Эгоист
Шрифт:
– Полагаю, твоей новой постельной игрушке следует привыкать, что ей говорят одно, а потом происходит совершенно другое, когда она совсем этого не ожидает.
– Она вовсе не моя постельная игрушка. Она… мой друг, которому я помогаю.
– Видела я, как ты на нее смотрел, как держал руку на ее заднице. Если вы еще не спите, то скоро непременно будете. Для нее лучше было бы провести ночь в окружной кутузке, раз ты не можешь сдерживаться даже в зале суда. Может, после этого она будет меньше поддаваться твоим
– Ты совсем спятила, если считаешь, что все это сойдет тебе с рук. Эмери не имеет ни малейшего отношения к тому, что произошло между нами. Я попрошу судью Хокинса заявить самоотвод, если возникнет необходимость.
– Заявить самоотвод? На каком основании?
– На основании того, что твой папаша играет с ним в гольф каждую пятницу, и ты сама мне говорила, что он выполняет все твои просьбы. Забыла, наверное, как любила потрепаться на профессиональные темы в постели после хорошенького секса?
– Ты не посмеешь, – сказала Кира, и в голосе у нее проскользнули нотки возмущения.
Я стоял от нее довольно далеко – на расстоянии трех метров, перед запертой дверью, – но после этих слов начал медленно приближаться к ней, пока не подошел почти вплотную.
– Хочешь проверить?
Она довольно долго смотрела мне в глаза.
– Отлично. Только давай поступим так, как и должны поступать достойные противники. Никаких угроз, никаких ударов ниже пояса. Мы просто заключим сделку.
Я тряхнул головой:
– Что ты хочешь, Кира?
– Это ты хочешь, чтобы твой клиент ночевал сегодня дома. А я хочу кое-что взамен.
– Замечательно. И что же ты хочешь?
Она провела языком по верхней губе, словно голодающий при виде сочного стейка.
– Тебя. И не наспех в ванной комнате или на заднем сиденье такси. Хочу тебя по полной программе. Сначала свидание по всем правилам: ужин с вином и все такое прочее. А потом секс в позиции «шестьдесят девять».
– Слава богу. Даже не знаю, как мне вас отблагодарить.
– Просто заплатите штраф, и давайте поскорее уйдем отсюда.
Я поспешил вывести мою подопечную из зала суда. Эмери, очевидно, объяснила мою спешку тем, что отняла у меня большую часть дня. Но причина состояла вовсе не в этом. Я почти уже вышел из здания суда, как Кира окликнула меня:
– Дрю, можно тебя на минутку.
– Не сейчас. Мне надо успеть на встречу.
Куда угодно, лишь бы подальше отсюда.
Придерживая Эмери за спину, я продолжал идти, но моя клиентка на этот счет имела другое мнение. Она внезапно остановилась.
– Нам пора идти, – настойчиво напомнил я.
– Позвольте мне, по крайней мере, поблагодарить помощника прокурора.
– Это вовсе не обязательно.
Глаза Эмери были полны упрека.
– Не хочу проявлять невежливость только потому, что вы так себя ведете. – С этими словами она повернулась и подождала, пока не подошла Кира.
Эмери протянула ей руку:
– Спасибо огромное за все, что вы сделали. Я была просто в ужасе, когда думала, что попаду в тюрьму.
Кира посмотрела на протянутую руку Эмери, но проигнорировала ее. А затем повернулась ко мне и с холодной улыбкой произнесла:
– Благодарите не меня, а своего адвоката.
– Конечно. Я обязательно это сделаю.
– Но смотрите не перестарайтесь. Мне он нужен в хорошей форме. – Кира развернулась на каблуках и небрежно помахала нам рукой через плечо.
– Я тебе позвоню, Дрю, и мы назначим встречу.
Эмери удивленно посмотрела на меня:
– Как-то странно она себя ведет.
– Наверное, лекарства закончились.
К тому моменту, как мы оплатили штраф и забрали справку о погашении судимости, было уже четыре часа.
Стоя на ступеньках здания суда, Эмери повернулась ко мне:
– Надеюсь, вы ничего не имеете против публичных выражений благодарности, потому что я собираюсь вас сейчас обнять.
Вообще-то я не большой любитель таких нежностей на публике, но, с другой стороны, я не получил никакой компенсации за потерянный день, так почему бы не воспользоваться этим случаем? Ощущение от упругих сисек, прижавшихся к моей груди, все же лучше, чем ничего, – может, даже лучше, чем полный рабочий день за 675 долларов в час.
– Ну, раз уж вы так настаиваете…
Улыбка, которой она меня одарила, была самой очаровательной из всех, которые мне только приходилось видеть в своей жизни. А потом Эмери меня обняла. Объятие было долгим – ее упругая грудь прижималась ко мне, и тепло изящного гибкого тела словно обволакивало меня, придавая излишнюю нежность простому выражению благодарности.
Даже запах ее был пленительным.
Она отстранилась, но ладони ее оставались на моих плечах.
– Я обязательно расплачусь с вами за все, что вы сегодня для меня сделали. Даже если на это уйдут годы.
– Не стоит беспокоиться.
– Нет, я совершенно серьезно.
Мы поболтали еще несколько минут, обменялись телефонами на тот случай, если на мой адрес поступят заказанные ею вещи, и распрощались. Она направлялась в сторону Верхнего Манхэттена, а мне надо было ехать в противоположном направлении, так что наши пути разошлись. Сделав несколько шагов, я оглянулся и некоторое время понаблюдал, как она идет, покачивая бедрами. Со спины Эмери выглядела так же привлекательно, как и сегодня утром, когда шла ко мне, подрагивая грудями в такт шагам.