Его тьма

Флат Екатерина

Из-под кресла Пакостник упорно не вылезал до конца вечера. И если при моем приближении то скулил, то рычал, то на маму с папой лишь устало фыркал.

— Может, и вправду заболел, — мой отец растерянно пожал плечами. — Или просто тоскует. У драконов такое бывает, я слышал. Это пройдет, Авиона. Спроси, конечно, у Целителей на всякий случай. Но я все же думаю, что особо волноваться не о чем. Ступай спать.

Его слова немного меня успокоили. Поднявшись в свою комнату, я вспомнила о подарке Лилы. В свертке оказался небольшой вышитый платок. Искусный золотистый узор витиевато петлял по темно-пурпурной ткани, не изображая ничего конкретного, но создавая удивительную по красоте картину. Я лишь восхищенно вздохнула.

Увы, сама бы я такую красоту не создала никогда. За какое бы рукоделие ни бралась, все выходило криво и неказисто. Мама в свое время пыталась научить меня плести кружева, в чем была известная мастерица, но все тщетно. И мне оставалось лишь восхищаться теми, кто создавал своими руками прекрасные творения. Но я все равно бы никогда не променяла предназначение Стража ни на какое другое. Пусть мне было не суждено создавать произведения искусства, но это казалось мелочью по сравнению с осуществлением мечты всей жизни. Защищать других от любой опасности — вот что имело значение! Даже если в ближайшие несколько десятилетий никакой опасности и не предвидится.

Для обучения Стражей в гильдии отводился специальный зал. Тут явно не обошлось без магии, потому что он был настолько огромен, что в нем одном уместилась бы и гильдия, и вся площадь вместе с дворцом Правителя. Никаких окон, мебели и гобеленов — просто пустой зал с угрюмо-каменными стенами и сводчатым потолком. Несколько рядов колонн разбавляли аскетизм интерьера. До потолка они не доставали, зато на вершине каждой располагалась каменная чаша с неизвестным мне содержимым, которое, похоже, и служило источником света. Я так и не сообразила, что может так светиться, а спросить не решилась. Да и вообще наш преподаватель никак не располагал к расспросам.

Я раньше не раз слышала о Сарифе от отца. По его словам, он слыл сильнейшим из Стражей. Сила Дош в нем настолько преобладала над Лий, что это делало его едва ли не уникальным магом. И именно он должен был нас обучать.

Самое интересное, что на занятиях теперь присутствовали по одному. По выпавшему жребию я оказалась последней. Не волновалась ни капли. Притом накануне папа принес мне новенький доспех Стража, в котором я чувствовала себя буквально непобедимой. Уверенности прибавил Клеон, вышедший из зала по истечении отмерянного ему часа и с ободряющей улыбкой пожелавший мне удачи.

— Не понимаю, каким это чудом тебя определило в Стражи, — Сариф смерил меня скептическим взглядом, едва я вошла.

Его седина контрастировала со смуглым цветом кожи и казалась признаком скорее тяжелых испытаний, чем почтенного возраста. Да и массивная коренастая фигура в серебристом доспехе создавала впечатление нерушимой глыбы.

— А что со мной не так? — как назло, прозвучало тихо и очень робко. Да и если уж честно, я едва подавила желание тут же сбежать.

— Во-первых, хилая. Во-вторых, трусливая, — маг буквально выплевывал обидные слова. — И в-третьих, неконтролируемая.

Ладно, я бы согласилась с первым и, чего уж там, со вторым, но третий эпитет меня изумил. Словно прочитав мои мысли, Сариф снисходительно пояснил:

— Для Стража главное — полный контроль над своими чувствами, словами и поступками. А ты, я уверен, в первую очередь руководствуешься сиюминутными порывами.

Мне стало обидно чуть ли не до слез. Я ведь так гордилась своим предназначением и никогда в своих способностях не сомневалась. Вот только, увы, доставшийся мне наставник оставлял желать лучшего.

— Не думаю, что это помешает мне стать Стражем. Вы должны меня обучить, так обучайте, а не ищите изъяны, — прозвучало чересчур грубо, но в тот момент меня на вежливость уж точно не тянуло.

Сариф хмыкнул.

— Ну хорошо, только потом не жалуйся. Не справишься сегодня, не быть тебе Стражем никогда.

И он направился к выходу из зала.

— А вы куда? — опешила я.

— Знаешь, какой лучший способ научить человека плавать? — маг даже не обернулся. — Это

бросить его на глубину, и пусть сам выкарабкивается. Желание жить — лучший учитель.

Двери зала с лязгом захлопнулись за седым Стражем, оставив меня наедине с собственным возмущением.

— Потрясающе, — мрачно пробурчала я, оглядываясь по сторонам. — И с кем мне тут сражаться, многоуважаемый Сариф? С колоннами, что ли?

Не придумав занятия поинтереснее, минут пять вышагивала по мраморным плитам из одного конца зала в другой, пока вдруг мое внимание не привлек тихий скрежет. Такой неприятный и дребезжащий, словно кто-то выцарапывал рытвины на каменной поверхности. И действительно, посреди зала на полу все отчетливей угадывались очертания круга вызова, который начинал светиться. Я не сдержала снисходительной улыбки. Тоже мне, испытание. В худшем случае Сариф заговорил круг на воплощение дракона. Но даже если и так, стараниями моего папы у меня в запасе имелось с десяток нужных заклинаний. Да и общение с Пакостником никак не располагало к вполне естественной боязни этих существ. Тем более иллюзорных. Но, как известно, не стоит раньше времени переоценивать свои силы…

Это действительно оказался дракон. Черный, словно обуглившийся от бушующего внутри пламени, и настолько огромный, что одним ударом шипастого хвоста мог бы запросто разрушить массивную колонну и даже весь зал при желании разнести. Наверное, Сариф рассчитывал, что я испугаюсь и с дикими воплями выбегу вон. И хотя вид столь грозного крылатого создания, которое материализовывалось на моих глазах, и вправду немного пошатнул мою самоуверенность, но и в панику я впадать не собиралась. Да только ровно до того момента, как дракон окончательно воплотился. Что-то совсем не походил он на иллюзию.

Вот теперь я была готова поверить в слова Ривуса, что драконы — это злобные порождения Иоса, безжалостные монстры — в общем, совсем не те, с кем бы мне хотелось оказаться наедине и взаперти. В том, что добрый-предобрый Сариф запер двери зала, я ни капли не сомневалась. Как и не сомневалась в том, что дракон намерен убить меня. Я едва успела спрятаться за ближайшую колонну, и рванувшая прицельная струя пламени опалила лишь кончики нескольких прядей. Вот и наглядный недостаток длинных волос. Впрочем, философствовать на тему неудачной прически было некогда. Едва собравшись с духом, я ловко сформировала искрящуюся зеленоватыми переливами Доша сеть. Мой противник тоже времени даром не терял: с жутким ревом, от которого закладывало уши, посылал все новые струи пламени в мою сторону. Я от всего сердца возблагодарила тех, кто сделал колонны в этом зале из камня, а не из дерева, как теперь было везде принято.

Видимо, решивший сменить тактику с дальнего обстрела на ближний бой, дракон двинулся ко мне. Его грозный рык, надсадный треск крошащихся под мощными лапами мраморных плит и грохот падающих колонн смешались в оглушающую какофонию, мешая сосредоточиться. Я с громадным трудом уняла панический ужас и, стиснув пальцами сеть, рванула назад. Мои расчеты оказались верны, дракон уже был совсем рядом. Только чудом не угодив под когтистые лапы, я швырнула вверх сеть и прокатилась по полу. Едва успела спрятаться от новой порции пламени за ближайшей уцелевшей колонной, но хорошо хоть, не поднялась на ноги, иначе шипастый хвост оттяпал бы половину каменного столба вместе с моей головой. Теперь прятаться за торчащим из пола обрубком стало бесполезно, но я очень надеялась, что больше и не придется. Развернувшаяся в воздухе и многократно увеличившаяся в размерах магическая сеть рухнула на дракона и придавила его к полу. Пленник яростно взревел и забился в тисках, сотрясая весь зал. Немногие уцелевшие до этого колонны рухнули на пол, разлетаясь осколками. Я не успела увернуться, и один довольно немаленький рухнул прямо на меня. Доспех смягчил удар, но сам сплющился так, что дышать в одно мгновение стало тяжело. Дрожащими руками я едва справилась с покореженными застежками и высвободилась, оставшись только в рубашке и брюках.