Эффект Эха
Шрифт:
Пересекая турникеты на выходе, затаила дыхание – только бы датчики не отреагировали. Она впервые в жизни совершала кражу!
Фуух, пронесло, но сердце от страха все-таки зашлось.
Сейчас «Бомжик» (так она назвала свой трофей) лежал в сумке вместе с драгоценным «Термосом». Но даже всех супер дорогих и лимитированных Оля не променяла бы на него.
Вот так семь вроде бы несчастий уравновесились всего одним радостным воспоминанием – глупым воровством из магазина игрушек. Хотя и воровством это назвать нельзя. Счастливой находкой!
Одно
Оля повернула голову назад, но на ближайших рядах ее не было, наверное, заняла место в хвосте.
Прямо за спиной у Оли молодые женщины болтали без умолку, девочка пяти лет или того меньше, оставленная без внимания взрослых, уткнулась в иллюминатор и тихонько скулила. Одна их болтушек недовольно шикнула на нее:
– Хватит уже, горе луковое! Достала своим нытьем!
Паренек слева, погруженный в собственные мысли, вздохнул протяжно и как-то безнадежно, поменял положение ног. Пробежавшись пальчиками по кнопкам айфона, нахлобучил бейсболку еще глубже на глаза и задергался в такт новой мелодии.
Оля в пол-уха слушала приветствие командира корабля, в пол-глаза наблюдала за движениями стюардесс, демонстрирующих спасательные жилеты. Мысли ее стали ленивыми, неповоротливыми, незаконченными.
Сначала исчезло «чувство локтя», постепенно стих запах перегара, голос бортпроводницы забулькал, поплыл, смешался с дремой.
И не успел самолет вырулить на взлетную полосу, как Ольга Миро перестала существовать в этом мире.
«Странная девица. Фыркала, дергалась, отодвигалась, сейчас уткнулась в плечо и сопит. У баб непостижимая логика, инопланетная. Теперь рукой двинуть не могу – проснется. А бутылка в пакете, и как теперь до него дотянуться? Хотя… Кто мне эта выскочка? Никто. Нос воротит, отворачивается. Выпил и что теперь? Повод был, поэтому и выпил. Ни рожи, ни кожи, ни сисек, ни жопы, еще и чернявая, как галка, да и стрижена под мальчишку. Не поймешь, с кем имеешь дело, с пацаном или с бабой. Рост тоже обманчив. Маленькие женщины или вечные дети или стервы. Эта уж точно стервозина»
Андрей поморщился. Он стал злым, а это мешает жить.
Самолет начал движение в сторону взлетной полосы. За иллюминаторами замелькали светящиеся окна аэропорта. Проследив за отъезжающими погрузчиками, Андрей вернулся к своим мыслям.
«Одно хорошо – сестренка ждет ребенка и счастлива, несмотря на гормональные срывы и ночные звонки в Москву. Зять, по сути, нормальный парень. Кто-то мне говорил про языковой барьер. Мол, ты со своим школьным инглиш будешь там в глубоком фак-апе. Но после пяти глотков солодового напитка мы с зятем свободно разговаривали. И что удивительно – дискутировали не находя противоречий. Вывод – виски заслуживает Нобеля за разрушение барьеров и сближение народов, в частности московского ветеринара и лондонского аудитора.
Правило пяти «S» или пяти «П» по-русски – посмотреть, понюхать, пригубить, проглотить и, наконец, плеснуть воды. Пятое правило – лишнее. Эх, накапать бы сейчас чистого Маккалана. Потом будет поздно».
Андрей покосился на задремавшую девушку, склонившую голову на его плечо. Взгляд скользнул дальше, остановившись на мальчугане у окна. Парень, отгородившись наушниками и красным козырьком бейсболки, прижался к иллюминатору.
«Похож на сына. Такой же лопоухий, и, наверное, такой же
Мальчик у окна словно услышал чужие мысли, на мгновение отвлекся от иллюминатора, приподнял козырек кепки и подмигнул Андрею. Мол, хорошая идея – утром за грибами! Обязательно сходите.
Не успел Андрей ответить на мимолетное приветствие, как паренек снова следил за перемещением самолета на летном поле.
Командир корабля по громкой связи попросил экипаж занять места перед взлетом. Стюардессы прошли в противоположные концы салона и, опустившись в кресла, пристегнули ремни.
Самолет готовился к взлету.
Спящая тихонько застонала. Пытаясь от нее отодвинуться, Андрей даже убрал локоть с подлокотника, но, не тут-то было, девушка прижалась еще сильнее.
«Вот чудная! На подружку мою похожа, такая же была неугомонная, резкая, а погладишь – кошка кошкой»
Несмотря на запрет Андрей осторожно, стараясь не разбудить соседку, откинул ее кресло.
В распахнувшихся на мгновение карих глазах, утративших воинственный блеск, мелькнуло удивление. Девушка немного повозилась, устроилась удобнее. Взгляд Андрея невольно замер на пуговице, стянувшей небольшую грудь, но тут же смущенно ретировался, застигнутый врасплох. Прозрачно-голубые глаза мальчика у окна пристально следили за ним.
Но подросток смотрел на Андрея вовсе не с порицанием, а с неподдельной тревогой.
Андрей ободрительно подмигнул соседу, округлил пальцы, мол, все будет «окей» – долетим, не переживай.
– Все это не важно, – не с того ни сего произнес мальчик.
Он протянул к Андрею свою худенькую ладошку и прикрыл ему глаза.
– Спи!
«Все это не важно», – машинально повторил Андрей, так и не успев удивиться и переспросить – почему не важно?
В следующее мгновение огромный огненный шар, застрявший в солнечном сплетении, ослепительной, испепеляющей вспышкой разорвал его сердце в клочья.
Герой ее романа
Непонятный звук проник в сон Ольги.
Сначала это был визг побитого шпаной щенка, чье дрожащее тельце она держала на руках. Собачка подвывала все громче, в скулении появились странные надрывные нотки, дремота медленно рассеивалась. Щенок исчез, остался лишь непрерывный, становящийся все громче и резче всхлипывающий звук, похожий на детский плач.
Открыв глаза, она сразу не сообразила, где находится. Реальность подбросила первые подсказки – наклоненное кресло перед глазами, равномерный шум двигателей, тусклое освещение салона. Стюардесса в изящной пилотке и синей форме с крылатым гербом Аэрофлота на лацкане прошла с подносом, уставленным пластиковыми стаканчиками.
Вспомнила! Она в самолете, летит из командировки. Звук, показавшийся во сне визгом побитого щенка, вновь резанул слух, раздавшись с заднего ряда. Это были всхлипывания той маленькой девочки, которая обиделась на маму. Всхлипывания слышались все чаще и становились все громче. Люди начали оборачиваться на девочку.
Подросток у окна так и не снял наушники, продолжал отсутствовать в реальности. Сквозь мембраны плеера слышались нескончаемые ритмичные удары, ресницы дрожали, коленка дергалась.