Его сын

Захарова Наталья Анатольевна

Воспитание у такой неординарной личности дало свои плоды. Сидиус шел к своей цели не гнушаясь никаких средств, буквально по трупам. Его манила власть. Абсолютная. Только для него. Он жаждал ее всем своим существом, делая все, что нужно для достижения этой прекрасной и заманчивой цели. Он брал учеников, используя их как расходный материал, отбрасывая, как только они исполняли то, для чего их привлекали. Дарт Мол... Дарт Тиранус... Это только те, кому было позволено чуть больше, чем остальным. А сколько было бабочек-однодневок? Тех, кто исполнил одно-два поручения и сгинул? Сотни и тысячи запутавшихся в его сетях.

Сидиус недаром получил свое имя...* Он оправдывал все его значения, опутывая врагов множеством тонких, но невероятно крепких нитей, пока они не покорялись полностью его воле. А потом Сила подложила ему такую... кучу банта пуду, что это просто уму непостижимо! И, самое главное, он сам в нее влез! Еще бы, пахло очень хорошо, совсем не тем, что пряталось в глубине этой... этой!

Энакин Скайуокер. Избранный...

Как только Сидиус увидел его, стоящего среди джедаев мальчишку в поношенной одежке, он сразу понял. Вот он. Его идеальный ученик. Тот, кого он возвысит и тот, кто возвысит его самого. Неукротимое пламя, рвущееся ввысь, к звездам, могущее сжечь неосторожного... что и произошло с джедаями, жаждущими направить это горение в мирное русло. Глупцы! Энакин с момента своего рождения был воплощенным разрушением, война, облаченная в плоть разумного. Сидиус сразу это понял... и решил использовать для своих целей. А потом Сила, у которой есть собственное чувство юмора нанесла первый удар.

Ученика искалечили. Как физически, это можно было пережить, так и морально. Конечно, он и сам приложил к этому руку, да и Энакин постарался.... в общем, сошлось. Увечья Вейдера разом сделали невозможными множество планов, которые пришлось срочно перекраивать и составлять новые. Прошли годы, Сидиус смирился с тем, что теперь представлял собой Избранный, и тут Сила вновь проявила свое коварство.

Внук.

Такой подставы Сидиус и в самом кошмарном сне представить не мог. Совершенно. Коварное дитя одним своим появлением разрушило множество долгосрочных планов, одновременно предоставив возможности для осуществления других, ведущих к намеченным целям гораздо быстрее, не такими извилистыми путями.

Палпатин вначале даже не мог понять, с какой стороны подойти к этому подарку Великой. Все достоинства самого Сидиуса и Вейдера, с тщательно отобранными недостатками, сплетенные в тугой клубок, населенный заботливо запущенными в его голову Силой тараканами - бронированными чудовищами, извести которых просто невозможно, никаким средствам не поддающимся.

Малыш творил, что хотел, не обращая ни на что внимания, однако... как ни странно, все его действия несли только пользу. Для Палпатина. Для Вейдера. Для самого Люцифера... Для него - в первую очередь.

Сидиус смотрел на малыша - и видел себя. Та же жажда власти. Те же амбиции. То же коварство. И, одновременно - глубокое уважение, стремление защитить (это просто вводило в ступор), искреннее одобрение целей и стремлений.

Палпатин долго присматривался к ребенку, не замечая, что все сильнее запутывается в раскинутых вокруг сетях. Тонких... редких... но от того не менее опасных. А потом наступил роковой момент: признание.

Он признал, сам, по своей собственной воле ребенка своим внуком, думая, что накидывает на него путы... самоуверенный идиот. Он накинул их на себя.

Первым звоночком, что что-то здесь не так, послужило открытие, что оказывается, между ним и внуком есть кровная связь. Связь, которая заработала. Он смотрел на разрушенный Молниями зал и чувствовал гордость. Маленький ребенок, демонстрирующий исполнение техники, о которой многие взрослые и мечтать не могут! Да, малыш действовал на заемной силе, так что? Смог же! Именно в этот момент он окончательно увяз в этой ловушке.

Дальше - больше. Люк изображал из себя идеального ученика, усыпляя бдительность радующегося такому рвению Сидиуса, все сильнее привязывая его к себе, а Сила подкидывала видения, показывая, что будет, если...

Покушение на ребенка окончательно расставило все по своим местам, показав истинное положение дел. Привязанность. Пока еще слабая, но ее уже не вырвать. Слишком глубокие она пустила корни. Да и по здравому размышлению... так ли уж нужно от нее избавляться?

Дарт Сидиус, темный Владыка ситхов, Император, смотрел в окно, размышляя о власти. И цене, которую приходится за нее платить.

***

– Рамми...

Мужчина недоуменно вскинул голову, спрашивая себя: не почудилось ли ему?

– Рамми.

Генерал внимательно прислушался, пощелкал пальцами над ухом. Нет. Не почудилось. Со слухом все в порядке. А то он уже решил, что оглох, настолько эти тихие звуки отличались от обычных воплей Лари, доносящихся в любую щель и запросто просачивающиеся сквозь любые стены.

– Рамми! Иди сюда! Немедленно!
– в голосе женщины прорезались командные нотки и генерал облегченно вздохнул: просто Маравва решила в кои-то веки поберечь горло. В то, что она решила поберечь его уши, генерал не верил. Абсолютно.

– Что у нас плохого?
– Кота присел в кресло, уставившись на своего верного аналитика. Лари побарабанила пальцами по столу и подтолкнула к другу очередной кристалл.

– Что там?
– покосился на него Кота.

– Информация.

– Какая?

– На Люцифера было совершено покушение, - женщина осторожно взяла кристалл и уложила в специальный бокс. Генерал прикрыл глаза, переваривая свалившуюся многотонным прессом новость.

– Успешно?

– К счастью - нет. Подробности засекречены, сам понимаешь, но слухи ходят. Почти десять дней назад.

– Десять... И такая тишина? Даже странно... Император кротостью и всепрощением не отличается.

– Это уж точно!
– хихикнула Лари.
– Однако... тихо. Конечно, слухи ходят... но... слухи это слухи. Сам понимаешь. Мало ли кто что ляпнул. А вдруг деза? Ты ведь после того раза с ним больше не разговаривал?