Э(п)рон-3
Шрифт:
— Операции? — ухватился я за неосторожно оброненное слово. — Я что-то пропустил? И что планируем?
— Пока исключительно проверку информации, предоставленной мсье Дюсаком, — отмахнулся старый слуга. — Не переживайте, сударь. В горячую стадию операция войдет еще очень не скоро. Я думаю, это дело даже не ближайших месяцев. Спешить не будем, подготовим все тщательно, чтобы удар стал для клана Рокуэлл абсолютно неожиданным и столь же неотразимым.
— Хотите грохнуть братцев, герр Нойманн?
— Зачем же, сударь? Это довольно низко и даже пошло… бить будем по самому больному месту — по кошельку. Я считаю, что состояние леди Аннабель отошло
Так вот оно в чем дело! Ну надо же! Степаныч, и вдруг затаил обиду?! Видать, сильно его хитромудрые Рокуэллы задели… Чем? Да тем, что леди Аннабель грохнули, провернув изящнейшую аферу, возможность которой старый слуга совершенно упустил из виду. Черт! Я-то думал, он смирился, ан нет! Такой чувствительный щелчок по носу не мог остаться безнаказанным… ай да Степаныч, ай да… мстительный тип!..
— А у нас силенок-то хватит? — все же усомнился я. — Грохнуть это одно, а пустить по миру совсем другое.
— Я предвидел этот вопрос, сударь. И у меня есть ответ: мы будем не одни. Уверен, Герман Завьялов не останется в стороне, особенно если мы этому поспособствуем.
Ха! Так вот он какой, хитрый план! С одной стороны, избавиться от откровенного врага, с другой — нейтрализовать союзника, которого иначе как «заклятый друг» и не назовешь. Умно… перенаправить усилия дяди Германа на более сочную приманку… н-да, до сих пор я не научился мыслить стратегически. Все время в тактике вязну.
— А ты не потерял хватку, старый враг! — снизошел до похвалы кэп. — Все такой же волчара.
— Спасибо, вражина. Но, еще раз повторяю, спешить не будем. Запустим операцию, только когда полностью удостоверимся в правдивости слов мсье Дюсака. А это займет довольно много времени, придется привлекать сторонних специалистов на местах.
— А если найдется… ну, вдруг… второй свидетель?
— Сударь?!
— Алекс?!
Смотри-ка, хором! И чего это у них взгляды такие странные, причем у всех троих?..
— Алекс?.. — Мистер Деррик уставился на меня с многообещающим прищуром. — Есть что-то еще, что мы должны… знать?
— Ну… если честно… помните Ленни? Который повис на пробнике? Так вот, он выжил. Вернее, я его откачал. И заморозил в анабиозной капсуле в медблоке. Прямо сейчас он на «Латнике», среди выживших членов экипажа. По словам Жана, он такой же специалист по связям с общественностью, но, в отличие от, не в меру болтливый. Подозреваю, что мистер Леннокс Хей мог бы заполнить некоторые пробелы в сведениях мсье Дюсака…
— … но?.. — продолжил за меня Рин-сан.
— … но есть проблема — он серьезно ранен. Легкое проткнул, есть угроза пневмоторакса. Я в меру способностей рану обработал, но нужен нормальный медик. Неболтливый и с железными нервами. А еще верный. И чтобы умел за себя постоять — Ленни очень шустрый, даже с дырой в легком может доставить проблем.
— Что ж, сударь, так даже лучше. Если все, что вы нам тут посулили, правда, мы сможем разработать две параллельных операции, и в нужный момент задействуем оптимальный вариант, оставив второй в резерве. Я бы пообщался с этим… Ленни.
— Говорю же, это проблематично! Надо сначала подлатать.
— Я слышал, сударь. Полагаю, наш коллега мистер Деррик в состоянии организовать медицинскую помощь?
— Или кэп может его на «Спрут» забрать, отмочить в живительной слизи, — перевел я стрелки с Милашкиного папаши — очень уж тот страдальчески сморщился.
— Исключено, —
— Резонно, — поддержал старого знакомого Степаныч. — Лучше здесь, на станции, организовать лечение. Тут особых секретов нет. Возьметесь, Дэвид?
— Святой Петр! И почему я не удивлен?! — уставился в потолок Деррик. Надо полагать, в надежде высмотреть того самого святого.
— Наверное, потому что эффект новизны утрачен, — усмехнулся я.
— Это был риторический вопрос, Алекс! — рявкнул Милашкин папаша, и горестно уткнулся лицом в ладони. — Ну вот за что мне это? Где я врача нормального, и при этом надежного найду? А оборудование? Прикажешь в «Дроид» больничку перетащить? А еще…
— Вам перечислить возможные варианты, сэр?
— Ой, да иди уже отсюда!..
На том, собственно, «большой совет» и завершился. А еще через несколько дней позвонил дядя Герман, и все заверте…
— Хорошо идет! А, Борисыч?!
— А то!..
— А ты говорил, Ценкер не справится.
— Было такое опасение, как же. Немчин, да на нашем кораблике… но вроде ничего.
— Согласен. Приятно посмотреть.
Мы с механиком Мягковым, как не трудно догадаться по контексту диалога, наблюдали за пространственными эволюциями обновленного «Латника» со стороны, вот только не из ходовой рубки «Спрута», как можно было бы предположить, а из аналогичного отсека «Набата». Да-да, я Борисыча «одолжил», хоть капитан Рин и сопротивлялся. Мол, а как же мы без него? Ведь как без рук! Борисыч, что характерно, слушал и млел от удовольствия — в обычных обстоятельствах кэп весьма скуп на похвалу. А тут чисто из принципа торговаться начал, нахваливая «товар». А то, блин, я и сам не в курсе! Но все же уговорил — не Лизку же на такое ответственное и, откровенно говоря, небезопасное задание тащить? Еще пару лет назад ответ был бы однозначен, но не теперь — мою благоверную по рукам и ногам связывал Алекс-младший. И даже она сама это прекрасно осознавала и не перечила судьбе-злодейке. Видать, тот год в роли матери-одиночки, пока я в подпространстве прохлаждался, давал о себе знать. Вот так и получилось, что последние сутки я скоротал в компании Лизкиного дядьки — именно столько мы добирались в район ходовых испытаний.
Надо сказать, что к мероприятию мы подошли крайне серьезно. Выдвинулись целой эскадрой — «Латник», «Спрут» и «Набат», плюс куча каботажной мелочи — но в прыжок ушли только три крупных судна, «москитники» остались в окрестностях Картахены. Я бы предпочел обойтись даже без таких свидетелей, но мистер Деррик настоял — на всех без исключения лоханках заправляли его люди. И преследовал он этим сразу две цели: во-первых, такой информационный повод — судачить на станции будут неделю, не меньше, поэтому лучше возглавить процесс, раз не в силах его предотвратить; во-вторых — охрана. Не в плане боеспособности, а в плане демонстрации намерений, типа, это наши, не трогайте. Или будете иметь дело с профсоюзами, в наших условиях недалеко ушедших от откровенной мафии. Что характерно, подействовало — любителей поживиться за чужой счет даже военные со станции мониторинга пространства засечь не смогли. Да и с прочими любопытствующими проблем не возникло ввиду их отсутствия. Ну а конечный пункт назначения был известен только трем капитанам — Ульриху Ценкеру, Рин-сану и вашему покорному слуге.