Эдем
Шрифт:
— Ты не должна больше выходить после наступления темноты.
— Пошлите Моник, пусть приготовит Вам чашку горячего молока и рома, — распорядилась Сара. — И хорошо выспитесь. Вам не нужно завтра ехать в Новый Орлеан.
Викки заснула, зная, что над ней с беспокойством нависла Моник, трогая лоб, чтоб убедиться, что нет лихорадки. Сколько хлопот из-за лёгкого насморка! Но неподдельное беспокойство Майкла доставило удовольствие.
Прошло много времени, пока Викки спала.
— Дождь кончился? — спросила Викки, и Моник с улыбкой повернулась к ней.
— Да, ещё ночью. Солнце сияет, и всё так чудесно пахнет. — Она с удовольствием втянула носом воздух. Пьянящий аромат «утра после дождя», подумала Викки. Она рада, что не будет дождя, пока Майкл с семьёй будет хоронить Эву.
— Пойду, приготовлю завтрак. А Вы не должны вставать с кровати.
— Я чувствую себя прекрасно, — возразила Викки. — Все уже уехали?
— Нет, мисси, но скоро поедут, — Моник направилась к двери.
Пережитый вчера ужас вернулся. Она видела заляпанное кровью мёртвое тело Эвы, лежащее на полу комнаты Мадлен, слышала голос Пэйшенс. И сейчас лежит здесь, в кровати, отстранившись от горя, постигшего семью. Она должна быть с Майклом для поддержки.
— Мне нужно одеться и ехать с ними. — Викки отбросила в сторону одеяло.
— Маста Майкл сказал «нет», — возразила Моник. — Он сказал: «Моник, держи юную мисси в кровати весь день».
— Хорошо, Моник, — со слабой улыбкой сдалась Викки.
Она сидела в кровати и ела, не ощущая вкуса, прислушиваясь к звукам, долетавшим снаружи. В галерее Барт ругал Сэма и Хильду, помчавшихся за белкой.
— Сара! — Заорал он. — Какого чёрта копаешься? Майкл и Алекс заждались тебя. — Барт также не ехал на кладбище.
— У нас куча времени, — донёсся до Викки напряжённый голос Сары. — Кроме того, надо подождать Джошуа и Бетси. Я послала за ними Сократа.
— Они уже едут, — сообщил Майкл.
Сердце Викки бешено застучало при звуке голоса мужа.
— Мисси, кушайте, — сказала Моник с притворной строгостью. — Юнона заставит меня нести всё обратно.
Викки слышала скорбные приветствия, когда прибывшие Джошуа и Бетси присоединились к остальным. Поездкой на кладбище правил Сократ, он знал Эву ещё маленькой девочкой.
— Эндрю! — резко крикнул Барт, когда все отъехали. — Принеси бурбон.
Викки подремала ещё часа три и очнулась как от толчка. Отбросила в сторону покрывало, подняла сетку и бросилась к окну. Она посмотрела вниз. Почему прислуга убегает из дома?
Протянула руку за платьем и натянула его, когда уже бежала к двери,
— Нет! Нет! — внизу пронзительно кричала Моник. — Нет!
— Заткнись! — рявкнул Барт. — Убирайтесь отсюда, черножопые ублюдки! Пока вас всех не перебили!
Наплевав на опасность, Викки широко распахнула дверь и помчалась вниз к библиотеке, откуда раздавался шум.
— Положи пистолет, — приказал глубокий незнакомый голос, — или я вырежу тебе сердце и засуну в задницу!
— Не смей угрожать мне! — воинственно проорал Барт, и Викки застыла, когда раздались два выстрела. — Теперь вы оба, убирайтесь отсюда к чёртовой матери, — хрипло приказал Барт, — или получите то же самое!
Викки, затаив дыхание, подбежала к двери, когда раздался другой выстрел. Она застыла в дверях, когда Барт с расширившимися глазами, будто не веря в происходящее, пытался сделать нечеловеческое усилие, чтоб встать с инвалидного кресла, и упал к её ногам.
— Мисси, — всхлипнула Моник, — они с плантации Фремонта.
Моник указала на двух высоких, развязных, полуголых рабов, стоявших по другую сторону комнаты. Одни из них нашёл пистолет, забытый Алексом в ящике стола, и сейчас целился в Викки.
34
Викки отвела взгляд от ствола направленного на неё оружия, ум с бешеной скоростью просчитывал ситуацию. Рабы Эдема побежали в кварталы за помощью.
— Вы с плантации Фремонта? — спросила она, холодея от ужаса.
— Верно, — осторожно пожал плечами более молодой и нервно посмотрел на товарища с пистолетом.
— Значит, вы все эти дни были на ногах, — сказала она так вежливо, будто это гости, получившие возможность укрыться от бури. Нельзя дать им понять, как она напугана. — Вы, должно быть, голодны. — Она обратилась к Моник, со страхом наблюдавшей за ней. — Моник, ступай на кухню, и принеси что-нибудь поесть. — Она выдавила улыбку, взгляд приказывал Моник следовать указанию. — Там должна быть жареная свинины и пирог с пеканом. Мы едва притронулись к нему за ужином.
— Шэд, пойдёшь вместе с девчонкой, — бесцеремонно распорядился крупный негр с пистолетом. Его заинтриговало легкомыслие Викки.
— Принеси им еды, Моник, — тщательно повторила Викки.
Она с трудом подавила слабость, когда взгляд неосторожно упал на мёртвое тело Барта Идена. Он ещё жив? И снова обратилась к рабам:
— В столовой вы найдёте серебро, — теперь взгляд наткнулся на пару тел, получивших пули Барта и в неуклюжих позах лежащих у окна, — показать, где?