Единственный шанс
Шрифт:
– Да-а, совсем забыл, – воскликнул Сычов, поворачиваясь к Степану. – Мне ваш спутник нужен на два слова по секрету…
Они с Тутышкиным вышли в соседнюю комнату, плотно прикрыв за собой дверь. «Вот она, ловушка, – подумал Степан. – Во всяком случае, очень похоже на то. Чего от него ждут? Чтобы подслушал? Расчет простой: чекиста не может не заинтересовать разговор двух врагов с глазу на глаз. Что ж, господа хорошие, продолжим игру, только карты-то ваши крапленые! Таким шансом нельзя не воспользоваться».
Степан приник ухом к двери и тут же услышал испуганный голос Тутышкина:
– Не
– В штаны наложил, – язвительно заметил Сычов. – Помощнички! Ладно, доставишь груз к железной дороге в район Истербаша и катись к чертовой матери. Как-нибудь сами!.. Преподнесем подарочек совдепии!
«Диверсия в районе Истербаша, – подумал Степан, а зачем?» И вдруг вспомнил!.. Выходя из кабинета Ефремова, он столкнулся с Лагуновым. Тот, наклонившись, прошептал ему: «Велено передать информацию. Все срочно выезжаем на линию. Получена шифровка из Москвы… Двенадцатым скорым едет иностранная торговая делегация. Приказано обеспечить безопасность!..»
Ну, конечно! Иностранная торговая делегация! О безопасности ее заботится Москва!..
Дверь открылась. Степан еле успел отскочить. Через минуту они с Тутышкиным уже ехали в пролетке по узенькой улочке. Возле «Иллюзиона» лавочник, натянув вожжи, остановился.
– Мне надо еще дельце одно сотворить без тебя, – сказал он. – Хочешь – подожди, а нет – так езжай по своему желанию. А я потом до дома сам доберусь.
Тутышкин скрылся в ближайшей подворотне.
Первым побуждением Степана было хлестнуть лошадей и мчаться к вокзалу, чтобы предупредить своих. Но он тут же одернул себя. Дурак! От него именно этого и ждут. Даже транспорт предоставили в полное распоряжение. Гони, докладывай, направь оперативников по ложному пути… Диверсия, разумеется, готовится – в этом сомнения нет, но только не в районе Истербаша…
Как бы хорошо предупредить своих! Попросить совета у Ефремова!.. У одного так мало шансов на успех! Но времени, а главное, возможности нет. Нельзя упускать момент, иначе случится непоправимое.
Глава 7
Стоял знойный полдень. Все живое попряталось в тени. Ветер с моря утих, и духота навалилась на город. Улица, будто вымершая, насквозь пронизанная жарким дагестанским солнцем, тонула в желтовато-пепельной пыли… Никого! Степан растерянно оглядывался по сторонам… Необходимо поставить в известность своих, медлить нельзя. Но он не мог упустить Тутышкина.
Степан спрыгнул с пролетки и нырнул в подворотню вслед за «хозяином». Теперь Тутышкин оставался единственной ниточкой, которая еще могла привести к цели.
Как он и предполагал, двор оказался проходным. Грузная фигура Тутышкина мелькнула у стены противоположного дома и скрылась за углом. Степан осторожно пересек двор и вышел в соседний переулок.
Преследовать нэпмана, самому оставаясь незамеченным, оказалось делом нелегким. Безлюдье на улицах заставляло Степана держать дистанцию и следить издали, соблюдая меры предосторожности. К тому же Тутышкин при всей его дородности был легок на ногу и ловок.
Раза три Степан его чуть не потерял.
Часа два бродили они с Тутышкиным по окраинным улочкам. Несколько раз тот приближался к своему дому и снова уходил от него. Стало очевидно, что его бесцельно водят по городу. Тутышкин даже оглядываться перестал…
Спустившись к морю, Тутышкин потолкался у пирса и двинулся в сторону портовых складов. Его приплюснутая шляпа мелькала между штабелями досок, потом вдруг пропала. Степан бросился вперед, обогнул груду бочек и уперся в гору угля. Обежав ее, увидел узкий проход между рядами ящиков. Не задумываясь, ринулся в проход. Резкий удар по голове свалил с ног. Падая, он подумал: «Вот и влип… Как глупо!» И больше уже ничего не помнил. Вроде бы тащили его волоком, бросили в телегу, повезли по тряской мостовой, накрыв вонючей рогожей…
Очнулся Степан в темноте. Над горами висела луна, приятная прохлада освежала лицо. Телега, на которой он лежал, двигалась медленно, и по тому, как она покачивалась, Степан понял: едут по проселку.
«Куда везут? – подумал он вяло. – Хотели бы прикончить, так давно пора. Значит, еще нужен, пытать будут». От этой мысли бросило в дрожь. Вспомнился боец из отряда, недавно попавший к бандитам в лапы. Как они, гады, над ним издевались! Страшно было потом на парня глядеть…
Степан попробовал высвободиться, но руки оказались туго связанными. Веревка врезалась в тело, кисти занемели, не разогнуть. Внезапно повозка остановилась.
– Привезли? – спросил требовательный голос, показавшийся знакомым.
– Почти два пуда, – послышалось в ответ. – На «иллюминацию» хватит с излишком.
– А взрыватели?
– Не забыли… Как можно!
Речь шла о взрывчатке, предназначенной для диверсии. Теперь-то он узнает все подробности. Но к чему, раз не сможет передать своим!..
– Да, забыл спросить, – раздался тот же голос. – Последнюю партию иранской лак-кожи успели переправить в Ребровую балку?
– Тише, господин! – испуганно воскликнул кто-то, до сих пор молчавший. – Про тайник не надо!
– Кого испугался?
– Да тут в телеге одного «мента» приволокли! Следил за лавочником… Вот мы его чуток «погладили»…
– А зачем было на дело тащить?
– Посчитали, что пришить никогда не поздно. Может, понадобится….
Степан вдруг узнал голос, не зря показавшийся знакомым. Говорил Сычов.
«Лучше бы кто другой, – с тоской подумал Степан. – Этот три шкуры спустит».
– А ну, присвети, – потребовал Сычов. – Поглядим на твоего «мента».
В глаза Степану ударил яркий свет.
– Ба, да это же наш старый приятель! – воскликнул Сычов. – Ну и дела! Что, казачок, виноват, господин чекист, не поверили, значит, свои-то?!
Сычов был доволен.
– Помогите ему подняться! – распорядился он коротко.
Два человека бросились к Степану и усадили, прислонив спиной к облучку телеги.
– Что это? – спросил Сычов с наигранным возмущением. – Веревки?.. Снять! Снять немедленно!.. Господин чекист оказал нам такую неоценимую услугу, что заслужил хорошее обращение.