Еду в сад
Шрифт:
А., дрожа, кивает.
Слышала? Ну вот же. Я известная певица. Аплодисменты! (Показывает, что надо хлопать.)
А. хлопает под покрывалом. Певец разводит руки, как бы кланяется, шипит от боли, прикасается к голове.
Ладно. Славяне так славяне. Мы с Аркашей спросили, вы откуда такие? Ничего не ответили, только так за усы схватились. Ладно. Толкуют: «Мы вас приглашаем к нам на приморский курорт!» Двое такие в турецкой черной коже восьмого
Молчание.
А. дрожит, отрицательно мотая головой под покрывалом.
А… Зачем ты надела мои концертные туфли, а?
А. начинает тонко плакать.
Вот это не надо! Тихо, тихо! Пять утра!
А. громко завывает, тряся головой как бы отрицательно.
А я говорю, пять утра! Тихо, котик, не плачь, а то убью!
Замахивается бутылкой. А. замолкает, продолжая трясти головой.
Ты вот лучше расскажи мне, что было вчера, дорогая моя! Кто меня бил?
А. трясет головой.
Ты не помнишь? Мои туфли надеть ты не забыла! Меня из-за тебя били?
То же.
А что было? Ну ничего не помню! Ариетта была при этом? Вернее, Аркашка был при этом? Такой мужчина с ресницами, с грудью, в парике? Бросил меня. Сволочь!
То же.
А кто был, не помнишь?
Та же реакция.
А вообще где я?
Кидается к окну.
Темно! Ни фонаря! Господи! (Пытается открыть окно.) Забито! Боже ты мой! (Хватается за голову, шипит от боли.) Зачем по голове-то стучали! У меня же голова это инструмент! Мой инструмент! Я всегда говорю: только не по лицу, только не по лицу!
А. трясется.
Я повторяю вопрос: что было вчера? Котик, отвечай!
То же.
Мы были в ресторане? Или к кому-то поехали? Мы были где? Кто меня сюда принес? Ты? Говори! Мозги на плечах у тебя есть? Отвечай!
А. плачет. Певец машет на нее рукой, шипит от боли.
Ты по-русски кындырбыр? Тебя спрашивают!
Молчание.
Не врубаешься, да?
Полулежит без сил, помахивая
А ну, кишкильды манту, чавэла! (Пауза, энергично.) Куза-буза квон! Это по-японски. Не знаю, что означает… А, надо ключ найти… (С трудом встает, ищет по комнате.) У меня вот был один японец! А я тоже ключ ищу, ищу! И он говорит вот это, типа кузабуза квон, кишкильды, я тут же: ноу, мани, плиз. Деньги давай, а то не выйдешь. Или он был не японец… киргиз, может быть… Не врубался по-английски, вообще ни на чем не говорил, как ты. (Пауза.) Я ему дверь не отпирала, пока он не расплатился. Так до утра и дрались. (Машет кулаками.) Все бы с милым целовалась, все бы шевелилася.
Пауза.
А вот что было вчера? Не помню! (Трясет головой, шипит от боли.) Надо соблюдать программу головы, не делать резких движений. Врач еще год назад сказала. Когда меня в клубе «Точка»… Размесили буквально… А ну, иди сюда. Иди сюда, я говорю, а то милицию вызову.
А. выбирается из-под стола, дрожит, еле идет. Можно понять, что это очень старый человек.
Э! Ты чего, старая женщина, по чужим номерам шастаешь?
А. трясется, начинает ныть.
Идите, мама! Я с бабушками не дружу! Если что, простите меня. Кындырбыр? Я вам даже заплачу!
То же.
Сейчас… Сейчас заплачу… (Ищет в сумке, в одежде, поднимает с пола пустое портмоне.) Обворовали! Обворовали! Милиция! Где мои все деньги? (Звонит.) Дежурный, меня обчистили! (Кладет трубку.) Нет, давай на допрос! Садись тут передо мной.
А. еле тащится, садится на стул, дрожит головой. Сидит босая, прячет ноги.
Таак… По-русски она не кындырбыр. Нет?
А. трясет головой.
Так. Если ты качаешь головой, то ты поняла мой вопрос, так?
А. еще более убедительно трясет головой.
То есть по-русски ты не понимаешь?
А. качает головой очень часто.
Но ты понимаешь, что я спросил?
То же.
То есть по-русски ты ничего не поняла?
Та же игра.
Нет, не так. Бабуль, ты глухая?
Трясет головой.
Не глухая.
То же.
Молодец. (Голосом робота.) Неправильно задан вопрос, как сказал Ариетта, когда его спросили в темном переулке, ты мальчик или девочка, в результате чего ему настучали по тыкве. Так. Вопрос! Бабуль, ты закончила у меня деньги воровать? Закончила или нет?