Егерь
Шрифт:
Единственный глаз капитана налился кровью как у взбешенного быка.
— Ах ты су… одноглазый не успел закончить пламенную речь подавившись кувшином вина, разбившившегося о его лицо.
Пока капитан протирал залитый вином глаз, его бравая команда схватилась было за мечи, но встретив суровые взгляды вышибал они убрали их обратно в ножны. Выяснять отношение на кулаках не возбранялось, но вот лишать жизни потенциальных клиентов было запрещено. Убийством сразу займется стража и бизнес начнет нести убытки. Поэтому пускать кровь и кишки наружу разрешалось только за пределами заведения, дающего временный
— Да я тебя за это су… одноглазый опять не закончил монолог получив кружкой по морде.
Команда, в отличие от капитана, не привыкла к болтовне, да и Волкер сомневался что они вообще умеют говорить. Для того чтобы излагать свои мысли, нужен мозг, а его наличие у них у егеря вызывало большие вопросы.
Огромный волосатый кулак летевший в лицо Селесте норовил испортить ей взгляды на жизнь, но она чуть сместилась и подала тело на встречу моряку. Ее локоть оказался быстрее и владелец волосатой колотушки перелетел через стол с разбитым лицом и потерянным сознанием. Следующий “красавец” с одним передним зубом и убийственным для девиц дыханием, обхватил мозолистыми ручищами Селесту и прижал ее к груди. Не искушенному зрителю могло показаться, что морской волк осознал неправильность своего поведения и пустив скупую мужскую слезу, покорно прилег к ногам Селесты. Хотя егерь заметил, что на это в большей степени повлиял удар коленом в пах, нежели обаяние его спутницы, которого разуметься не отнять.
Красота Селесты имела ярко-выраженный притягательный эффект, в прямом смысле этого слова. Это относилось не только к людям, но и к предметам. Например от летящей ей в голову табуретки ей пришлось уклоняться. Подвыпивший матрос запустивший в нее колченогий снаряд и раздосадованный промахом схватился за лавку, но поднять ее не смог. Прыгнувшая на нее Селеста увеличила вес мебельного интерьера. Здоровяк находясь в полусогнутом состоянии поднял взор в попытке разгадать, почему скамья потяжелела. Единственное, что он смог запомнить, это элегантно сшитый сапог Селесты отправивший его в короткий, но весьма запоминающийся полет до следующего стола.
Последний из команды одноглазого решил подкрасться к Селесте со спины. Капитан-инквизитор заметила его бесхитростный маневр и выждав подходящий момент прыгнула на край лавки. Противоположный конец взметнулся навстречу к потолку, но, повстречав на полпути подбородок матроса, прихватил с собой и его хозяина.
Все произошло настолько быстро что одноглазый еще протирал глаз когда Селеста уже поправляла сбившуюся одежду. Наконец прозрев он увидел на противоположной стороне стола стоящего в одиночестве Волкера. В поисках пропажи он завертел головой и наткнулся взглядом на Селесту стоящую рядом с ним. Короткий удар и хозяин неприличных мыслей и предложений стек под стол.
— Потрясающий пример ведения переговоров, — похлопал в ладоши Перси когда они вернулись ни с чем. — Может в следующий раз, каждый будет заниматься своим, делом? Я, например, разговаривать с людьми, а вы проводить убийственное воспитание с монстрами.
— Извини, больше такого не повториться, — попросил прощения Волкер.
— Оказывается, допрашивать людей
— Значит мы поняли друг друга?
Перси переводил взгляд строгого учителя с одного нерадивого ученика на другого. Волкер виновато кивнул, Селеста тоже не заставила себя долго ждать.
— Вот и отлично, — подвел итог хронист, их попытке найти корабль. — Пока вы там разминали конечности, я в отличие от вас уже нашел корабль, идущий к хортам.
Заметив их удивленные лица он снисходительно улыбнулся.
— Чтобы вы делали без меня, — покачал он головой. — Не отвечайте, я знаю ответ, даже пять ответов, — кивнул он в сторону битвы Селесты.
Вышибалы, надо отдать им должное, отлично следили за чистотой заведения и вовремя выкидывали мусор. Пока хронист отсчитывал монеты за обед и поломанную мебель, вышибалы выкинули последнего из команды одноглазого. Покинув заведение беглецы с чистой совестью и ведомые Перси направились на поиски нужного им корабля. Это оказалось совсем не быстрым занятием. Пришвартованные корабли постоянно разгружались и загружались и им приходилось с риском для своих лбов лавировать между бревен, телег, лошадей, и лопавшихся иногда канатов. Наконец избежав все опасности, которые им предложил морской порт, троица добралась до нужного им корабля.
Хронист Перси: Запись шестая.
Судно по местным габаритам оказалось не таким большим по сравнению с торговыми и военными кораблями. Волкер терялся в догадках что же оно может перевозить, на военное явно не походило, а что касается товаров, имеющих спрос в городе, то по размерам корабль точно не вписывается в их категорию. Сидящего у трапа человека егерь не сразу определил как матроса этого корабля. На нем была дорогая одежда, но мощные плечи и руки выдавали в нем человека не первый год поднимающего паруса.
— Нам нужен капитан этого судна, — обратился Перси к сидящему у трапа матросу.
— Я вас провожу, — ответил прилично одетый громила.
Пока их вели по палубе в каюту капитана им навстречу попались еще четверо таких же здоровых членов команды, как и тот, что служил им проводником.
— Ваш капитан отлично заботиться о своей команде, — заметил Волкер, провожая взглядом четверку в одежде не соответствующей карману матроской зарплаты.
— Вы правы сударь, и я не буду лукавить, если скажу что наш капитан лучший из всех кого я знаю по обе стороны океана.
— И что же за груз вы перевозите, который приносит вам такой доход?
— Ценный, сударь, весьма ценный, — уклонился от прямого ответа матрос. — Спросите лучше у капитана, он ответит на все ваши вопросы, — посоветовал он, постучав в запертую дверь к которой они подошли.
— Кто? — раздалось с той стороны.
— Посетители к капитану, — ответил матрос.
— Минутку.
Через некоторое время дверь отварилась и на пороге появился очередной бугай так же хорошо одетый, но в отличие от их проводника он был вооружен двумя кинжалами и коротким широким мечем. Такая длинна оружия позволяла телохранителю без особых проблем орудовать им в узких коридорах и каютах корабля.