Его

Пырченкова Анастасия

Вообще, пока готовила, поняла одну вещь - безумно проголодалась, а потому решила отложить нашу беседу на потом. Сперва еда!

– Приятного аппетита, - пожелала парнишке, кивнув в сторону тарелки с четырьмя большими сэндвичами.

Что сказать, поесть я люблю! И очень!

Дан, похоже, тоже. Я лишь хмыкала, глядя на его аппетит. Будто сутки не ел.

– Ты что же весь день просидел в подъезде?
– выразила свою догадку вслух.

– Не хотел тебя пропустить, - нахмурился он и есть продолжил без прежнего энтузиазма.

Вздохнула, понимая, что

простым намечающийся этот разговор не будет.

– Слушай, Дан, - не стала ходить вокруг да около, как только мы с ним оба закончили с поздним ужином.
– Я хотела сказать…

– Уверена, что хочешь говорить это?
– перебил парень, глядя на меня исподлобья.

Как же с ним трудно…

– Я уверена в том, что так дальше продолжаться не может...

Смертин продолжал смотреть на меня как на врага народа. И почему-то меня это задевало, лишая прежней уверенности в себе.

– Послушай, Дан, я не могу дать тебе того, что ты хочешь…

– Так уверена, что знаешь, чего я хочу?
– снова перебил меня он, сложив руки на груди.

– Я уверена, что, если ты не будешь меня перебивать, это пойдёт на пользу нам обоим, - строго осадила его.

Как же с ним сложно!

– Молчу-молчу, - криво ухмыльнулся парень.

– Да перестань ты!
– не выдержала и ударила ладонью по столу.
– Хоть раз меня услышь, пожалуйста, - добавила чуть спокойнее.

– А если не хочу?
– выгнул брови мальчишка.
– Если всё равно не услышу?
– подался вперёд, положив локти на стол.
– Если так и продолжу приставать?
– понизил голос.
– Если ты мне действительно нравишься? Ксюша…

Чёрт!

Всё-таки то, как он произносит моё имя… Будто озноб по коже.

– Я не завожу романов, Дан, - сказала, как есть.
– И даже с парнями встречаюсь только для определённого рода встреч. Никакой романтики и любви, понимаешь?

– А кто сказал, что мне нужна романтика и любовь?
– парировал Смертин.

И я бы поверила (говорил он вполне убедительно), если бы не его поведение и слова до этого. Уж не знаю, чем я ему запала, но… это явно больше, чем просто желание со мной переспать. Я вдруг отчётливо это поняла. Осознание накатило внезапно, лишний раз убедив меня в том, что с этим пора заканчивать.

– В таком случае я вообще не понимаю, чего ты ко мне привязался, - ответила запоздало на его вопрос.
– У тебя для развлечений и без меня достаточно девиц, которые с радостью дадут тебе всё, что захочешь. И вообще… - вздохнула, собираясь с дальнейшими мыслями.

– Да-да, - подтолкнул меня Даниил к продолжению.
– Что там вообще?

Явно насмехался.

– Тебе ведь всего семнадцать…

– Уже скоро восемнадцать вообще-то, - ухмыльнулся подросток.
– Но ты продолжай, - дополнил снисходительным тоном.
– Я тебя внимательно слушаю.

Так бы и выругалась матом…

– Даже если так, - продолжила говорить, старательно сдерживая эмоции.
– Я моложе не становлюсь. И сам подумай, как это смотрится со стороны. Я твой учитель. Но не в том дело. Давай представим. Если я вдруг соглашусь

на подобные отношения, как на это отреагируют твои друзья, мои. Родители, не приведи бог, узнают. В школе. Ты хоть представляешь какой это будет скандал? Да меня же банально засудят, Дан! Да и… Я не вижу нас вместе. Это был всего лишь секс, - посмотрела на него устало.
– Не думаю, что он чем-то отличался от твоего секса с другими девушками. Вот чего тебя на мне заклинило? Или так мой отказ повторить по самолюбию ударил? Инстинкт охотника проснулся?
– улыбнулась ему понимающе.

А ведь правда. Надо было сразу понять, что моё сопротивление лишь разжигало интерес подростка.

В голове родился план.

Полная решимости, я поднялась со стула и под шокирующим взглядом парня начала раздеваться.

– Ну, так бери, - стянула через голову кофту, оставшись в полупрозрачном лифчике.
– Ты ведь этого хотел?
– отбросила снятое в сторону и взялась за пуговицу на джинсах.
– Так давай закончим это всё, здесь и сейчас.

На Дана было страшно смотреть. Он резко побледнел, следя за мной немигающим взором. Сидел на месте, словно кол проглотил. Ладони давно уже сжал в кулаки.

Больно.

Видела, что ему больно от моих слов и действий, но решительно продолжала доводить начатое до самого конца. Либо так, либо никак. Он должен понять. Должен уйти. Должен перестать мучить. Нас обоих.

Я уже почти стянула с себя джинсы, как мои запястья оказались перехвачены.

– Не надо, - тихо попросил, сдавленным тоном.
– Я тебя понял. Я уйду. И… Прости за вчерашнее.

Он на мгновение сжал хватку на моих руках сильнее, прежде чем отпустил вовсе. Зелёные глаза всматривались в мои, слово что-то ища. Пришлось приложить максимум усилий, чтобы не поддаться слабости и не показать её парню. И видимо, у меня всё получилось, потому что Смертин вяло улыбнулся и отступил. Склонился, поднимая мою кофту, и протянул вещицу мне, которую я по инерции приняла.

– Я вас понял, Ксения Кирилловна, - глухо проговорил он, обошёл меня и направился на выход.

Я не стала его провожать. Как и оборачиваться. Так и простояла, прислушиваясь к звукам за спиной, пока не хлопнула входная дверь, оставляя меня одну.

С всхлипом в тот же миг опустилась на пол и расплакалась, как дурочка. Возникло ощущение, что я только что лишилась чего-то очень важного. Но спроси кто меня, я бы не задумываясь ответила, что всё равно не жалею о своём решении. Так правильно. И в первую очередь именно перед Даном.

ГЛАВА 8

Этот вечер и разговор вымотал настолько, что следующим утром я чувствовала себя совершенно разбитой. Шла на работу, как на каторгу. А погода, словно в насмешку, радовала необычайным для сентября теплом. Словно кусочек лета подобно оазису посреди пустыни. Только ни солнце, ни тёплый ласкающий лёгкий ветерок не могли унять метание моей души. И всё же я была уверена, что всё сделала правильно.

Ну, какая к чёрту любовь в семнадцать? Да ещё к девушке старше аж на шесть лет?