Экс-Бугимен
Шрифт:
Услышав детский голос, у него открылось второе дыхание, с помощью которого он взобрался на плиту и направился по тропе, откуда эхом доносился голос. Боль была невероятной, но она была незначительной, если все пройдет хорошо, то скоро все закончится. Он полз по пропасти не только из земли, но и поднимался к духовному просветлению. Это был конец длительного и трудоемкого путешествия. Он получил самый благодарный слэшер, на который только мог надеется, так что теперь его разрушения подчинялись естественному порядку кинематографичной вселенной. Никки заполучил бы их в любом случае.
Достигнув вершины, тропа заворачивала по краю за водопад. Это было одно из мест, которые всегда показывали в начале фильмов - веселые подростки устраивали вечеринки до наступления ночи, и Никки сносил
На открытой местности стояла девочка.
Элли.
Фамилии он не знал.
В каком-то смысле, он даже прикинул, что так лучше. Она была анонимной. Ее лицо стало жестким, слезы высохли, страх сменился неистовой решимостью. На ее лбу был синяк, размером с пол грейпфрута, из-за чего она выглядела как мутант, а с носа и подбородка капала кровь. Но его привлек ее взгляд. Он был пронзающим, подобно взгляду Мэг Фостер или Удо Кира. Вероятно, это все из-за игры света в стекающей воде, который отражался в ее глазах, но значения это не имело. То, что он видел, и то, что должна была увидеть аудитория, это было нечто необычное в этих глазах, а ведь они были зеркалом души, не так ли?
Элли зашла обратно в пещеру, и Никки последовал за ней, волоча одну ногу; волны голубого света, на его шипах, придавали тесаку вид смертельной бижутерии. Девочка встала перед ним, держа тонкое лезвие. Никки усмехнулся, когда понял, что это такое.
– Специальная доставка, - сказал он.
Девочка не спускала с него глаз, как будто она бы в фильмах "Деревня проклятых" или "Детки".
– В какой-то момент, - продолжил он, - я думал, что твоя сестра - избранная. Но это выносит все прям на новый уровень. Ты - просто ребенок – определенно девственница - и почти наверняка не употребляла наркотики и не пила, так ведь? Уверен, ты еще и умная, так? Типа книжного червя. И скромная. Определенно скромная. И вот, ты рискуешь своей жизнью, чтобы спасти кого-то, кто для тебя важен, – oн испытывал очень сильные эмоции. Ники не мог удержаться от оплошности, вызвав мета-момент, в котором он сослался на сюжет фильма. – Ты совершенная "выжившая девчонка". Что может вызвать больше симпатии, чем ребенок? Кто может быть более благороден в своем героизме, чем малолетка? У Молли Гаррисон были свои моменты славы, но ее отставка была вопросом времени Ты же, поведёшь "Безумного" в совершенно ином направлении – про кого-то, чье детство было испорчено Никки Гектором. Тебя будет всю жизнь это преследовать, ты вечно будешь оглядываться через плечо в поисках меня, потому что в глубине души ты знаешь, что убийцы из слэшеров никогда не умирают по-настоящему. Ты теперь в этом участвуешь. Новая героиня. Все это время я думал, что этот фильм будет для меня финальным занавесом. Но ты показала мне, что это перезапуск серии. Не ремейк, но новое направление. Мы выстроим свежее наследие "Безумного".
Девочка молчала. Она была в роли, и Никки проклинал себя в том, что не делает также. От этой мысли у него заболела голова. Воспоминание о просранной жизни падшего актера протыкали его сознание, сбивая его с толку. Они были похожи на быстрые спазмы, которые выкидывали его в воспоминания другого человека.
Никки задрал тесак, но ту же ошибку, какую он совершил, задушив Молли, он делать не собирался. Он ничего не оставит на волю случая. Он будет двигаться медленно и с трудом, подчеркивая свою хромоту и другие раны, чтобы оправдать свою медлительность. Он приблизился к ней, молчание девочки не нарушилось. Он нарочно наткнулся на трещину в земле, чтобы присесть, и девочка идеально поняла его намек.
Нож для писем проткнул его шею. Захлебываясь кровью, ему приходилось сопротивляться желанию улыбнуться. Он уронил тесак и упал на колени, рыча для эффекта, его голос раздавался по всей пещере. Нож для писем вышел из его шеи и рухнул прямо ему в здоровый глаз. Как только он погрузился в глазницу, Никки закричал и понял, что слышит не шум воды, а аплодисменты. Публика болела за Элли. Они приняли свою новую "выжившую
– До встречи в сиквеле.
Его голова скатилась с края и упала в водопад.
Никки Гектор исчез во тьме.
41.
Из шеи продолжала хлестать кровь. Элли оставалась в своей боевой стойке, держа тесак обеими руками после своего хуомрана. Она уставилась на мужчину, которого она убила – или на то, что после него осталось. Актер, ставший Безумным, сейчас был безголовым трупом. Подходящий конец, учитывая, за что он был известен. Смотря на Никки, она почувствовала удовлетворение. Она всегда клялась, что убьёт любого, кто задирает ее сестру. Теперь она сделала это – буквально. В каком то смысле, она собой гордилась. Не просто из-за того, что положила конец этой ночи кошмара, но и из-за того, что сдержала обещание. И насилие, от которого, как она думала, ее будет трясти, не было таким уж и плохим на самом деле. К этому времени она уже чувствовала себя безразличной к этому. Она просто сделала то, что должно было быть сделано.
Покидая водопад, Элли слезла с каменной плиты и направилась в лес. Она должна была найти Рэйчел и спасти ее. У нее было ужасное чувство, что Рэйчел каким-то образом, по-прежнему была в опасности. Может она была ранена или попала в западню. Может Никки взял ее в заложники и приковал ее где-то. А может он работал не один этой ночью. Кто-то, вероятно, мог ему помогать из тени, невидимый прихвостень, который помогал в этом невероятном пире.
На всякий случай Элли прихватила оружие.
Достигнув берега, она позвала сестру, но едва смогла перекричать водопад. Она чувствовала себя опустошенной, почти мертвой внутри. Единственное, что держало ее на ногах, это была Рэйчел.
В кустах послышался шорох.
Элли обернулась, почти ожидая, что обезглавленный труп Никки Гектора гонится за ней, держа свою голову, как в "Легенде о Cпящей Лощине". Кем бы ни был этот человек, для Рэйчел он был слишком высоким. С каждым выдохом раздавался слабый свист, и когда фигура появилась, она была покрыта ужасными ранами. Лицо было все в кашу и выглядело даже хуже, чем у Никки. Грудь была изрублена в клочья, живот он держал, как будто боялся, что выпадут внутренности.
Только увидев красные плавки инструктора, она поняла, кто это был.
– Девочка...
– пробормотал Брейди. – Помоги... Помоги мне...
Он выпал из кустов на подкошенных ногах. Свист усилился, и Элли увидела, что свисток спасателя вбит в его нос, из него торчала веревка.
– Помоги мне...
– сквозь зубы прорычал он.
– Брейди, - сказала она.
Это был не вопрос, а скорее безэмоциональное заявления.
– Прошу... Мне нужна помощь. Мне удалось скрыться от него превратившись мертвым. Я... Я пытался добраться до города.
– Брейди, - oна сощурилась.
Он подошел ближе. Даже слишком близко.
– Девочка... Мне нужен врач. Ты должна отвести меня к вр...
Он потянулся к ней. Элли встала в боевую стойку и ударила тесаком по его руке. Он закричал, когда лезвие прорезало его до кости.
– Ты руки при себе держи! – закричала Элли.
– Эй! Ты что делаешь?!!
Он пытался от нее отмахнуться, но был слишком слаб от травм и потери крови. Элли выдернула тесак и снова рубанула по Брейди, врезаясь в его бок, а когда он выставил руки защищаясь, она вогнала тесак в его ладонь. Брейди рухнул на четвереньки, и Элли несколько раз ударила его по спине шипами, вспоминая, как он приставал к ее сестре. Из всех людей, кого Никки оставил в живых, просто было неправильным, что среди них был этот насильник.