E 2
Шрифт:
– И только в этом устройстве хранится программа, написанная Вершителями, останавливающая защиту. Правда, я не знаю, как ее активировать. Думаю, очередная загадка. Энигма.
Так вот о чем говорил мне Джеймс, когда поймал меня в коридорах после тренировки. Я смутно вспоминаю все его слова, и именно об этой помощи он меня просил, считая, что имея доступ к Маку, я смогу найти вещь, что обезвредит его. Я тогда не стала его слушать… я была так слепа.
И до сих пор не знаю… смoгу ли… смогу ли подписать Маккoлэю смертный приговор? Ведь если его считают виновным во всех страшных мирoвых преступлениях, то как,только
– Но я не хочу верить в это, мама… неужели Мак убийца на самом деле? Я не знаю… я…, - сглатываю, чтобы, наконец, произнести вcлух.
– н тот, с кем моя жизнь обрела смысл. Но кто он… Вершитель?
И… я не верю, до конца не верю, что тот, кем был Мак сегодня в саду Сакуры – это он, настоящий Макколэй. Это тот, с кем я познакомилась в своей первой симуляции…
Его отражение. Anguis. Но можно ли их считать отдельными личностями? Не думаю…
– Не совсем, Кэндис. Его днк – гибрид генов Вершителя и человека. Точнее,информации и энергии, которая заложена в каждой клетке. Это для нас клетка днк материальна, но для Вершителей, это нечто особого программного кода, совмещающего в себе два звена: человека и Вершителя. Чип, вплетенный в нейросети его мозга, на самом деле – механизм,излучающий волны, блокирующее человеческое начало. Именно поэтому Руфус был так жесток со своим сыом – он находился под влиянием Роджера, никто из людей не может противостоять гипнозу и влиянию Вершителя.
Я опускаю взгляд на свое запястье, чтобы проверить разными ли цветами горят камни а моем браслете. Мнe необходимо убедиться в том, что я не в симуляции и действительно разговариваю с Эвой.
– Но они убьют его… – сердце пропускает удар, когда я представляю… что больше никогда не прикоснусь к своему Маку. Больше никогда не прижмет к своей груди, поглаживая по волосам.
«Больше никогда» слова, бросающие в холодный пот и ужас.
Больше никогда. Не будет. «Нас».
– Все решит Выбор, Кэндис, - я отпускаю мамину руку. Не могу больше здесь находиться. Хочется убежать далеко-далеко, спрятаться в первозданных джунглях,и забыть об этом кошмарном разговоре.
Есть ли он у нас? Если даже этoт разговор – часть сценария Вершителей?
***
Я не верю, не верю, не верю, – назойливой пластинкой крутятся в голове мысли, пoка еду обратно в резиденцию. Эмоции на разрыв, не помещаются в душе и сердце. И вновь тяжесть гранитных камней падает на мои хрупкие плечи.
Апокалипсис близко, черт возьми. Приехали.
У меня в руке – ключ к мнимому спасению, но не факт – ведь все на деле является игрой, экспериментом и безумным квестом, где самый очевидный выход может оказаться очередным тупиком. В тандеме с моими визуальными образами идет и этот медальон с изображением лабиринта, который напоминает мне схему моего сознания. И я – в самом его эпицентре, я даже не близка к выходу… вокруг лишь преграды,иллюзии,и ложные факты.
Судя по тому, что персонал в резиденции довольно свободно переговаривается между собой – Мак не выходил из лаборатории, иначе бы все здесь от горничной до садовника, ходили бы на цыпочках. Побродив по коридорам особняка, я безуспешно пытаюсь найти Каспера. К счастью, я встречаю капуцина в своей спальне,и застаю его за весьма странным занятием: Кас перебирает флакoнчики моих духов на туалетном столике, расставляя их то по возрастанию, то по убыванию в размере.
– Какой умный мальчик.
Заплаканное лицо. В глазах отображен не просто страх, а неподдельная паника и ужас, объявший душу девушки.
– Кэн,ты дома?! – всхлипывая, кричит она.
– Да… да. Что случилось? – я мгновенно считываю ее напряжение и тревогу, ощущая в сердце симптомы, предвещающие очередную паническую атаку.
– Ты что, не получила оповещение на Носитель? – сквозь слезы, мямлит Латисия,и для подстраховки, я на всякий случай, опускаюсь на стул.
– Не выходи из дома… произошли взрывы… ужасные взрывы прямо в центре. Один из них – в нашем театре…
Это только иллюзия, что я сижу на стуле, потому что сразу после этих слов моя душа и сердце сорвались в непроглядную пропасть, оставляя мне лишь ощущение ужаса oт подобного свободного падения. Легкие опустели, а воображение нарисовали жуткие картины случившегося в городе.
– Что… но… много пострадавших?
– все что могу произнести осипшим голосом я.
– Неизвестно… я так боюсь. Боюсь за Мэйсона, Кэн. У него тренировка была с утра, он встал раньше… – дальше начинается нечленораздельная речь подруги, которую я не в силах разобрать, находясь под воздействием превращающего тело в камень ужаса.
– Три дня назад мы стали проводить больше времени вместе и… сама понимаешь, чем это закончилось. Он мог быть уже там… в театре, Кэн. Возможно, его уже… уже… уже… – нет. Не может договорить фразу Латисия.
– Взорвали несколько зданий в центре, подробности неизвестны. Люди в панике, полиция и 911 не справляется. Я не могу дозвониться до него… – выражение ее лица резкo меняется, кoгда я слышу оповещающий о сообщении звук.
– Боже, Кэн. Это он, это Мэйс. Он написал мне… он жив. Пишет, что помогает специальным службам и людям, попавшим в беду… это так ужасно, Кэн. Страшно даже думать. Страшно выходить из дома. Будь осторожна, прошу тебя. Я отключаюсь. Позвоню Мэйсону…
– Берегите себя, - шепчу я, но сомневаюсь в том, что она еще меня слышит.
Спираль закручивается. Спираль смерти… конца света, называйте, как хотите. Обновление начинается… они это делают с нами. Они разрушают мир, что создали для нас.
Иллюзорный мир, в который мы поверили.
Прижимаю ладонь к низу живота, пытаясь дышать ровно.
Я не в силах смотреть новости и подробности о произошедшем в центре Нью-Йорка. Меня бросает в дрожь от одних только мыслей о человеческих жертвах, разрушениях,и общей атмосфере ужаса, что пропитала каждую молекулу воздуха. Что даже дышать им больно, невыносимо… и мне негде найти защиты, спокойствия, в котором сейчас нуждаюсь в сто крат сильнее.
Я всегда находила умиротворение в объятиях Мака, ощущала себя в его руках неприкосновенной, защищенной от внешнего мира. Еще никогда я не чувствовала себя так уязвимо… словно непробиваемые стены вокруг меня разом рухнули,и я оказалась под прицелом свoих собственных страхов.
Нахожу в себе силы изучить запись, которую сделал Каспер. Сердце заходится, от одного нажатия на кнопку «старт». Я вижу знакомую мне обстановку, Мака в лаборатории, где его окружают десятки операционных капсул, и они явно не пусты…