Эхо
Шрифт:
– Что?
– Пошли! Он сказал, что ты идешь к нам! Он странный. Мама говорит, что он даже для безумия уже слишком старый. И он почти не говорит.
– Ты слишком много болтаешь! – встал в полный рост Эхо, и отодвинув ребенка направился к выходу из леса.
– Ааа! Стой! – вцепился мальчик в набедренную бронепластину. – Он сказал сказать, что твоего отца звали Морок!
Эхо замер, не понимая, что происходит, а мальчишка все продолжал канючить.
– Дядя Эхо! Старик жуткий, я не могу не привести Вас!
– Да
Экран шлема показывал отсутствие сети, а значит – зачистка не придет, пока координаты не будут отправлены. И раз уж переживать, что зачистка начнется, не приходилось – Эхо рассматривал возможность встречи с этим стариком.
Отца юноша помнил хорошо. Крепкий, сильный мужчина. Он словно сиял, даже не смотря на свое жуткое имя. Тогда семья Эхо еще жила в мире и покое. Вместе. Но это было тогда…
– Хрен с ним. Пошли!
– Спасибо, дядя!
Эхо отключил запись, и броня вновь стала белой. Местные тут же его увидели и в ужасе начали прятаться.
– Колос! – выбежала откуда-то из-за построек женщина. – А ну, живо ко мне! Это плохой человек!
– Но старик…
– Прекрати!
– Простите, дядя. Мама зовет. Но старика я все равно боюсь больше. Он в той пещере, – мальчик вытянул свою маленькую руку указывая на расщелину в скалах. – Он точно ждет!
Ребенок со всех ног рванул к матери. Та подхватила его и быстро унесла прочь. Эхо принес суету в это место. Теперь группе зачистки придется побегать, чтобы найти всех неучтенных.
Рассматривая лица, вглядываясь в руки неучтенных, Эхо аккуратно приближался к пещере, не опуская пистолет-пулемет. Те тридцать патронов, что были в его единственном магазине – надежда на спасение, если все пойдет не так как хотелось бы. Хотя все уже идет не так. Это самый странный день в жизни разведчика, с тех самых пор как умерли родители.
Погружаясь в темноту пещеры, Эхо думал лишь о том, что нужно было прогнать ребенка и свалить. Теперь он в самой гуще неучтенных, и если вдруг зачистка все-таки начнется, то они вряд ли будут разбираться.
Стальная дверь, которую разведчик и представить себе не мог в таком месте, со скрипом подалась внутрь. Комната, освещенная лишь огнем свечей, скрывала двух человек. Женщину, что сидела в углу и старика. Эхо сделал шаг внутрь и поймал на себе свет. Женщина тут же с ужасом замерла. Для неучтенных Эхо был предвестником неминуемой гибели.
– Ты… – женщина кинулась к разведчику. – Проваливай! Зачем вы на нас охотитесь?
Эхо парировал удар, и женщина упала на грязную землю пещеры. Именно такого радушного приема он ждал. Дама хотела подняться и попробовать прогнать парня вновь, но старик подал свой слабый голос.
– Лилия… – почти беззвучно шипело то, что когда-то было человеком. – Не надо. Он мой гость…
Эхо подошел к куче тряпья, на котором лежал старик,
Старое разбухшее туловище редкими тяжелыми вдохами наполнялось воздухом. Почти прозрачный человек. До безумия старый. Он не был способен ни встать, ни перевернуться на бок, лишь устало вращал головой. Пристально глядел почти ослепшими глазами.
– Эхо… – выдохнул старик.
– Кто…
– Эхо… – вновь повторилось имя.
– Если уж пришли, то хотя бы не перебивайте! – вскрикнула с злобой женщина.
Старик вновь продолжил тяжело выдыхать слова. – Я ждал тебя… Ты должен идти… За край… Задень небо… Она ждет тебя… Дверь… За троном…
– Он закончил? – обратился эхо к сиделке.
– Я не знаю. Он никогда так много не говорил.
– Кто он вообще?
– Я не знаю.
– Инженер… сетевой… – с трудом выдал старик в два подхода.
– Чушь! – воскликнул Эхо. – Люди так долго не живут!
Старик ехидно улыбнулся.
– Что это значит? – спросила женщина, обращаясь к разведчику.
Эхо не успел ответить. Крики и стрельба, раздавшиеся в узком коридоре пещеры, заставили сиделку рвануть к выходу. Девушка моментально заперла толстую стальную дверь.
– Эй, мне выйти надо!
– Нет! Мы не можем отдать его! Он столько лет оберегает нас!
– Так вот как вы скрывались. Этот странный старик… – Эхо присел к двери, ожидая появления зачистки.
Грохот и крики продолжали ударять в уши через плату восприятия шлема, врезаясь в барабанные перепонки. Разведчик был спокоен. Даже если тут нет сети, то уж его броню ни с чем не спутают, шанс был, хоть и маленький. Сердце билось ровно и плавно, отмеряя секунды до конца бойни.
– Да, он видит мир другим, – присела напротив Эхо девушка. – По крайней мере, так кажется. Смотрит, словно сквозь предметы. Он все утро смотрел в сторону замка, а потом отправил куда-то Колоса.
– Не слишком ли откровенно? Я враг.
– Ты не открыл дверь.
– Открою, когда к ней придет группа зачистки. Не обольщайся. Я, все-таки, жить хочу.
Девушка склонила голову, не в силах на это ответить. Звуки бойни стихли, но в пещеру так никто и не зашел. Хоть она и не сильно выделялась на фоне скалистого подножья, но опытные гвардейцы не могли пройти мимо. Странно это было для Эхо. Он поднялся на ноги и уже, было открыл дверь, чтобы выйти, как экран шлема внезапно погас и усиление звуков прекратилось. Перед глазами повисла чернота.