Единственные
Шрифт:
У него намечалась встреча с партнерами. Он собирался расширить сеть ресторанов в отелях, которыми владел. Изменить меню, интерьер, обслуживание. Повысить класс. Сделать не просто роскошными, а фешенебельными. Сделка обещала быть прибыльной, но вначале хлопотной.
И вот он разворачивает машину, связывается с Ириной, чтобы она отменила встречу.
– Хорошо, всё сделаю.
За что он ценил личную помощницу – за умение реагировать без эмоций на любое изменение в, казалось, устоявшемся распорядке. Он и взял её на работу не из-за внешности. Личные помощницы, отсасывающие
Всё пошло не так с момента, когда он увидел посетительницу.
Да, красивая.
Да, эффектная и маленькая.
Была у Захара слабость – любил он «карманных Венер». Учитывая свой нехилый рост в метр девяносто, он питал особое расположение к миниатюрным девочкам до метр пятидесяти пяти, максимум метр шестьдесяти. Особый пунктик в его сексуальной жизни занимал секс стоя. Когда он удерживал партнершу на весу, а она обхватывала его ногами. Самая любимая поза Волгарского.
По статусу ему было положено иметь любовниц-моделей с ногами от ушей. Чхать он на них хотел. Куда уютнее и сексуальнее маленькие девочки. Но не по возрасту! Кем-кем, а педофилом Волгарский не был.
И тут… такая ляля у него в приемной.
Всё было бы шикарно, и он нисколько не преувеличивал, когда чуть позже заявил ей, что если бы увидел её в клубе или на закрытой вечеринке, непременно обратил бы внимание. Она бы не прошла мимо его глаз. И он отвез бы ее к себе, и они отлично бы провели время. Возможно, даже не единожды.
Она полностью соответствовала его мужским требованием.
А грудь «третьего» или не полного «четвертого» размера шла приятным бонусом.
К сожалению, всё испортило её якобы случайное появление на его этаже. Всё. Подстава. Охотница. Элитная шлюха. Он и против последних ничего предвзятого не имел. Отлично – цена ночи обеспечивает комфортные условия секса.
Но, мать вашу, не в его офисном здании.
Оттого и разозлился.
Как оказалось – рано.
Настоящая злость пришла позже, когда эта дура посмела открыть рот и что-то вякнуть по поводу его сына.
Для него имя Лешика из уст любой женщины – сродни красной тряпки для быка.
Он ЕГО СЫН! И точка.
Никаких мамочек. Никаких мачех.
Никого.
Захар разозлился до такой степени, что его затрясло от с трудом сдерживаемой ярости. Он едва не придушил нахалку, что заявилась к нему. Хотелось сомкнуть пальцы сильнее. И он не шутил по поводу личной расправы, если бы она заявила, что с его Лешиком что-то случилось, и сейчас сын не находился дома под присмотром няни и личной охраны. Хватит.
Но не менее фантастическим было её следующее заявление.
«Ваш сын – это мой сын. А мой – ваш!!!»
Вот тут он на жалкое мгновение растерялся, стушевался.
Казалось, готов был ко многому.
Такое… Слышал впервые.
Бред. Кончено же, бред, с которым он даже разбираться не хотел.
Вызвал Макара и отдал распоряжение ему. Пусть выясняет подробности, сам же уехал.
Пока спускался вниз, всё в голове прокручивал.
Девушка… Красивая, и на вид не шлюха. Одета прилично,
Нет, на элитную девочку она никак не тянула. Скорее, на сотрудницу офиса среднего пашиба. С зарплатой в пятьсот евро.
Черт, ему какое дело, сколько и по чем на ней одето?
Волгарский тряхнул головой. Он привык оценивать человека, встречать по одежке. И считал это правильным.
Дальше. Её гнев. Он был тоже искренним.
Конечно, не исключено, что девочка прекрасная актриса. Он за свои тридцать с хвостиком и не такие исполнения встречал. И у него почти выработался иммунитет на женскую ложь и хитрость.
И всё же в Захаре клокотало так, что он никак не мог успокоиться. Сел в «майбах», а в голове прокручивалось произошедшее.
Он оставил Макара с ней. Макару он доверял, как себе.
Только… Мля, вкусы у них на баб одинаковые были. В юности их спасало то, что Макар старше его на восемь лет. Девки вешались на него, пока Захар исходил слюной и занимался самоудовлетворением. Когда подрос, опять же возраст сыграл существенную роль. Макар выбирал, что постарше, Захару доставались соплюшки. Отличное распределение, иначе бы парни разосрались ещё в юности, и никакого крепкого тандема не получилось бы.
А сейчас на Волгарского что-то нашло. Идиотизм, конечно, но…
Ему надо вернуться.
Вот надо и всё тут.
Чтобы самому разобраться.
Да и её слова… Нелепо, глупо, но она же на что-то рассчитывала, когда заявилась к нему?
Он ослабил галстук. Как и большинство мужчин ненавидел эти «удавки». Девушки ненавидят туфли на шпильке, мужчины – галстуки. Но и без тех, и без этих не обойтись.
В приемной сидела ещё одна девушка. Ирина быстро вышла из-за ресепшена, поспешила ему навстречу.
– Захар Владимирович, эта девушка с той…
Он кивнул, никак не прокомментировав новость. В одночасье его приемная превратилась в проходной двор, что не могло не раздражать. Волгарский не любил посторонних людей. Встречи только по договоренности.
Распахнул дверь, входя в кабинет, и… замер.
Завис.
Он ожидал чего угодно.
Слез, криков, мольбы. С Макаром шутки плохи. Тот хорошо знал дело начальника охраны. Он же дал четкие указания.
А тут…
Девушка кормит малыша грудью.
У Волгарского было чувство, что он, разогнавшись на спринтерской дистанции, со всей дури влетел в невидимую стену.
Во-первых, обнаженная грудь и есть обнаженная грудь. Несмотря на обилие секс-картинок, стриптиза и доступных женщин, любой нормальный мужик не может оставить без внимания прелестное лакомство.
Во-вторых, кормление. Естественное грудное кормление…
У Захара мгновенно пересохло во рту, хотя, находясь в машине, он выпил пол-литровую бутылку питьевой воды. Он, как самый последний идиот, завис на этом зрелище. В прямом смысле завис. Не мог отвести взгляда.