Эффект Лазаря
Шрифт:
Свободной рукой Тедж заработал на клавиатуре.
– Недоучки, – бормотал он. – Тут ведь все есть, надо только глаза разуть. – Инструкции выскочили на экран, и Тедж подался вперед, чтобы прочесть их.
– Корабль и его яйца! – вскричал Твисп. – А это что?
Впереди по правому борту Бретт увидел через залитый водой плаз нечто ярко-оранжевое, дрейфующее по волнам. Он нагнулся вперед, чтобы получше рассмотреть предмет сквозь замутненный солью плаз. Что-то длинное, оранжевое тянулось по безликой
Грузовоз быстро приближался к оранжевой штуковине тем бортом, где были расположены люки.
– Это же аэростат, – сказал Тедж. – Кто-то рухнул.
– Ты видишь гондолу? – спросил Твисп. – Бретт! Держись с подветренной стороны. Эта штука для нас все равно что якорь. Смотри, не запутайся в ней.
Бретт отвернул судно влево и описал дугу, опасно балансируя на одном, а затем и на другом гребне волны. Со следующего гребня он разглядел гондолу, ее темный силуэт, омываемый длинными волнами. Оранжевый баллон тащился следом за нею, опутанный келпом. Гондола оказалась у них по правому борту. Там волны были более гладкими, смягченными баллоном аэростата. Еще один гребень – и Бретт увидел лица, прижатые изнутри к плазмагласу гондолы.
– Там внутри люди! – крикнул Твисп. – Я видел их лица!
– Проклятье! – произнес Тедж. – Проклятье, проклятье, проклятье!
– Нам нужно подобрать их, – сказал Бретт. – Мы не вправе оставить их там.
– Знаю! – огрызнулся Тедж.
Именно в этот миг Скади что-то пробормотала… что-то, чего Бретт не разобрал.
– С ней все в порядке, – сказал Твисп. – Она приходит в себя. Тедж, иди сюда и присмотри за ней, пока я заброшу швартовочный трос на аэростат.
– И как ты собираешься это сделать? – спросил Тедж.
– Поплыву я туда! А как же еще? Бретт, держи так ровно, как только сможешь.
– Они же моряне, – возразил Тедж. – Почему бы им самим не бросить нам трос?
– Если они откроют люк, гондола тут же пойдет ко дну, – ответил Твисп. – Ее зальет, как лодку с пробоиной.
– Что… что случилось? – отчетливо произнесла Скади.
Тедж отстегнулся и сделал шаг по направлению к ней. Бретт услышал, как хлопнул люк, открываясь и вновь закрываясь. Тедж негромко объяснил Скади, что происходит.
– Аэростат? – переспросила она. – А мы где?
– Около двадцать второй станции. – Голос Теджа неожиданно взвился. – Сиди, где сидишь!
– Я должна добраться до пульта! Здесь мелко. Очень мелко! При таких волнах…
– Ладно! – уступил Тедж. – Делай, что считаешь нужным.
По палубе раздались шаги, потом журчание воды, заструившейся с мокрого ныряльного костюма. Рука Скади ухватила Бретта за плечо.
– Проклятье, как же у меня голова болит, – пожаловалась девушка.
Ее рука прикоснулась к основанию его шеи, и он ощутил внезапную вспышку боли возле виска. Пульсирующей такой боли, словно его кто-то по голове ударил.
Скади перегнулась через него, все еще держась
Бретт почувствовал, что между ними идут какие-то токи, мгновенно испугав его внезапно хлынувшим вовнутрь осознанием. Волосы у него на шее поднялись дыбом, когда он понял, что произошло. Он ощутил, что два человека стали одним, но в разных телах – одно, стоящее возле другого.
«Я смотрю глазами Скади!»
Руки Бретта опустились на штурвал с уверенностью опыта, которого он прежде в себе не знал. Судно пошло к гондоле плавнее и задержало ход ровно настолько, чтобы противостоять ветру.
«Что с нами творится?»
Слова безмолвно сформировались в их разуме – общий вопрос, заданный одновременно и ответ, тоже полученный одновременно.
«Келп изменил нас! Когда мы соприкасается, мы чувствуем одно и то же!»
Этим странным сдвоенным зрением Бретт различил Твиспа, плывущего по дорожке через келп совсем уже рядом с гондолой. Через плаз виднелись лица. Бретт подумал, что узнал одно из этих лиц, а вместе с узнаванием нахлынуло и мгновенное видение – он услышал, как люди в гондоле переговариваются. Ощущение исчезло, и он просто стоял, глядя, как белопенные волны перекатываются через аэростат. Твисп приник туда, где он мог закрепить трос возле закрытого люка.
– Слышал, как они говорили? – шепнула Скади Бретту.
– Я слов не разобрал.
– А я разобрала. Там люди Гэллоу и их пленники. А пленников собирались доставить к Гэллоу.
– А Гэллоу где? Здесь?
– Думаю, да, но одного из пленников я узнала – это Дарк Паниль, Тень. Я у него работала.
– Тот человек, который помог мне в коридоре!
– Да, а один из его похитителей – Галф Накано. Я хочу предупредить Теджа. Он вооружен. Нам придется запереть их в одном из грузовых трюмов.
Скади повернулась и направилась к Теджу, держась за все попадающиеся под руку поручни. Бретт слышал, как она объясняет Теджу, что узнала лицо Накано, прижавшееся к плазу.
– Они открыли люк, – сообщил Бретт. – Люди выходят. Вот и Тень… а вот Накано. В люк заливают волны. Все выбрались.
Скади села за пульт рядом с Бреттом.
– Я справлюсь. Лучше помоги Теджу у входа.
– И без фокусов! – прикрикнул Тедж на Бретта, следуя за ним к коридору.
– Нам надо вытащить оттуда Твиспа! – воскликнул Бретт.
– Он остался в гондоле, чтобы отвязать трос, когда она начнет тонуть.
Теперь они стояли у люка; ветер плескал пену им в глаза. Бретт был благодарен за то, что на нем подводный костюм. Несмотря на холод, пот так и струился по его телу. Мускулы ног и рук гудели. О борт прямо под ними ударила волна. Бретт окинул взглядом страховочный трос по всей его длине – несколько голов вдоль троса, плывущих в направлении грузовоза. Он узнал Накано, который держался впереди остальных, поближе к Панилю. Канат дергался от напора волн.