Эдем
Шрифт:
Джаред выпустил мою руку и потер загривок:
— Это не поездка по дороге. Нам нужно прикрытие в воздухе.
Эли криво усмехнулся:
— Он не станет вмешиваться.
Джаред нахмурился:
— Как я смогу защитить Нину, если самолет упадет? В воздухе возможных опасностей станет больше. Отключится электричество, заглохнет мотор… если мы упадем в воду, можем попасть в шторм с пятидесятифутовыми волнами. Ничего нельзя гарантировать.
— Верно, — кивнул Эли. — Я поручу это Самуэлю. Пусть присмотрит, чтобы все прошло гладко. Договорились?
— Очень хорошо, — согласился Джаред. — Еще одна вещь…
— О,
Я не удержалась от улыбки:
— Боюсь, это для меня самой станет сюрпризом.
Улыбка Эли растянулась от уха до уха.
— Похоже на то. Может, мне стоит еще раз сказать: «О мой бог!», чтобы соблюсти формальности? О мой бог! Ты готова?
Джаред улыбнулся и опустил взгляд:
— Мы готовы.
— К чему? — спросила я.
— Последний вопрос, — отставив в сторону игривость, мягко начал Эли. — Этот ребенок особенный, Джаред. Первый ангел, который родится на земле. Как вы уже знаете, этот младенец способен на многое, его силы выходят за пределы вашего понимания, но за свою жизнь вы отвечаете сами.
Джаред сосредоточенно сдвинул брови, силясь постичь, что хочет сказать этим Эли.
Взяв мужа за руку, я сказала:
— Я думала, когда ребенок родится, он будет защищен. Разве не так?
Джаред накрыл ладонью мою руку.
— Задавай свой вопрос, Эли. Спрашивай, что еще осталось неясным?
— Ты в нее веришь?
— В Нину? — не понял Джаред и смущенно посмотрел на меня.
Эли заговорил тихо и медленно:
— Материнская любовь — это все, Джаред. Благодаря ей ребенок приходит в мир; она влияет на все его существование. Когда мать видит своего ребенка в опасности, она в буквальном смысле способна на все. Матери поднимали машины, чтобы спасти детей, и разрушали целые династии. Материнская любовь — это самая мощная сила, известная людям. Ты должен верить в эту любовь и в эту силу. Справишься?
— Да, — не сводя с меня глаз, ответил Джаред.
Эли кивнул:
— Это даст тебе уверенность, чтобы выполнить задуманное.
Я посмотрела на Эли, хотела сказать ему «прощай!», но ангел исчез. Глубоко вздохнув, я обняла своего супруга:
— Ну, теперь тебе легче?
— Не то чтобы я не верил в твои способности, просто не овладел искусством оставаться сторонним наблюдателем.
— Эли сказал, что мы сможем спокойно добраться до Иерусалима! Он только что заверил тебя: все будет в порядке! Ты его слышал?
Джаред нахмурился.
— Я слышал, как он сказал, чтобы я не оставлял тебя ни на секунду.
— А я слышала, как ты подтвердил, что так и сделаешь, — с улыбкой произнесла я.
Джаред кивнул, но на лице его было написано недовольство.
— Знаю. И сделаю.
Он взял меня за руку и повел к «эскаладе». Я бросила на мужа предупреждающий взгляд. Джаред поморщился и добавил:
— Клянусь.
— Не думаю, что он имел в виду, будто я должна возглавить операцию. Моя любовь к ребенку обеспечит его безопасность. По-моему, это здорово и очень просто.
— Слишком просто. Мне бы не хотелось, чтобы ты настраивалась так: вот мы приземлимся, возьмем такси, поедем в храм Гроба Господня и все пройдет как по маслу. Все наши планы могут рухнуть в одночасье.
Я сжала руку мужа:
— Мы можем это сделать. Мы просто обязаны.
Джаред взял мое лицо в ладони и прижался
— Ой! — вскрикнул Джаред и отпрянул.
Я взялась руками за живот и засмеялась:
— Ты почувствовал?
— Конечно. Думаешь, Горошинка пытается нам что-то сказать?
— Что его от нас тошнит?
Джаред открыл для меня дверцу и помог сесть в машину.
— О, теперь это уже он?
— Я не знаю. Меня забавляют обе мысли.
Джаред захлопнул дверцу и в следующее мгновение уже сидел за рулем. Он сунул ключ в замок зажигания и тронулся с места. На его лице играла легкая улыбка.
Я прислонилась к плечу мужа и обвила руками его руку. Впервые за долгое время завтрашний день не предвещал угрозы. Эли послал нам всем лучик надежды.
Зазвонил мой мобильник, я выудила его из сумочки и прочитала строчку на экране.
— Привет, Бет.
— Вы давно приехали?
— Несколько часов назад. Знаю, я обещала заехать к тебе, но мы должны были сперва повидаться с Лиллиан и Синтией.
— Ладно, это я понимаю, но ты бы хоть позвонила!
Я сдвинула брови — опять у меня дружба побоку.
— Хорошо. Лечу к тебе. Встретимся в пабе через двадцать минут.
— В пабе? Ты серьезно?
— Да. Уверена, тебе надо выпить. Я позвоню Райану и Клер. Они тоже придут.
— Прямо как в старые времена! — взвизгнула Бет. — Я скажу Чеду!
Положив телефон в сумочку, я улыбнулась:
— Она меня не дослушала.
— Думаешь, это нормально — встречаться в людном месте после такого тяжелого дня? — хмуро спросил Джаред.
Я посмотрела в окно:
— Это мой город. Пусть только попробуют.
Джаред хмыкнул, взял мою руку и поцеловал пальцы:
— Ты такая прелестная, когда ершишься.
Этот комплимент вызвал у меня усмешку. Пока мы ехали к пивной, я смотрела на мелькавшие за окном улицы Провиденса и изредка украдкой поглядывала на Джареда. Нет, он совсем не изменился с момента нашей встречи. Все тот же высокий блондин, красивый, как кинозвезда. Таким же он был, когда сел рядом со мной на скамейку три года назад. Я все так же любовалась мышцами его груди и рук, когда они при движениях вырисовывались под рубашкой, а его серо-голубые глаза заставляли меня смущенно замолкать. Бывало, жизнь закручивалась крутыми виражами, но я ни за что не променяла бы ее на другую. Да, очень скоро нам придется вступить в смертельную схватку, но у меня было все, чего я хотела, я жила с мужчиной, которого безумно любила. Стоило ли ради этого подвергаться опасностям, бояться, пребывать в постоянном стрессе? Да, черт возьми.
Дома вокруг пивной изрядно обветшали по сравнению с тем, как выглядели, когда я училась на первом курсе. Улицы казались более темными, а вместо веселых студентов у входа в паб толкались какие-то мрачные личности вовсе не студенческого возраста и, судя по лицам, изрядно потрепанные жизнью. Джаред заехал на стоянку и припарковался на противоположной стороне улицы.
Я проскакала между луж, как при игре в классики, и, не отвечая на взгляды дышавших свежим воздухом завсегдатаев пивной, затащила Джареда в зал. Тоззи уже не стоял за стойкой. Его место заняла высокая женщина с длинными желтыми волосами. Приветствия мы от нее не дождались.