Ёбург
Шрифт:
После концерта на «Горбушке» «Апрельский марш» мелькнёт ещё несколько раз и как-то исчезнет, словно растворится в сумраке собственного безумия.
Хотя на самом деле исчезнет эпоха. Завершится рок-революция. Конечно, будут грандиозные концерты, статусные площадки и толпы фанатов, но иссякнет демиургия рока, ощущение жизнестроительства: рок-н-ролл forever,
Через семь лет, то есть в 2000 году, в Екатеринбурге родится фестиваль «Старый новый рок». 13 января на сцене ТЮЗа группа «ТОП» Евгения Горенбурга будет презентовать свою пластинку «Школьный альбом» и на торжество позовёт группу Александра Пантыкина «Поезд куда-нибудь». И всем понравится идея: ветераны могут помогать новобранцам арт-огнём. Фестиваль объявят ежегодным.
Каждый год на «Старый новый рок» станут приглашать хедлайнерами пять-семь крутых групп, и к каждому мэтру будут цеплять трёх-четырёх новичков. Командовать всей канонадой возьмётся Горенбург. Рекрутов будет отбирать оргкомитет во главе с Владимиром Шахриным. В оргкомитете будут грозно сверкать глазами матёрые зубры свердловского рока – Хоменко из «Нау», Бегунов из «Чайфа», Симаков из «Апрельского марша», Вадим Самойлов из «Агаты».
Рокеров поддержит Фонд Ельцина: две революционные традиции, рокерская и политическая, наконец-то сойдутся в общем деле. Фестиваль будет состоять из трёх площадок, а с 2005 года приобретёт и летнюю резиденцию – базу «Волна» на Белоярском водохранилище. Сюда станет приезжать по 15 тысяч зрителей.
«Кабинет» Пантыкина и «Чайф» Шахрина, разумеется, были в 1993 году на «Горбушке», на победном рок-параде. Но ещё в 1987-м Шахрин спел: «Делай мне больно, пока это тоже не стало привычным!» И вот от рок-парада прошло уже 20 лет. И нынче каждому приходится для себя решать: то ли хорошо, что «уже не больно», то ли плохо, что всё-таки «стало привычным». Группы и звёзды почти все живы, но феномена свердловского рока больше нет. Овации. Занавес.
Глава третья
Митинград
«Екастройка»
Перестроечные времена в Свердловске
Сейчас, в нынешнем городе Екатеринбурге, свердловскую версию бурной перестроечной эпохи иронично называют «екастройкой». А те времена и вправду были удивительные – страстные, тотально-митинговые и романтически-наивные.
СССР угасал. Страны Балтии рвались на свободу, хмурые советские войска покидали Восточную Европу и Афганистан, генералы сдавали на металлолом стратегические ракеты, в бывших братских республиках бывшие братья вынимали ножи и резали друг другу глотки, никто уже не глушил радиоголоса недавних соперников, а генсек Горбачёв ездил по заграницам и говорил, говорил, говорил.
Из лагерей выпускали обомлевших от неожиданности диссидентов, а выпить в отечестве было не на что, и полки магазинов опустели. Бастовали шахтёры. Появилась безработица. Заводы и фабрики грезили о хозрасчёте – он казался панацеей. Спекулянты, цеховики и фарцовщики открывали кооперативы, бандюки создавали криминальные группировки, а милиция заводила ОМОНы и РУБОПы.
Моление на месте Ипатьевского дома
Интеллигенция требовала реабилитировать всех репрессированных и вернуть исторические названия. Церковь намекала, что надо бы отдать верующим храмы. Толстые журналы издавались миллионными тиражами и печатали романы «из-под глыб». Либералы яростно спорили с патриотами, а народ попроще засматривался
В закрытом городе Свердловске не могли появиться радикальные демократы, подобные столичным, – «демшиза», как их назовут позже. Ожидание гражданских реформ в оборонном городе порождало клубы управляемых интеллектуалов вроде «Городской трибуны» Геннадия Бурбулиса или секты почти неуправляемых и буйных патриотов вроде «Отечества» журналиста Юрия Липатникова.
Осенью 1987 года в Свердловске из рук в руки ходили засекреченные тезисы разгромного доклада Ельцина на пленуме ЦК КПСС, подобного докладу Хрущёва на ХХ съезде партии. Ельцин типа как бичевал советскую власть. Правда, тезисы были фальшивые, как «Протоколы сионских мудрецов», но зацепили общество за живое. В середине декабря неформальные политические активисты Свердловска собрались на митинг на площади 1905 года, пошумели и гневно двинулись прямо к Белому дому, чтобы потребовать объяснений от самого первого секретаря обкома!
Секретарём был Юрий Петров, инженер и партаппаратчик, почти ровесник Ельцина. Петров возглавлял область с 1985 года: он сменил Ельцина на этом посту, но поддерживал ельцинскую линию. И он не спрятался от митингующих, а пригласил их в большой зал ДК Свердлова, чуть ли не в рок-клуб. А там ввязался с крамольниками в спор и едва не согласился осудить пленум за критику Ельцина.
По слухам, тот диалог будет стоить Юрию Петрову карьеры. Через полгода его снимут и сошлют в тьмутаракань – послом на Кубу. Но потом вошедший в силу Ельцин заберёт Петрова к себе и возвысит. Что ж, может быть… Однако тогда, в декабре 1987 года, политические неформалы Свердловска, ободрённые моральной победой, объединились в группу «Митинг-87». У неё не имелось ни структуры, ни членства, ни идеологии – ничего, кроме ощущения «мы ждём перемен!».
Пикет общества «Отечество» Юрия Липатникова возле горсовета
В январе 1988 года писатели Валерий Исхаков и Андрей Матвеев потрясли общественность Свердловска «экспериментальным» номером журнала «Урал». В этом номере Исхаков и Матвеев опубликовали экономическую публицистику и жёсткие тексты о «правде жизни». Читатели рвали номер друг у друга. Никто и не ведал, что скоро безумный Ёбург пропишет всем такую «правду жизни», в какую и поверить невозможно, устроит такие закидоны, что публицистам и не снилось.
С весны 1988 года, когда потеплело, «Митинг-87» начал проводить собрания в Историческом сквере чуть ли не каждые выходные. 16 июня ЦК КПСС снял Юрия Петрова и назначил первым секретарём Свердловского обкома Леонида Бобыкина – партийного зубра, который был на восемь лет старше Ельцина. В конце июня в Москве прогремела XIX партконференция, с которой начался демонтаж советского строя, однако в далёком Свердловске Бобыкин потихоньку закручивал гайки.
Скандал вспыхнул 11 декабря: милиция разогнала митинг, посвящённый 40-летию Всеобщей декларации прав человека. Многих участников того митинга арестовали, но активиста Сергея Кузнецова упекли надолго. Кузнецова в городе хорошо знали, потому что год назад его, архитектора, с шумом вышибли с работы за открытое письмо Горбачёву. И вот теперь Кузнецов стал «узником совести».
Кроме Кузнецова у города появился и другой герой – прокурор Леонид Кудрин. По слухам, он ушёл в грузчики, не желая подчиняться «телефонному праву». В начале 1989 года, когда страна выбирала народных депутатов СССР, в Свердловске шумели митинги, требующие избрать Кудрина депутатом.
12–19 января 1989 года была проведена Всесоюзная перепись населения. В Свердловске по факту проживания насчитали 1367 тысяч жителей. Свердловск занял десятое место среди городов Советского Союза.