Эффект Эхо
Шрифт:
Оля протискивалась ужом между иноземцами, вежливо улыбалась, раздавая пардон налево и направо, постепенно добралась до входа в метро.
Нырнув в стеклянные двери Площади Свердлова, нащупала в кармане пятачок. Закинула его в турникет и мухой слетела по эскалатору. Дождавшись поезда, протиснулась в переполненный вагон, прижалась лбом к надписи «не прислоняться» и зажмурилась. Через полчаса, всего через каких то тридцать минут она окунется в переливы каре-зеленых глаз и начнет воздвигать в мечтах чудесный
«А он случайно не женат?» — вопрос, заданный вдогонку Мариной, словно злое волшебство, был готов развеять замысловатый песочный орнамент.
Нет! И еще раз нет! Ни в этот раз. Оля стиснула кулачок, прошептала вызубренную наизусть формулу счастья, противоядие от сетующих подруг, которые, узнав начало, пытаются предугадать финал.
Кассандры всегда слепы!
Случайная встреча в больнице стала знаком, который Оля восприняла буквально. Антон появился в ее жизни наперекор судьбе, заблудившейся в унылых буднях. Наперекор словам крестной «Уходи первой».
Радостная улыбка при встрече, недвусмысленный знак рукой — я подожду тебя за дверью, смущенные слова приветствия и бесконечные вопросы о случившемся (Вера Артуровна — твоя родственница? — прозвучал сразу, за ним последовала вереница других), неверие в происходящее, искрящиеся глаза (неспроста!) — картинка складывалась достаточно романтическая.
Не позволяющая зародиться первым подозрениям, что мир вокруг Оли чуточку изменился. Тронулся умом. Слетел с катушек. И нашедшийся в кармане пятачок, тому свидетель. Звоночек, который она так и не услышала.
Кто бы мог подумать, что на Новопесчаной улице, в двух шагах от метро Сокол между булочной и сберкассой притаился осколочек рая, место отдохновения.
Уютное кафе в несколько столиков, отгороженных друг от друга синтетическими лианами. С обязательной барной стойкой и танцполом на подиуме.
Дрожали свечи, рождая рубиновые блики от разлитого в бокалы вина. Дым сигарет, смешанный с приглушенным светом вращающихся софитов, рисовал мимолетные образы, колышущиеся, растворяющиеся в воздухе при каждом открытии входной двери, пропускающих новых посетителей.
Увы, господа, свободных мест нет! Добро пожаловать в следующий раз.
Вежливый охранник за пятьдесят одет в темно синюю двойку. Тревожный возраст, если ничего не добился, то замер на грани нищеты. Как и этот мужчина, что подрабатывает здесь в свободное от инженерных будней время и надевает на службу лучшее, что хранится в гардеробе. Впустив их, служивый прикрыл входную дверь. Сигаретный дым вздрогнул, поспешил вслед за сквозняком. И вновь наступила тишина.
Передав пальто в гардероб, Оля первым делом спросила о дамской комнате.
— Помою руки, попудрю носик, — предупредила она раздевающегося Антона и свернула в указанном охранником направлении.
Закрыв дверь туалета,
Первое свидание требовало особого контроля над внешностью.
Встав боком, втянула живот, поправила бретельки бюстгальтера. Размышляла секунду — расстегнуть третью пуговку на блузе или оставить как есть? Решила на форсировать события.
И, наконец, последний штрих, покопавшись в сумке, выудила освежитель дыхания и, не жалея, брызнула себе в рот.
Все!
Выйдя из дамской комнаты, хлопнула себя по лбу (голова — решето, точно Паша сказал!) и вернувшись, подхватила забытый впопыхах букет.
Вот теперь все!
Антон ожидал ее в коридоре, переговариваясь с охранником. Встретив прихорошившуюся женщину улыбкой, вежливо пригласил в зал.
— Забавное местечко и пользуется успехом, — заметила Оля, проходя к дальнему столику.
— Да, одно из лучших в районе. Здесь уютно, по-домашнему тихо, никто не мешает провести время за душевной беседой. Пришлось воспользоваться знакомством. Пятница, вечер. Сама понимаешь — шансы минимальные, — Антон смущенно улыбнулся.
«Не смотри на него постоянно, отвлекись. Чем дольше ты его разглядываешь, тем явственнее на твоем лбу отпечатывается приговор — Ты пропала».
— Знакомством?
— Увы. Все мои связи, прошлые или будущие, заранее окрашены негативом. Директор этого заведения благодарен мне, вытащившему его мать с того света. Ни более и не менее. Не люблю напоминать о прошлом, но иногда приходится. Время сейчас сложное. Все строим и никак не перестроим…
— Почему окрашены негативом? Благодарностью, — поправила его Оля. Опустила глаза, изо всех сил стараясь приостановить скатывание в пропасть.
Собеседник нахмурился.
— Надолго ли… Я не всесилен. Этот раунд остался за мной, но враг слишком силен. Согласен, бывают ситуации академически простые, пара разрядов дефибриллятора запускают мотор. Но чаще я вижу себя оловянным солдатиком, несущимся в потоках воды. Или потерявшим рассудок Дон Кихотом, маниакально сражающимся с неравным противником.
— Антон, мне кажется, ты излишне романтичен. Невозможно бороться с тем, чьи намерения ты не осознаешь. Не так ли? — вопрос возник сам. Задав, его Оля замерла, опасаясь неверной интерпретации.
«Грубая ошибка — превратить свидание в философские дебаты! Опять наступила на старые грабли».
Но было уже поздно.
— Ты о неизбежности говоришь? Оля, посмотри мне в глаза. Ты все время стараешься спрятаться, я чувствую себя не совсем уютно, — Антон протянул руку и коснулся ее дрогнувшей кисти.