Единорог
Шрифт:
— Думаешь, я слишком разболтался? Несу чушь?
— Ну, почему же чушь?
— А в чем дело?
Она пристально посмотрела на него, потом подняла руки и обняла его за шею.
— Просто слова порой должны уступать место делам… — пробормотала Модести.
Снова их тела слились, и золотые полосы солнечного света начали свой причудливый танец, создавая все новые и новые прихотливые узоры…
В десять часов Модести вышла из ванной, завязывая пояс желтого халата. В открытую дверь гостиной она видела спину Майка. Он был в голубых
— Через пять минут я оденусь и выйду, — весело крикнула ему Модести.
Она уже направлялась к спальне, когда Майк вдруг сказал:
«Погоди». Голос его прозвучал как-то странно. Она повернулась и подошла к нему. Он молча протянул ей газету. Она так же молча стала просматривать страницу.
Газета называлась «Ль’Аурор». На первой странице огромными буквами чернел заголовок: «ОБНАРУЖЕН ПРОПАВШИЙ ВАТТО». Модести стала читать первые абзацы, набранные крупным шрифтом.
— Этот чертов ящик выпал из грузовика и открылся, — сказал Майк. — В нем были какие-то гипсовые статуэтки.
Некоторые из них разбились. В одной оказался спрятан холст.
Дельгадо наблюдал, как Модести реагирует на этот удар. Лицо ее не побледнело, но зато странно окаменело. Наконец она протянула ему газету и пошла в спальню. Он двинулся следом. Она сидела на кровати, сунув руки в карманы халата и смотрела в окно, ставни которого теперь были распахнуты.
— Они могут проследить, куда ведут нити? — спросил Дельгадо.
— Нет. Ни назад, ни вперед. Если бы пресса не устроила трезвон, они могли бы доставить груз в Лиссабон и там уже проверить, кто пожелает его получить. Но теперь этот номер не пройдет. Мне надо сказать журналистам спасибо.
Майк зажег сигарету, передал Модести. Он обратил внимание, что еще мгновение назад у нее был отсутствующий взгляд. Теперь в ее глазах появилась новая сосредоточенность.
— Да уж, есть за что сказать спасибо, — иронически произнес Дельгадо.
— Я совершила ошибку, — сказала Модести, и в ее голосе зазвенела ярость — она злилась на самое себя. — Не надо было так отправлять груз!
— Но это был лучший способ.
— Нет. — Она посмотрела на Майка в упор. — Это был самый безопасный способ, но не самый лучший. Мне следовало бы вывезти Ватто самой. С Вилли. Мы так всегда делали раньше. Но я что-то утратила форму.
— Ты?
— Да, я! — Модести встала и, обхватив себя руками, начала расхаживать по спальне. Сигарета, зажатая в пальцах, не дрожала. — Теперь, прежде чем я сделаю новую попытку, мне придется немножко поработать над собой…
— Новую попытку?
— А что еще мне остается? Только прежде нужно восстановить форму. Лучше держать удар, быстрее соображать. В общем, стать той, какой я была раньше.
— Чем же ты планируешь заняться?
— Пока не знаю. Но, наверно, чем-то вроде того, что было у меня все те годы… Что-то серьезное. — Она коротко усмехнулась и сказала: — Ты не
— У меня пока нет ничего определенного.
— Может, так оно и есть, но ты ведь всегда держишь нос по ветру. А я утратила контакты. Может, ты подскажешь, если что-то где-то наклевывается…
— Ты готова наняться?
— На время… Если ничего лучше не подвернется. Он молчал добрую минуту, потом помотал головой.
— До меня доносятся разные слухи, но никогда не известно, что за всем этим скрывается…
— Если поймешь, что есть какой-то неплохой вариант, причем по моей части, то дай знать.
Она подошла к окну и, затягиваясь сигаретой, уставилась перед собой.
Возникла пауза, потом Майк спросил:
— Какие у тебя планы?
— На сегодня?
— Да.
— Первым делом позвоню Вилли, если он еще не читал газет. Ну, а потом начну жить дальше… сама по себе… Мы поспешили праздновать победу, Майк. Праздник окончен…
— Ты хочешь, чтобы я съехал?
— Извини, Майк, но что поделаешь!
— Я могу чем-то помочь?
Она с улыбкой посмотрела на него и спросила:
— Ты, надеюсь, не собираешься предложить мне денег взаймы?
— Нет, конечно. — Он улыбнулся и добавил: — Это не устроило бы никого из нас.
— Это верно. Тогда о какой же помощи может идти речь?
— Я имею в виду то, о чем ты только что говорила. Если вдруг до меня дойдут слухи и они окажутся подтвержденными… Короче, где я могу найти тебя?
— Еще пару дней я пробуду здесь, как и собиралась, а потом поеду в Танжер.
— С Вилли Гарвином?
— Да. К его протеже Люсиль… Она хочет нас видеть.
— Ясно. Но что ты будешь делать?
— Попробую узнать, не пожелает ли кто-нибудь купить мой тамошний дом.
— Тебе будет его не хватать. Ты давно им владеешь. Но по крайней мере, это даст какие-то средства… За него могут неплохо заплатить.
— Да уж, это было бы кстати. Я ведь заняла деньги под его стоимость… Но ты звони или телеграфируй туда. Я там пробуду недели три, если мы с Вилли не отыщем какую-нибудь стоящую работу.
— Ладно. — Дельгадо встал и сказал: — Можно хоть позавтракать или уезжать на голодный желудок?
— О чем ты говоришь! — В ее голосе была теплота. — Я тоже что-нибудь съем с тобой за компанию.
— А потом еще напоследок искупаемся?
— Нет, после завтрака тебе лучше уехать. У меня есть кое-какие спешные дела. И надо кое-что обдумать…
— Ты еще не пристрастилась к созерцанию пупа? — буркнул он. — Помогает в размышлениях. — В его глазах появились насмешливые искорки.
— Почему бы и нет? — сказала она, не обижаясь на шпильку. — Я пользуюсь приемами йоги, когда мне нужно хорошенько сосредоточиться, снять напряжение. — Она подошла к двери, обернулась, и на ее лице появилась озорная улыбка подростка. — По крайней мере, не одному тебе на него таращиться.