Единорог
Шрифт:
– - Доброе утро, -- ответили они, Алиса натянуто, Эффингэм вежливо, Пип развязно, Дэнис ничего не сказал, а мисс Тэйлор -- с каким-то чуть заметным волнением. Эффингэм ощутил это волнение и bystro взглянул на Скоттоу, затем он заметил, как Джеймси подмигнул мисс Тэйлор. Вот откуда, несомненно, исходила ее информация относительно Алисы. Эффингэм почувствовал отвращение к Скоттоу и Джеймси. Они оба были с ружьями, и две пары корич невых ушей торчали из охотничьей сумки Джеймси. Два безрассудных зайца не будут больше прыгать по лужайкам.
– - Как приятно
Пип улыбнулся. Он повернулся к Дэнису, и Дэнис, как по команде, встал перед ним. Пип передал ему фазанов и, не торопясь, направился к Райдерсу. Маленький инцидент произошел непринужденно, как хорошо отрепетированная церемония или как сцена из балета. Скоттоу посмотрел ему вслед с выражением комического страдания на лице.
– - О, мисс Леджур, надеюсь, я не обидел вашего брата. Я просто пошутил. Скажите ему, пожалуйста, что я пошутил.
– - Я должен идти, -- снова сказал Эффингэм. Присутствие оружия беспокоило его. На неожиданной встрече, казалось, лежала тень настоящей кровавой битвы.
Дэнис с фазанами уже направился к Гэйзу. Мисс Тэйлор явно колебалась.
Скоттоу оживленно сказал:
– - Что ж, мы с Джеймси намерены продолжить свои кровожадные подвиги. Вижу, мисс Тэйлор не одобряет этого, но, уверен, она не откажется от тушеного зайца. Пойдем, Джеймси.
Большая квадратная и тонкая мальчишеская фигуры отправились дальше, вверх по холму, и стали переходить через ручей, их силуэты появились теперь на фоне синего неба. Трое оставшихся направились к замку. Инцидент и чувство разделенной, но невысказанной мысли на минуту сблизило их. Эффингэм молча шел между двумя женщинами. Мисс Тэйлор взглянула на своих спутников, а затем, нахмурившись, посмотрела вперед. Увидев уголком глаза столь решительное выражение неодобрения, Эффингэм подумал, что эта неиспорченная молодая женщина стала и вправду новым явлением в их прежнем положении и, вероятно, может оказаться активной. Его привел в некоторое замешательство собственный вывод в отношении ее неиспорченности. Значит, все остальные были isporchennymi?
Чтобы отвлечься, Эффингэм начал расспрашивать мисс Тэйлор о том, что она делала до приезда в Гэйз, о ее университетской деятельности и о времени, проведенном в Париже. Он говорил с ней вполне естественно, как будто она была молодой студенткой, а он снова стал преподавателем. И вскоре заметил, что она стала себя вести с ним непринужденнее. Агрессивное и одновременно застенчивое выражение лица исчезло. Алиса демонстративно молчала. Они достигли ворот замка.
– - Я слышала, мистер Леджур ученый и занимается греческим, -- сказала мисс Тэйлор, чтобы вовлечь в разговор Алису.
– - Мне бы так хотелось знать греческий. Я самостоятельно выучила немецкий, но у меня никогда не хватало силы воли, чтобы взяться за греческий.
– -
Алиса чуть вздрогнула, откинув голову назад.
, -- подумал Эффингэм, но слова уже не вернуть назад. Мисс Тэйлор покраснела. Она посмотрела на отвернувшуюся Алису, затем на Эффингэма. За секунду какая-то незримая связь возникла между ними. , -- думал Эффингэм.
– - Если, разумеется, вы захотите, -- поспешно добавил он, чтобы сгладить резкость впечатления, -- я мог бы дать вам пару уроков, просто чтобы вы могли начать.
– - Как любезно с вашей стороны. Я посмотрю, будет ли у меня время, хорошо?
– - ответила мисс Тэйлор. , -- подумал он.
– - Где Тадж?
– - спросила Алиса.
– - Он не вернулся с Пипом. Мне казалось, он с нами.
– - Собака?
– - переспросила мисс Тэйлор.
– - Она только что побежала за Дэнисом.
– - Проклятье!
– - воскликнула Алиса.
– - Теперь мне придется зайти за ним. Уж если он с Дэнисом, он ни за что не вернется домой добровольно.
– - Может, мне привести его?
– - предложила мисс Тэйлор.
– - Нет, нет. Он не пойдет с вами. Давайте поскорее зайдем вместе. Оставим Эффингэма помечтать в одиночестве. Не мы нужны ему.
– - Алиса взяла девушку за руку и потянула ее вперед.
Эффингам смотрел, как они уходят. Перед ним вырос образ Ханны -огромный безмятежный золотой идол в обрамлении двух malen'kih удаляющихся фигурок на авансцене.
ГЛАВА 11
Он держал ее в своих объятиях. В такие минуты Эффингэм испытывал огромную радость, ослепляющее вечное блаженство и не мог себе представить, что он сможет когда-нибудь покинуть ее. Она была единственной, прекрасным фениксом, его правдой, его домом. Он почувствовал волнующую смиренную благодарность к ней за то, что она стала источником такой великой любви.
– - О Боже, Эффи, я скучала по тебе. Я так тебе благодарна за то, что ты вернулся.
– - Ты должна проклинать меня за то, что я уехал. Я не забочусь о тебе как следует.
– - Ну полно. Ты прекрасно обо мне заботишься. Нет, не опускайся на пол. Поцелуй меня, Эффи.
Он подвел ее к софе, и они сели, держась за руки.
Эффингэм осмотрел комнату. К счастью, все осталось прежним: бутылки с виски, куча бумаг, маленький ленивый огонек в камине, пампасная трава и честность, более хрупкая, чем в прошлый раз. Он снова посмотрел на Ханну:
– - С тобой все в порядке? Не случилось ничего ужасного? Ничего, о чем ты не смогла упомянуть в письме?
– - Нет, у меня все хорошо. Все как обычно.
– - Не все. Появилась эта девушка, мисс Тэйлор.
– - О да, Мэриан. Но это хорошо. Я же писала тебе, не правда ли? Я так счастлива, что она здесь. Каждое утро я просыпаюсь с радостным ощущением от чего-то хорошего, и причиной -- она.
– - А теперь и я тоже! Я ревнивый.
– - А теперь и ты тоже, дорогой. Выпей немного виски, Эффингэм, и дай мне. Я просто хочу сидеть и радоваться тому, что вижу тебя.