Джихад-Такси 2008
Шрифт:
Джемал слушал отца, не перебивая, но когда тот замолчал, осторожно спросил:
— Про бизнес я понял. Но при чем тут Гурам Гогричиани?
— Неужели ты не понимаешь? — Нугзар всплеснул руками, а его высокий покатый лоб прорезали две продольные морщины. — Связываться с москвичами мне не хочется. Слишком опасно. Заложат в любой момент. Армянам, например. О грузинах я вообще не говорю, — он потянулся было к графину, но в последний момент передумал и опустил руку на стол. — Наиболее оптимальный вариант — свои, апсуа. А на всю Москву у нас только один подпольный абхазский таксопарк. Гогричиани.
Это
— Он бы имел куда больше, — осторожно вставил молодой человек.
— А я о чем говорю? — вновь, как и в момент своего прихода, завелся Нугзар. — Как человеку ему говорил: и мне выгодно, и тебе выгодно, и водилам твоим выгодно! — Он хлопнул ладонью по столу. — А он мне что? Я, мол, законы нарушать не хочу, меня отсюда попрут… Да и не по нутру мне это, говорит. Будто он со своим нелегальным таксопарком ничего не нарушает! Шакал! Нет, хуже! Трусливый койот!
Джемал потер пальцами подбородок и искоса посмотрел на лежащую у створки серванта пачку сигарет. Хотелось курить, но Джемал никогда не позволял себе курить в присутствии отца. Хотя тот наверняка догадывался о пагубной привычке сына.
— Все равно… — не очень уверенно произнес молодой человек. — Доходить до крови… Это как-то… Ну, нехорошо, отец.
— Нехорошо, — согласился Нугзар. — Но, может, крови и не понадобится, сынок. Гогричиани можно просто припугнуть…
Джемал не стал дослушивать предложение до конца.
— А если отдельно обработать каждого конкретного водилу? — выдвинул он контраргумент.
— Мы пытались, — отец тяжело вздохнул. — Они тоже боятся. Мол, лучше синица в руках…
— Да, я понял. А как насчет этого быка? Шенгелиа?
— Он предан Гогричиани, как пес. Да и вообще, — Нугзар покачал головой. — Тупой он какой-то… Как и все псы.
Нугзар призадумался. Машинально налил себе сока и выпил. В голове у него закрутилась какая-то мысль. Джемал не торопил отца с продолжением разговора и не задавал больше никаких наводящих вопросов. Коротко бросил взгляд за окно и отметил тот факт, что машина Нугзара все еще стоит у подъезда, а водитель не покидает салона. Значит, отец не собирался надолго задерживаться у него в гостях.
Нугзар медленно поднял взгляд на сына. Тонкие губы подернулись слабой улыбкой.
— Можно обойтись и без крови, — сказал он. — И как мне сразу не пришло в голову такое простое решение? У Гурама есть дочь, которую он искренне любит. Диана, кажется… Что, если кто-нибудь возьмет девушку в заложницы, а мы, в свою очередь, выступим в роли благородных спасителей? Решим проблему Гурама по своим каналам и за свой счет, естественно. Исключительно из чувства этнической солидарности. После такого ему ничего не остается, как с благодарностью принять наше предложение…
Джемал удивленно вскинул брови.
— Да ты что, отец? Неужели ты пойдешь на такое? Она-то в чем виновата?
Нугзар только поморщился.
— Ай, столько в Москве живешь, сынок, а так ничего и не понял, — он налил себе новую порцию виноградного сока, но пить не стал. — Никто ни в чем не виноват. Все кушать хотят, да? Или мы их скушаем, Джемал, или они — нас… Понимаешь?
— И
— Сядь! — резко оборвал сына Нугзар. — Сядь и успокойся. Я не собираюсь подставлять тебя под такой удар. За кого ты меня принимаешь? Ты и я — только в роли спасителей, как я и говорил.
— Тогда кто?
— Найдем, — задумчиво молвил Нугзар.
— И как скоро?
Ответ последовал не сразу.
— Есть у меня одни надежные люди на примете… — Нугзар пробежался рукой по седым волосам. — Встретимся, поговорим. Их, конечно, еще найти надо, а на это уйдет время. Но куда мы торопимся, да? Месяц или два. Это уже не имеет значения. Главное — результат. А мы его получим. Не сомневайся, сынок.
Джемал видел, что после этого принятого решения настроение у отца заметно улучшилось. Оно уже не было таким, как в момент прихода. Нугзар залпом осушил стакан сока и вальяжно откинулся на спинку стула.
— А что же ты, сынок, кофейком отца родного не побалуешь? — он даже игриво подмигнул Джемалу правым глазом. — Или совсем скупердяй стал?
— Нет… Я… Конечно, отец. Одну секунду. Просто… Может, ты еще раз с Гурамом поговоришь?
— Хватит! — последнее слово отца прозвучало резко и властно, как щелчок циркового хлыста. — Хватит уже разговоры разговаривать. Пора переходить к каким-то действиям, Джемал. И дать понять шакалу, что он шакал.
Джемал не стал больше спорить. Переубедить отца в чем-то, если тот уже все взвесил, — задача неразрешимая.
* * *
Дауру не терпелось начать работать. Ведь теперь каждый день приближал его к заветной цели. На днях, может быть, уже с завтрашнего дня он начнет копейка к копейке откладывать на свою иномарку. И тогда же пойдет отсчет времени, оставшегося до свадьбы с Нино.
Он огорчился, когда Астамур не выдал ему ключи от автомобиля. Однако настаивать на том, чтобы его в первый же день допустили до работы, было, по меньшей мере, нецелесообразно. Гурам был прав. Для начала нужно было изучить город. Выслушав короткое наставление Астамура Шенгелиа, Даур развернулся и вышел из бокса.
Утро выдалось прохладное. Не такое, как в это время года в Пицунде.
Несмотря на ранний час, площадка перед «офисом» стремительно пустела. В боксе Даур видел, как водители подходили к столу Астамура, расписывались в путевом журнале и один за другим уходили. Слева около соседнего гаража одиноко притулилась кремовая «шестерка». За рулем этого автомобиля Дауру и суждено было с завтрашнего дня начать сколачивать свое состояние.
Даур обошел машину. Дверцы и крылья у основания кузова проржавели, капот и крышка багажника были перекошены, однако закрывались плотно. Зато окно задней дверцы оставляло небольшую щель. Радиаторная решетка отсутствовала. Вместо нее в панель рамки была вставлена мятая картонка. В целом автомобиль выглядел более или менее сносно. Особенно по сравнению с теми древними «копейками», раритетными «Опелями» и дышащими на ладан «Фольксвагенами», которые можно было лицезреть перед офисом Гогричиани.