Его перепонки
Шрифт:
Лесной источник
Внимание!!!
Некоторые сцены могут вызвать физическое отвращение, состояние тревоги, ужаса или моральное неприятие. Мои герои – чудовища и не образец морали! В реальности подобное поведение без взаимного согласия не является нормой и уголовно наказуемо!
Предупреждения:
• много откровенных описаний,
• принуждение,
• натуралистичные переживания боли,
• физиологические подробности,
•
• некрасивый животный секс
• нецензурная брань
Не рекомендуется страдающим от фобий, связанных с подводной тематикой, а также клаустрофобией.
# Изнасилование
# Настойчивый пугающий мужик
# Хэппи-энд
1. Лесной источник
Как я оказалась одна поздней осенью в лесу? Хороший вопрос! Я бы задала его, пожалуй, тому мудаку, который пообещал моей лучшей подруге, что довезёт меня до станции, а через тридцать километров пристроился у обочины и предложил немного расслабиться.
Не то чтобы мне настолько было жалко своей невинности – в моём возрасте это скорее недостаток, чем предмет гордости, но подруга планировала выйти за этого мудака замуж. Впрочем, она, как и я в свои двадцать пять, не умела выбирать мужчин.
А этот попался ещё и с самомнением. Высадил меня и сделал красивый вираж с юзом, показывая насколько обиделся. Уверена, он бы вернулся за мной через полчаса-час, когда я совсем замёрзну в своей короткой курточке и Уггах на легинсы. Но чего он точно не мог предположить, так это появление медведя, который подошёл к противоположной стороне обочины и очень заинтересованно выдохнул в мою сторону облачко пара.
Следующее, что я помню – это корень, о который я споткнулась и повалилась в припорошенные тонким слоем снега палые листья. Повезло хоть, что пока не навалило сугробов, и под деревьями земля оказалась чистая – можно бежать, не увязая. Был ли тот медведь шатуном или просто поздней пташкой, которая ещё не устроилась на зиму в берлогу, я не знала. Да и не была уверена теперь даже в том, что он мне не привиделся, пусть солнце и просвечивало бор насквозь. В любом случае, сейчас это уже не имело значения. Потому что я была в лесу. И я была одна.
И даже отдалённо не представляла, куда идти.
Солнце клонилось к вечеру, а в ноябре в этих скалистых краях темнеет очень быстро. Из-за леса и рельефа местности я, хоть убей, не могла увидеть, с какой стороны горная гряда! И блуждала в поисках туристической тропы или хотя бы чего-нибудь, чтобы выбраться назад. Когда сообразила, что надо поискать собственные следы, уже ублудила так, что не найти. Да и не следопыт я! Это по снегу можно определить, а как по палой хвое и стылым листьям прикажете? Шла же аккуратно, ещё и прислушивалась поминутно, не появится ли зверь.
Когда единственное растерянное облачко на голубом небе превратилось из белоснежного в золотистое, я наконец догадалась сделать так, как учили ещё в детстве – разыскать тёплое место и ждать, когда найдут. Ну, собственно, учили немного по-другому. Место должно было быть то, где потерялась, но поскольку его я тоже не могла найти, решила, что от холода умирать
Вообще, туристы предпочитали отдыхать чуть дальше, где была обустроена специальная база, на которую мы приезжали каждую осень. Огороженная по периметру забором, с электроэнергией и чистыми выездами в любой снегопад. Там были не только домики под сдачу, но и более удобные окультуренные купальни, в которых полоскались гости. Такие вот – уединённые – предпочитали парочки, но и они обретались ближе к базе. А мне, выходит, повезло наткнуться на дикую.
– Ну, когда меня в ней найдут, дикой она будет недолго, – проговорила я, уже стуча зубами, и стала раздеваться на бережку. – Главное, что волки за мной туда не полезут. Надеюсь, медведь тоже.
Я разделась догола, аккуратно сложила одежду, завернула её в куртку и, подпрыгивая, спрятала в сухое место под нависший камень, а сама полезла в воду, мечтая скорее согреться.
Сладострастно застонала, ощущая, как нога погружается в идеально-горячую воду. Будто в ванную! Волоски на теле поднялись мурашками, и я поспешила погрузиться полностью, чувствуя боль в слишком сильно сжавшихся от перепада температур сосках. Если бы не вся эта отвратительная ситуация, я бы даже решила, что мне повезло – найти свободное место в общей купальне удавалось нечасто, а на те, что арендовали богатенькие, у нас, конечно, денег не хватало. И так хорошо, что удавалось выбивать путёвки через знакомых. А тут вся – и мне! А обо всей дурацкой ситуации, что со мной приключилась, подумаю завтра, когда будут силы. Во всяком случае, надеюсь, этот гордый представитель семейства обиженных пиписек уже опомнился и сообщил в службу спасения. Если смелости признаться хватит.
Я с наслаждением устроилась на каменистом дне, погрузившись по подбородок и, всё ещё стуча зубами, выдохнула большой клуб пара, который присоединился к поднимающемуся с поверхности туману.
Вообще, место оказалось на редкость живописным. Озерцо было не шире метров пяти, но, судя по почти чёрной воде, глубоким. С той стороны его обступали отвесные скалы, а между ними даже виднелся небольшой грот. С этой же дно полого спускалось, образуя почти пляж, на котором я полулёжа грелась. Под задницей торчал удобный валун, на котором я сидела, рядом ещё один, а левой рукой я нащупала мягкий ил и сразу её убрала, чтобы не баламутить грязь. Чуть дальше начинался обрывистый берег, в края которого корнями вцепились уставшие сосны, покрытые инеем. Такой себе райский уголочек в холодных горах. И никого.
Я, чувствуя, что тело наконец согрелось, а мыслям вернулась ясность, огляделась и прислушалась. Сумерки придавливали мир тёплым брюхом, где-то в глубине меж ветвей кто-то щёлкал и цокал, иногда ветерок шуршал тонкими голыми сучками, а со стороны грота раздавались редкие звонкие удары капель.
Забурчал живот. А ещё захотелось пить и в туалет. Насчёт голода тут всё ясно – либо камни, либо кора дерева, либо мягкий глиняный бережок под соснами. Так себе меню, в общем. А вот можно ли эту воду пить? Не факт.