Эксцессия

Бэнкс Иэн М.

Ага, подумала она. Рискованно. Это не стекло, но и не защитное поле. Отсек не был пустым, и то, обо что она ударилась, было границей поля проекции.

Гравиес встряхнулась и оправила перья, пригладив их клювом. Затем воровато оглянулась по сторонам, спрыгнула с парапета на пол и, переваливаясь с ноги на ногу, приблизилась к людям за столиками.

Когда-то они встанут и уйдут отсюда. А она останется. Кто же из них по-настоящему на Сохранении? Она или они? Вопрос.

Внезапно она сделала несколько движений клювом,

выклевывая что-то под мышкой у одного из сидящего, затем, отпрыгнув, долго глядела на всю группу, словно искала правильную точку, с которой люди смотрелись бы лучше всего. Да, эти скоро уйдут.

Наконец птица встряхнула головой, расправила крылья и поспешила вернуться сквозь голограмму обратно к своей хозяйке.

Несколько мгновений спустя из голограммы вышел аватара Аморфия. Он осмотрел место, где птица впрыгнула в проекцию, затем снова вошел в голограмму и присел на корточки возле человека, у которого Гравиес рылась клювом под мышкой.

V

– А ты славный попутчик, – прогудел Пятирук, хлопнув Генара по плечу. – С тобой не соскучишься.

Спецскафандр бдительно погасил силу удара, – во всяком случае, на ногах Генар-Хафун устоял. Они находились в районе доков восьмого уровня, где обычно швартовались задиры. Здесь было полно рабов-дронов и прочих машин, а также встречались представители других цивилизаций, чья среда обитания была близкой к среде задир. Многочисленные синтрикаты Тира плавали вокруг, точно маленькие черные колючие шарики, то открепляясь от травелейторов, вагонеток, лифтов и межсекционных автопогрузчиков, то подсоединяясь к ним.

– Не хочешь задержаться здесь, отдохнуть, поразвлечься? спросил Генар-Хафун у задиры. – Тир всегда славился замечательными секторами для охоты.

– Ха! На обратном пути – может быть! – сказал Пятирук. Ничего не поделаешь – служба.

– Тогда до встречи на Годшоуле?

– Вне сомнения! – проревел Пятирук. – Оттянемся на полную катушку, человече!

Задира повернулся на своих усиках и умчался обратно к боевому крейсеру “Клятва на Клинке”. Генар-Хафун недоуменно посмотрел ему вслед и увидел, что люки переходника-туннеля уже закрываются. Он сдвинул брови. Странная спешка.

В чем дело? – поинтересовался скафандр.

– Да так, пустяки, – сказал Генар и закинул за плечо свой рюкзак.

– Гомо сапиенс, мужского пола. Бэр Генар-Хафун – и гелевый скафандр? – произнес таможенный синтрикат, подплывая к нему. Он выглядел как лопнувший и мгновенно замерзший шарик с чернилами.

Генар кивнул:

– Совершенно верно.

– Я назначен сопровождать вас на таможенный контроль, секция гуманоидов. Следуйте за мной.

– Конечно-конечно.

Они нашли свободный вагончик – просто платформа с сиденьями, стойками и натянутой между ними паутиной тросов. Генар-Хафун впрыгнул туда следом за синтрикатом. Вагончик тронулся, медленно

набирая скорость.

Они двигались в прозрачном тоннеле под внешним покрытием хабитата. Платформа как раз проезжала под гигантской сигарой одного из сопровождающих кораблей задир: непроницаемо-черный корпус ощетинился лезвиями и топорами. Человек проводил его взглядом: корабль открепился от Орбитала, бесшумно уплывая в космос. За ним последовали еще три корабля конвоя.

А что за четвертый корабль? – спросил человек.

Легкий крейсер класса Комета – “Свирепая Целеустремленность”, – ответил спецскафандр.

– Хм. Интересно, куда они двинулись?

Скафандр не дал ответа на этот вопрос. В вагонетку мало-помалу заползал туман. Генар-Хафун явственно слышал шипение газов вокруг. Температура возрастала, атмосфера в окутанном полем транспорте медленно менялась и вскоре стала вполне терпимой. Вагон устремился на нижние уровни, и Генар-Хафун, за последние два года привыкший к мощной гравитации планеты задир, внезапно почувствовал себя птицей.

– Сколько времени до встречи с “Живодером” или как там его еще называют… “Серая Зона”? – спросил он.

Три дня, – ответил скафандр.

– И, конечно, тебя туда не пустят? – внезапно сообразил Генар.

Нет, – ответил спецжилет.

– И чем ты собираешься заниматься в мое отсутствие?

Тоже буду развлекаться: я уже договорился с дроном, посещающим. Контактный корабль. Так что, скорее всего, буду в Трале.

Это был неожиданный поворот событий. Об этом его не предупреждали. Сама идея половых сношений между дронами – даже виртуальных, – казалась Генару какой-то фантасмагорией. Эти мерзавцы во всем подражают людям. Теперь для них устроили в Трале даже публичные дома. “Ладно, в конце концов, пусть каждый думает о себе”, – подумал он.

– Мастер Генар-Хафун? – произнесла женщина за таможенным синтрикатом. Это была высокая девица безукоризненного сложения, с экстравагантной завивкой на длинных рыжих кудрях, с особым блеском в зеленых глазах. Длинный строгий официальный костюм не скрывал великолепной фигуры.

– Добро пожаловать на Тир, мастер Генар-Хафун. Мое имя Верлиоф Шанг. – Она протянула маленькую крепкую руку.

Она не была защищена никаким скафандром. Приятное чувство. Сам Генар был одет неофициально: просторные брюки, длинная рубаха навыпуск.

– Я послана от Контакта, чтобы опекать вас во время пребывания на Тире, – с некоторой робостью в голосе произнесла Верлиоф Шанг. – Уверена, что вы в этом не нуждаетесь, но я… Впрочем, не обращайте внимания.

Она рассмеялась и учтиво поклонилась.

– Что вы, что вы… – сказал он. – Я не отказываюсь от опеки.

Она снова рассмеялась, сразу же зажала рот ладонью, но успела-таки продемонстрировать великолепные зубы.

– Вы очень милы. Могу я вам помочь? – Она потянулась к его рюкзаку.