи! Добавь сюда ногти молодой обезьяны, свиные потроха, клюв зеленого попугая, желудочный сок дикобраза и три ложки сахара. Дай настояться еще неделю, и лунный свет доделает остальное!
Неожиданно старичок впихнул пакет в руки Джеймса и сказал:
— Держи! Теперь это твое!
4
Джеймс Генри Троттер стоял, сжимая в руках пакет, и во все глаза глядел на старичка.
— А теперь, — сказал тот, — тебе осталось сделать только вот что. Возьми большую кружку воды и высыпь туда все эти зеленые штуковины. Потом медленно, один за другим, брось в кружку десять твоих собственных волос. И тогда начнется! Эти штуковины заработают! Через несколько минут вода в кружке запенится и забулькает как бешеная. И в этот самый момент ты должен быстро выпить все до дна — всю кружку одним махом! Ты сейчас же почувствуешь, как у тебя закипит и запузырится все внутри. Изо рта повалит пар, и прямо сразу с тобой начнут происходить чудесные, необыкновенные вещи. Ты уже никогда больше не будешь несчастным! Ведь сейчас ты несчастен, правда? Можешь не говорить, я знаю про тебя все! А теперь ступай прочь и сделай, как я сказал. Только не вздумай проговориться своим ужасным теткам! Они не должны узнать ни словечка! И еще: смотри, чтобы эти зеленые штуковины не удрали от тебя. Потому что, если ты, не дай бог, их потеряешь, все волшебство достанется кому-то другому. А ты ведь не хочешь этого, дружок? Так вот, запомни: они отдадут всю свою волшебную силу первому, кто встретится им на пути — будь то человек, животное, насекомое или даже растение. Так что держи пакет крепче, только не порви бумагу. Ну, ступай! Да поспеши — время уже давно пришло! Торопись!
С этими словами старичок повернулся и исчез в кустах.
5
Через секунду Джеймс уже со всех ног бежал к дому. Он проделает все это на кухне, твердил он про себя, только бы пробраться туда, так чтобы тетка Квашня и тетка Шпилька ничего не заметили.
Он был ужасно взволнован. Он летел через густую траву, даже не чувствуя, как жгучая крапива хлещет его по голым коленкам. Тетка Квашня и тетка Шпилька сидели спиной к нему, и он свернул в сторону, чтобы обогнуть дом и попасть внутрь с заднего крыльца. Но неожиданно, как раз в тот момент, когда он пробегал под старым персиковым деревом, стоявшим посреди двора, Джеймс споткнулся и шлепнулся носом в траву. Бумажный пакет лопнул, и тысячи крохотных зеленых штуковин рассыпались во все стороны.