Эгнор
Шрифт:
— Куда? — с затаенным страхом спросил я в ответ.
— Куда поведем. Тут недалеко поленница есть.
Они переглянулись и дружно заржали.
— На допрос, куда же еще! Побыстрее, господин следователь не любит ждать.
Коридор показался длинным и, как водится, мрачным. Кое-где на стенах висели масляные светильники. Миновали стол, с сидящим за ним дежурным, и поднялись на два этажа вверх, минуя еще два поста и одну решетчатую дверь, которую, ворча, открыл очередной дежурный. Вели меня спокойно, без толчков, без угроз. Вообще молча. Видимо, хватило ржачки в камере. Один впереди, второй,
Пройдя половину коридора с нормальными дверьми и окнами, правда в решетках, остановились возле очередной ничем не примечательной двери, и первый охранник постучал и крикнул через дверь:
— Заводить молодого, господин следователь?
— Заводи.
Меня завели в кабинет. Арочное окно с металлической решеткой, стол, заваленный бумагами, чернильница с пером и напротив стола стул. Не так. Стул из триллеров про маньяков. На подлокотниках металлические скобы, то же самое на ножках и высокой спинке. Все для полного обездвиживания! Как сказали бы в рекламе.
— Присаживайтесь, молодой человек, — сказал усталый, болезненно худой пожилой человек с совершенно седыми волосами и бородой.
Охранники подпихнули меня в сторону кресла. Я заупирался. Ужасно не хотелось садиться! Попытался стряхнуть конвоира приемом, но следователь сжал в руке какой-то предмет, и я повис у охраны на руках. По моим ощущениям, действительно повис: совершенно перестал чувствовать свое тело. Меня усадили, пристегнули, и следователь разжал кулак. Вернулись все чувства. Подергавшись, убедился, что зафиксирован на совесть.
— В первый раз в ошейнике? Понимаю вас. — Голос следака был бесконечно усталым и сочувствующим. — И колдовать поди пытались? На вас хороший ошейник, даже от астрала блокирует. Это, конечно, лишнее для вас, но подозрения уж больно тяжелые. Знаете, ваши более опытные коллеги активно общаются через астрал.
— Но я не чернокнижник!
— Охотно верю, но фактики-с. Ребята, — обратился он к охранникам, — совсем немножко, для профилактики.
«Ребята», кряхтя, опустились на пол с двух сторон, и по пальцам ног посыпались удары. Я заорал. Больно, блин! Не сравнить с тем, что было после инициации, но то было раньше, а бьют-то сейчас! Потом неожиданно накрыла злость. Холодная такая ярость, мол, придет еще мое время, попляшете. Хорошо, что перестали бить, а то бы следак заметил прекращение ора. А он в это время делал вид, что читает важную бумагу.
— Ошейничек, помимо всего, еще и искатель правды. Соврете, вот здесь вот, — он показал на артефакт, — загорится огонек, и вас тогда снова эти нехорошие люди побьют. Все ясно?
— Да.
— Имя.
— Егор.
— Род.
— Ор’Кравес. — И скосился на прибор. Ничего не горело. Может, на понт взял?
— Это где такое?
— Баронство Кравес в предгорьях Южных гор, рядом с герцогством Ривалон.
— Про герцогство слышал краем уха, а баронств там тьма, да демоны с ним. А что в наших краях, в такой дали делаете, заметьте, поближе к демонопоклонникам, они же рядом, за горами? — И показал рукой предположительно на север.
— Да при чем здесь демонопоклонники, — я медленно произнес это якобы трудное слово, которым редко называли чернокнижников, —
— Похвальное желание, но зачем в такую даль ехать, у вас там своих руин полно.
— Понимаете, господин следователь, не знаю вашего имени, — пустое, махнул он рукой, — охотники неохотно принимают учеников, которые ничем себя не проявили. Так вот, в Ривалоне мне удалось найти двух старых охотников в безденежном положении, а мне отец выдал некоторую сумму, и я смог их нанять. Мы и поехали с ними на север. Им нужно было в Асмар. Пока ехали — учили. Инициацию провели по Огню, — следователь кивнул, — а потом деньги кончились. Мы и расстались. Я поехал дальше. Стыдно стало назад возвращаться, засмеяли бы. Питался в деревнях, помогал по магической части, — дознаватель удивленно поднял брови, уставившись в артефакт, — приварить косы, плуги. Кузнецы дорого берут. А я за еду. Грома встретил в какой-то таверне на Шелтонском тракте, и он взял меня в ученики бесплатно.
— Когда?
— Недели две назад.
— А зачем поехали в предгорья?
— Там полигон заброшенный, там и учил.
— То есть он ради тебя уезжает в безлюдное место и отправляет свою любовницу за деньгами?
— Ну-у-у да. А что?
— Что он про себя рассказывал?
— Да ничего! Прозвище Гром. Всю жизнь по руинам. Сейчас готовился к Лунсорским.
— А ты в курсе, что он в розыске за покушение на жизнь графа Вальда нор’Флока и убийство помощников Спасителя?
— Что?! — Я обалдел. — Не может быть!
— Это уже другим разбираться, может или нет. Сопроводим вас в Русток, и пусть их герцог сам решает, что с вами делать. Кстати, в разыскном листе было три человека, — он порылся на столе и вытащил бумагу, — Рон ор’Галар, Агна Римпис и, возможно, неизвестный чернокнижник. Это не ты? — И прямо посмотрел мне в глаза.
— Спаситель сохрани! Я — чернокнижник?!
— Ладно, верю, верю. Утром у них спросят, но уже не я. Моя смена кончается, — и с удовольствием потер руки, — хорошо, что они еще без сознания. — Он бросил взгляд на амулет. — А ты просто живчик какой-то! Отведите задержанного.
Старый дознаватель Шелмиусской тайной городской стражи Терус многое повидал на своем поприще. Однажды поседел на работе, когда задержанный чернокнижник смог воззвать к силе демонов. Хорошо, что блокирующий ошейник был только ослаблен, пьяница артефактор забыл зарядить, а не совсем сломан. Черного тогда удалось скрутить, и он заслуженно пошел на костер, переданный помощникам. Вообще отношения между помощниками Спасителя и тайной стражей в графстве были ревниво-конкурентными, и граф специально поощрял такое состояние между спецслужбами в полном согласии с епископом.
Разыскной лист на эту парочку, а возможно, и тройку злодеев пришел одновременно и в стражу и к помощникам, что уже являлось любопытным, но не уникальным. Совсем необычным было упоминание о совместных действиях черного и охотника, что просто в голове не укладывалось.
По соглашению Совета Глав все государства, входящие в совет, обязаны были выдавать государственных преступников. Там же были согласованы «разыскные листы», где должна быть описана суть дела и сумма вознаграждения за поимку.