Эхо
Шрифт:
— Терри, ты меня слышишь?
— Ага.
— Ты никуда не выходил из квартиры Майкла с тех пор, как вы вернулись туда в два часа ночи?
— Нет, конечно, мать вашу! — угрюмо пробурчал парень. — И у меня, вашу мать, голова раскалывается, поэтому мне сейчас не до вопросов, мать вашу.
Сухой смех адвоката зазвенел в комнате:
— Тогда, как я понимаю, вам нечего волноваться. Очевидно, существует еще один бритоголовый юнец, которого ищет полиция. Но я настоятельно советую вам очистить квартиру от ненужных вещей. Наши друзья из полиции не любят находить таинственные предметы, которые требуют химической
— Почему он всегда так сложно выражается? — недовольно проговорил Терри, когда Лоренс положил трубку. — Я так и не понял: я в чем-то виноват или нет?
— Да. В хранении наркотического вещества. Сколько у тебя осталось конопли?
— Почти ничего.
— Должно быть «вообще ничего». — Дикон ударил кулаком по столу. — И выкинь остатки немедленно. Прямо в унитаз. Он уставился на парня сверлящим взглядом. — Сделай это, Терри.
— Ну, хорошо, хорошо… Правда, это стоило мне целого состояния.
— Если они обнаружат твое богатство, то тебе придется расплачиваться еще круче.
Естественное волнение Терри снова выплеснулось на поверхность:
— По-моему, ты боишься еще больше, чем я, — злобно ухмыльнулся мальчишка. — Посмотрим, как ты поведешь себя, когда легавые заявятся сюда.
Дикон, принявшийся за уборку постели, только усмехнулся:
— А мне будет более интересно посмотреть в этот момент на тебя. Кроме твоей персоны, здесь им больше ничего не нужно. На твоем месте я не стал бы выставлять себя мишенью.
Они успели приодеться и уже наслаждались завтраком, когда через полчаса в квартире объявились два полицейских сержанта, одним из которых оказался Харрисон. После того, как Дикон открыл дверь и пояснил, что местонахождение Терри Дэлтона ему известно, — он как раз сидел за кухонным столом, — Харрисон был весьма удивлен их столь ранним бодрствованием в воскресное утро.
— Сегодня Рождество, — пояснил Майкл, провожая полицейских на кухню. — Мы собрались навестить мою матушку в Бедфордшире, а для этого надо выехать пораньше. — Он уселся за стол и продолжил завтракать. — Чем мы можем быть вам полезны, сержант? Терри уже сделал свое заявление в пятницу.
Харрисон наблюдал за подростком, который наслаждался уже третьей порцией кукурузных хлопьев:
— Все правильно. Но мы здесь по другому поводу. Вы не могли бы рассказать нам, где вы находились сегодня в три часа ночи, мистер Дэлтон?
— Здесь, — не задумываясь, ответил Терри.
— И вы можете это доказать?
— Конечно. Я был тут, с Майком. А зачем вам это?
— Там, на складе, было совершено еще одно преступление. Кто-то облил бензином пятерых пьяных, а потом поджег их. Они сейчас в больнице, причем двое находятся в критическом состоянии. Мы хотели бы узнать, известно ли вам что-нибудь об этом происшествии.
— Да нет, мать вашу, — презрительно бросил Терри. — Я с пятницы даже близко к тому месту не подходил. Вы можете спросить у Майка.
Харрисон повернулся к Дикону:
— Это правда, сэр?
— Да. Я пригласил Терри провести со мной рождественские праздники сразу после того, как он сделал заявление у вас в полиции. Мы остановились по дороге сюда у склада, он забрал свои вещи, и с тех пор не отходит
— На данной стадии расследования мы ничего не предполагаем, сэр, а просто спрашиваем.
— Понятно.
Наступила пауза, во время которой Майкл и Терри продолжали свой завтрак.
— Когда вы сказали, что провели ночь вместе с этим джентльменом, — обратился Харрисон к Терри, — что именно вы имели в виду?
— А как вы считаете?
— Ну, давайте скажем по-другому, сэр. Если вы ночевали в одной кровати, то мистер Дикон не мог бы не заметить вашего ночного исчезновения. Вы именно это имели в виду, когда говорили, что провели ночь вместе? — Лицо сержанта оставалось бесстрастным, хотя его коллега при таком заявлении изумленно приподнял брови.
Мальчик замер, и Дикон интерпретировал это как разгорающуюся злость, но когда он заговорил, то в голосе его прозвучало лукавство:
— Я считаю, что на такое вопросы должен отвечать Майк, — как бы между прочим, заметил юноша. — Он тут главный, а я так… при нем.
Дикон отыскал под столом голую стопу Терри и с силой нажал на пальцы парня подкованным каблуком своего ботинка.
— Прости, — бросил он после того, как Терри взвыл от боли. — Я нечаянно. У меня нога поскользнулась, милашка. — Он сложил губы трубочкой и собрался отослать Терри воздушный поцелуй, но парень опередил его:
— Да пошел ты, Майк! — Он бросил Дикону яростный взгляд, потом посмотрел на полицейских: — Конечно, мы спим в разных кроватях. И ничем таким здесь не занимаемся. Это понятно? Он лежал на своей кровати, а я — на своей, но это вовсе не означает, что я посреди ночи вскочил и ринулся на склад, чтобы сделать из ребят живые факелы. Нас тут вообще не было до двух часов, а как только я добрел до кровати, так сразу же и вырубился.
— Нам остается только поверить вам на слово.
— Ну, спросите Майка. Он лично затолкал меня в мою комнату, поскольку я уже самостоятельно передвигаться практически не мог. Спросите Барри, раз уж на то пошло. Мы попрощались с ним в половине второго. Он тоже сможет подтвердить, что я был слишком пьян для того, чтобы выбраться ночью из квартиры и дойти до склада. Кроме того, вы можете справиться и у таксиста, который доставил нас сюда. Он согласился на эту поездку, поскольку ему было по дороге, и Майк заплатил ему деньги вперед, причем немалые, на тот случай, если нам станет плохо в пути, и мы заблюем ему пол в машине. Чего, кстати, не случилось. — Он перевел дыхание. — Вот дерьмо! Зачем мне понадобилось бы поджигать живых людей?! Они, между прочим, там приглядывают за моим матрасом.
— Кто такой Барри?
— Барри Гровер, — подключился к разговору Дикон. — Он работает в журнале «Стрит» и живет где-то в Камдене. Мы находились в компании с ним, начиная с половины девятого до четверти второго.
— Вы ехали домой на большой машине или на малолитражке?
— На большой черной машине. Водителю примерно пятьдесят пять лет, седой, худощавый, в зеленом джемпере. Он подобрал нас на углу Флит-стрит и Фаррингдон-стрит.
— Вам повезло, — сухо констатировал Харрисон. — Перед Рождеством такую машину трудно поймать.