Эхо
Шрифт:
Суровое лицо Дикона тут же расплылось в улыбке:
— Ну, теперь похоже, что это вы, Лоренс, на кого-то обижаетесь.
— Нет, Майкл, я просто жалуюсь. Но старикам разрешено жаловаться. Ведь неважно, какими бы положительными ни были их мотивы, пожилым мужчинам все равно приходится долго уговаривать женщин, которым еще не исполнилось сорок, лечь с ними в постель. А уломать их не так то просто, как это кажется на первый взгляд. Я говорю с такой уверенностью, потому что сам пробовал.
— Я не могу делать вид, что с моей стороны
— Ну с кем я спорю? Между прочим, полгода назад мне пришлось кастрировать своего кота. Соседи начали жаловаться, что у него постоянное ненасытное желание овладевать их симпатичными кошечками.
— Ну, я еще до такого безобразия не дошел, Лоренс.
— Да и мой кот тоже. Он делал только то, на что его запрограммировал Господь. А то, что он выбирал только самых хорошеньких, только доказывает его тонкий вкус.
— Мне кажется, я вообще никогда не говорил Кларе о том, что мне хочется иметь детей. Пару раз я поднимал эту тему с Джулией, но она отвечала, что у нас еще уйма времени впереди.
— Время было, пока вы не бросили ее ради Клары.
— А я-то думал, что вы попытаетесь убедить меня, будто я все же не слишком виноват перед ними. Неужели вы не понимаете, что все было сделано только ради того, чтобы продлить род Диконов?
— Неспособность что-либо совершить не может быть оправдана. Если вы хотите иметь детей, значит, надо найти такую женщину, которая разделяла бы это ваше желание. А мой рассказ про столярные инструменты означает то, что у разных людей имеются разные жизненные ценности.
— Ну, и куда же мне теперь следует направиться? — криво усмехнулся Майкл. — В бар для одиноких? В брачное агентство? Или уж сразу подать объявление в газету?
— Если не ошибаюсь, Мао как-то сказал: «Каждое путешествие начинается с первого шага». И почему вы нарочно стараетесь, чтобы этот первый шаг получился у вас столь трудным?
— Не понимаю вас.
— Перед тем как еще раз броситься в бездну, вам следует немного попрактиковаться. Вы уже забыли, какой простой может быть любовь. Придется еще раз выучить этот урок.
— Каким же образом?
— Ну, я уже говорил вам: я люблю своих котов, но вовсе не собираюсь на них жениться.
— Вы намекаете на то, что мне тоже следует завести какое-нибудь домашнее животное?
— Я ни на что не намекаю, Майкл. Вы достаточно умны, чтобы самостоятельно делать выводы и решать, как следует поступить. — Лоренс достал из кармана визитную карточку. — Вот номер моего телефона. Звоните мне в любое время, я практически всегда бываю на месте.
— А вы потом не пожалеете? Откуда вы знаете, что я не воспользуюсь вашей добротой и не начну надоедать вам бесконечными звонками?
Глаза старика снова озорно сверкнули, но на этот раз Майкл успел заметить в них еще и искреннее признание:
— Я очень рассчитываю на такой ход событий. Как
— Вы самый гнусный обманщик, которого мне только приходилось встречать!
— Почему вы так говорите?
— «Как редко мне теперь приходится чувствовать себя кому-то нужным», — повторил он слова Гринхилла. — Мне кажется, вы заявляете то же самое всем беспризорникам, которым впоследствии помогаете. И вот что мне хочется узнать: вы всех вот так же эмоционально шантажируете, или я заслужил особую привилегию?
Старик засмеялся. Он ликовал:
— Всех тех, кто вдохновляет меня надеждой. Накормить можно только голодных, Майкл.
Как ни странно, но эти слова вызвали у Майкла пугающие воспоминания. Перед его глазами появился образ Билли Блейка, похожего на живой скелет. Дикон достал бумажник и вынул оттуда фотографию нищего.
— Вам никогда не приходилось беседовать с этим человеком? Он был бездомным и обитал в заброшенном складе примерно в миле отсюда. Он умер от голода полгода назад, вон там, на территории частного владения. Хотя он называл себя Билли Блейком, я полагаю, что это было вымышленное имя. Мне очень важно выяснить, кем он являлся на самом деле.
Гринхилл внимательно изучал фотографию в течение нескольких секунд, но потом с сожалением отрицательно покачал головой:
— Боюсь, что нет. Иначе бы я его обязательно запомнил. Такие лица нелегко забыть, верно?
— Да уж.
— Но его историю я знаю. Она произвела здесь настоящий фурор на день или два. А почему это так важно для вас?
— Меня попросила об этом женщина, в гараже которой он скончался, — объяснил Дикон.
— Миссис Пауэлл.
— Да.
— Я пару раз видел ее. Она разъезжает на черном «БМВ».
— Именно так.
— Она нравится вам, Майкл?
Дикон и сам уже не раз задумывался над этим вопросом:
— Я пока не решил. Аманда — довольно сложная женщина. — Он пожал плечами. — В общем, тут можно рассказывать очень долго.
— Ну, тогда оставим этот сюжет для нашей телефонной беседы.
— Которая может никогда не состояться. Мои жены подтвердили бы вам, что я весьма ненадежный человек.
— А разве я прошу о многом? Мне требуется всего-навсего один телефонный звонок.
— Нет, дело тут совсем не в звонке, — прорычал Майкл. — Вы гоняетесь за человеческими душами. И даже не вздумайте разуверять меня.
Лоренс посмотрел на обратную сторону фотографии:
— Позвольте мне оставить вот это пока у себя? Я знаю достаточно много общин бездомных, и его кто-нибудь сможет опознать.
— Конечно. — Дикон поднялся. — Но это еще не означает, что я вам позвоню. Так что не тешьте себя надеждой. Завтра, вспоминая о нашем разговоре, я буду испытывать неловкость. — Он пожал старику руку. — Шалом, Лоренс, и большое вам спасибо. А теперь идите домой, а то промерзнете до костей.