Ее мальчишка

Стоял душистый и яркий май — за окном цвела сирень, пели соловьи и жаворонки, а солнце еще не успело достаточно раскалить свои лучи и потому дарило приятное тепло, а не изнуряющий летний жар. Прохладный ветерок забрел через окно в кабинет, где за вместительным дубовым столом склонился над бумагами молодой мужчина приятной наружности. Ветер подул сильнее, и бумаги, над которыми он работал, колыхнулись, в результате чего рука его дернулась, оставляя после написанного слова длинный чернильный след.

Мужчина раздраженно вздохнул и взял другой листок. В эту минуту в кабинет вошла хорошенькая женщина, из тех, чей возраст

нельзя было угадать — она выглядела слишком юной для своих тридцати лет, и лишь глаза, обычно смеющиеся и задорные, бывало, принимали слишком серьезное выражение, несвойственное очень молодым людям.

Она подошла к мужчине и обняла его за плечи. Он снова раздраженно вздохнул.

— Работа не клеится? — спросила она с легкой улыбкой.

Мужчина кивнул.

— Томас, Роуды приглашают нас к себе на пару недель. Я подумала, что нам с тобой пора отдохнуть — провести время с друзьями…

— Я думал, ты хочешь заняться подготовкой к свадьбе, — ответил Томас, не отрываясь от бумаг.

— Но, милый, она же состоится только в середине июля, а сейчас еще май. Мы все успеем, обещаю, — она наклонилась и поцеловала Томаса в щеку. Он повернулся к ней.

— Ну хорошо, а кто такие эти Роуды? Я впервые о них слышу.

— Старые друзья нашей семьи. Эльза — миссис Роуд — является хорошей подругой моей матери, а я хорошо знаю ее дочерей — Луизу и Алисию. Кажется, у них еще есть сын, я видела его мельком, когда в последний раз гостила у них лет пять назад, но не могу припомнить его имени…

— Хорошо, Лотта, мы поедем к Роудам, — сказал Томас и впервые за весь разговор улыбнулся. — Я сам уже подумывал об отдыхе — работа может немного подождать.

Лотта захлопала в ладоши и радостно улыбнулась в ответ.

— Замечательно, милый! Тогда завтра же выезжаем, — сказала она.

— Так скоро? Тогда сейчас созвонюсь со своим компаньоном и скажу, что планы поменялись. А ты скажи Люси, чтобы она все подготовила к поездке.

— Договорились, — Лотта наклонилась к нему, легонько поцеловала его в губы и, довольная, вышла из комнаты.

* * *

На следующий день они уже к обеду были у Роудов. Их двухэтажный загородный особняк стоял почти у самого озера, а рядом был разбит парк с узенькими аллеями и узорными скамейками по обе стороны. Лотта отметила, что здесь также уютно и приветливо, как и пять лет назад, в ее последний визит сюда. Встречать их вышла Эльза — миссис Роуд — о которой Лотта уже говорила Томасу.

— Дорогие, я так рада, что вы приехали, — просияла она, тепло обняв Лотту и улыбнувшись Томасу.

Они шли по дорожке, разговаривая обо всем на свете — Лотта рассказывала, что поменялось в ее жизни за время, прошедшее с ее последнего визита, о своей помолвке с Томасом; миссис Роуд много говорила о семье, о детях, также рассказывала о переменах в их жизни.

Они уже почти подошли к дому, когда услышали чей-то задорный смех и обернулись. По парку навстречу им бежали

трое — две хорошенькие девушки и смеющийся юноша. Они держались за руки и, по-видимому, шутили. В девушках Лотта признала Луизу и Алисию, дочерей миссис Роуд и своих подруг, но юношу она не узнала до тех пор, пока вся компания не приблизилась к ним.

Юношу этого звали Теодор, как вдруг вспомнила Лотта, хотя друзья и родные обычно называли его просто Тедди, и он был младшим из детей Роудов. Лотта помнила его очень смутно, когда она была здесь последний раз, им не удалось хорошо познакомиться — Тедди все время пропадал где-то с компанией мальчишек. Лотта помнила только, что тогда он был худеньким и довольно неуклюжим подростком лет пятнадцати, и ее приятно удивила произошедшая в нем перемена.

Тедди почти не вырос и остался таким же тонким и худощавым, но подростковая неуклюжесть и всегда смущенное выражение лица исчезли. Он с задором взирал на Лотту, но в его глазах она прочла восхищение ею, он улыбнулся, и она отметила про себя, что улыбка его осталась прежней — смешливой, открытой и настоящей. Он выглядел по-детски очаровательным, но в то же время прямой взгляд и слегка самодовольное выражение лица показывали, что он уверен в себе.

— Милая Лотта, мы так рады, что ты снова у нас, — в один голос вскричали сестры и бросились обнимать ее. — Столько лет прошло!

— Да, много, — согласилась Лотта, и они расцеловали друг друга в щеки.

Лотта перевела взгляд на Тедди.

— Тедди, ты так изменился за это время, что я, признаться, не сразу тебя узнала, — с улыбкой сказала она ему. — Ты, должно быть, меня не помнишь — в тот мой приезд нам так и не удалось поговорить.

— Что вы, Лотта, как я мог забыть вас, — ответил он. — Думаю, тот, кто видел вас хотя бы однажды, уже никогда не в силах позабыть.

Лотта почувствовала легкое смущение от его слов, но она, в силу своего возраста, хорошо умела его скрывать, а потому только улыбнулась.

— Благодарю, Тедди, — сказала она, и они все вместе направились к дому.

* * *

На следующий день, сразу же после завтрака, Томас и Лотта вышли побродить по парку — Лотта взяла с собой книгу и теперь читала на ходу вслух, а Томас, стараясь не пропустить ни одного слова, любовался видом. Пройдя немного, Лотта перестала читать и закрыла книгу, решив обсудить с Томасом предстоящую подготовку к свадьбе. Однако, и это ей не удалось — Тедди, игравший неподалеку с сестрами в настольный теннис, пригласил ее присоединиться к ним.

— Иди, конечно, — спокойно сказал ей Томас, но она уловила нотки недовольства, прозвучавшие в его голосе. — Я пока созвонюсь со своим компаньоном и расспрошу, как там обстоят дела.

Лотта кивнула и направилась к играющим. На ней был легкий джинсовый костюм, вполне подходящий для игры в теннис, и кеды в цвет. Длинные волосы, которые обычно Лотта предпочитала оставлять распущенными, сегодня были собраны в высокий хвост. При взгляде на Тедди на ее лице появилась искренняя улыбка, и она удивилась самой себе — она гостила у Роудов всего второй день, а этот мальчишка уже успел произвести на нее впечатление.