Ёбург
Шрифт:
Горсовет в путч и переименование города
Город Свердловск уважал и любил Бориса Ельцина, земляка, демократа и вообще своего мужика. В марте 1989 года Ельцина избрали народным депутатом СССР от Москвы, а в мае 1990-го – народным депутатом РСФСР от Свердловска. В депутатском корпусе РСФСР Ельцин почти сразу стал Председателем Верховного совета. Время летело на дикой скорости. 12 июня 1990 года грянула Декларация о государственном суверенитете РСФСР. Россия стала независима от Союза, а РСФСР вылупилась из СССР, как птенец из скорлупы. Все должности РСФСР стали важнее должностей СССР. Ельцин рвал путы и
Под председательством Ельцина Совет принял чуть ли не главный закон того времени – закон о собственности. Потом – три программы перехода к рынку. В феврале 1991 года Ельцин с трибуны разгромил политику полумёртвого СССР, потребовал отставки Горбачёва и демонтажа Союза. Против Ельцина подняли бунт шесть депутатов Верховного совета РСФСР, в том числе и Владимир Исаков, профессор Свердловского юридического института и бывший соратник Ельцина. На бунт ортодоксов Свердловск ответил рёвом негодования, и 12 июня 1991 года на выборах первого Президента РСФСР больше 80 % свердловских избирателей проголосовали за Бориса Ельцина. Это был апофеоз общей судьбы urbi et orbi.
А 19 августа страну опять занесло на очередном вираже: грянул путч. Группа генералов, партократов и высших чиновников попыталась остановить историю и объявила, что берёт власть в свои руки. Горбачёв оказался в изоляции на своей даче в Крыму, а в Москве сопротивление возглавил Ельцин. Москвичи окружили Белый дом баррикадами, а страна уселась перед радиоприёмниками слушать «Эхо Москвы». Ельцин призвал народ к политической забастовке, но его кроме Москвы поддержали только в Ленинграде и Свердловске. Эмиссар Ельцина Олег Лобов спешно прилетел в Свердловск, чтобы подготовить секретный бункер под Сысертью, где в случае чего разместится «правительство в изгнании», уже спешно назначенное Ельциным указом от 20 августа 1991 года.
Горком партии в Свердловске сидел тихо – это ведь КПСС стала идеологом реваншистов, поэтому лучше не высовываться. Исполком тоже выжидал: ему-то что, он при любой власти нужен. А вот горсовет шумел. Присутствовало всего три десятка депутатов-демократов – остальные разбежались, но зал заседаний заняли люди с улицы. От лица всего горсовета это собрание объявило о поддержке Ельцина – на подобное тогда мало кто решился. Молодая телерадиокомпания «Студия Город» смело транслировала пламенные выступления карбонариев.
В Свердловске забастовало 88 предприятий и ещё 400 сообщили, что тоже готовы бастовать. Прополз страшный слух, что на город идёт какая-то войсковая колонна, и несколько добровольцев на своих «Жигулях» и «Москвичах» две ночи мотались по разбитым дорогам вокруг Свердловска под яркими звездопадами августа – искали танки супостатов. Депутаты-демократы сидели в горсовете безвылазно, а на площади был разбит лагерь защитников горсовета. Всё это было пылко, наивно и даже смешно, однако те события определяли судьбу всерьёз.
Вечером 21 августа в Москве покончили с путчем. 22 августа в Свердловске на площади 1905 года демократы ликовали на огромном митинге: пришло 100 тысяч горожан! Такого город никогда не видел – и больше не увидит.
Среди лидеров разгромленного путча окажется и свердловчанин Александр Тизяков, гендиректор завода имени Калинина. Промышленный генерал, он не был махровым ортодоксом, но не терпел демократического руководства экономикой, а его
Для революционеров нет ничего лучше провалившейся контрреволюции. 23 августа хмурые коммунисты собрались на пленум горкома и были потрясены известием, что Ельцин приостановил действие КПСС. Коммунисты поняли: это – финал. А торжествующий горсовет добрался и до горисполкома, своего злейшего врага. Горсовет объявил о реформе исполнительной власти, и Юрий Новиков, председатель горисполкома, подал в отставку. Горсовет победил всех.
Осенняя волна победной демократической эйфории аукнулась не менее важным делом горсовета, чем бодание с соперниками. Давно ходили разговоры о возвращении городу исторического названия, депутаты горсовета даже создали общественный комитет «За Екатеринбург». Ещё были предложения переименовать город в Исетск, Татищев или Бажовград: партийно-казённый Свердловск уже мало кому нравился. И в кои-то веки горсовет не устроил из переименования шоу. Охваченные воодушевлением, без всякого референдума, 4 сентября 1991 года депутаты горсовета взяли и проголосовали за возвращение Екатеринбурга.
Эта не просто имя города. Это программа. Это курс. Это цель.
Снижая пафос, горожане тотчас придумают такой анекдот: «Вопрос: почему Свердловск переименовали в Екатеринбург? Ответ: потому что Яков Свердлов был евреем и настоящая его фамилия – Екатеринбург».
Советское название города потихоньку отовсюду сойдёт как снег – исчезнет с привокзальной гостиницы, с въездных знаков, с железнодорожных станций, с логотипов газет, с конторских вывесок. Но вот область всё равно останется Свердловской, потому что в угаре освобождения, отправляя в Москву документы о переименовании, горсовет просто забыл упомянуть про область.
И ещё название «Свердловск» сохранится как знаменитое произведение стрит-арта: надпись « I SverdLOVEsk» много лет будет украшать бетонный забор возле Литературного квартала и станет культовым объектом.
Знак «СвердLOVEск»
А горсовет вместо горисполкома решил учредить городскую администрацию. Депутаты долго утрясали организационные вопросы. Наконец 30 января 1992 года на должность главы администрации города Екатеринбурга горсовет официально избрал своего депутата Аркадия Чернецкого, гендиректора ПО «Уралхиммаш».
Правда, скоро выяснилось, что горсовет поменял шило на мыло. В одном из первых же интервью Чернецкий оповестил, что будет исполнять лишь «толковые решения депутатов». Определять, какие решения толковые, а какие бестолковые, Чернецкий будет сам. В общем, хрен редьки не слаще, а горадминистрация не лучше горисполкома: война исполнительной и законодательной властей не угасла.
Генерал Катод и генерал Анод
Начало карьер Росселя и Чернецкого