Её легионер

Ивин Александр

– Похоже, вы тоже попали под её обаяние...

– Вероятно, - голос Хаузера постепенно стал почти монотонным, бесцветным.
– Знаете, Боксон, я буду обращаться к вам за консультациями. Даже если мы об этом не договорились.

– Обращаться-то вы, конечно, можете. Но

результат я вам не гарантирую.

– До свидания, господин Боксон!..

– Всего доброго, господин Хаузер!..

...Вечером, докладывая руководству консорциума о беседе с Боксоном, Хаузер сказал:

– Этот человек отказался от всех моих предложений, хотя, как мне известно, никаких других контрактов у него сейчас нет. Тем не менее, я считаю необходимым продолжить сотрудничество с ним - он не только прекрасный практик диверсионных операций, но он ещё и отличный стратег. Предлагаю предельно засекретить этот контакт и никогда не упоминать его как документировано, так и устно.

Руководство с предложением согласилось.

...Примерно в тот же час Боксон и Катрин Кольери ужинали в кафе "Виолетта". Сюзанна чуть не лопалась от гордости, а её друг Филиппо был совершенно ошарашен возможностями Боксона, и в голове итальянца завертелись шальные мысли об Иностранном Легионе.

– Чарли, я давно не была в твоей пещере, - сказала Катрин.

– И что же делать?
– изобразил озадаченность Боксон.

– Думаю, тебе следует пригласить меня в гости.

– Откровенно говоря, я тоже так думаю, но врожденная застенчивость заставляет меня молчать...

– Ну, тогда хоть подмигни!

– Может быть, мне лучше тебя поцеловать?..

Вместо

эпилога

На третий день после ареста Аниту Синсарес забрали из марсельского тюремного госпиталя и перевезли спецавтобусом в Париж.

Неулыбающийся чиновник, похожий на директора католической гимназии, объяснил ей, что Анита Синсарес пропала без вести в Перу, наверное, её убили эти звери-экстремисты из какого-нибудь революционного движения. У арестованной же в Марселе девушки не было при себе никаких документов и потому её требования о встрече с перуанским консулом являются безосновательными. Но для облегчения своей участи ей следует пойти на сотрудничество с властями республики, и тогда, возможно, ей помогут в установлении истины, и, кстати, сделают косметическую операцию на изуродованном лице.

Анита Синсарес ответила на анкету из полутысячи вопросов, сама удивившись своей осведомленности. Эту анкету разработал известный профессор психологии, в свободное от чтения лекций время развлекавшийся помощью разведслужбе министерства иностранных дел, и теперь в распоряжении секретной структуры имелась на редкость подробная характеристика перуанского лево-террористического подполья. Впрочем, Анита Синсарес была далеко не единственным источником информации.

Пластическую операцию ей сделали удачно, новое лицо можно было выставлять на обложку модного журнала. Она подписала обязательство о сотрудничестве со специальной службой Французской республики. Ей даже позволили самой выбрать себе новое имя.

Продолжение, вероятно, следует...