Эксперимент. Книга 2. Последний Оплот. Серия 1
Шрифт:
Пролог
Окрестности города Тиховодье.
Проявление энергии в материальном мире столь несовершенно, но в то же время так прекрасно в своем многообразии форм. Поэтому Фрагмент каждый раз с любопытством наблюдал, как системы климатического контроля оболочки определили пониженную влажность в почве и мгновенно запустили механизм формирования дождевых облаков. Уже через десяток минут крупные капли воды почти сплошным потоком падали вертикально вниз, разбиваясь о землю и принося всему живому столь необходимую влагу.
За несколько минут такого ливня не успевшая просочиться сквозь грунт вода быстро находила низины и ручейками
Климатические алгоритмы работали безупречно, создавая уникальные условия в каждой зоне обитания и обеспечивая нормальную жизнедеятельность живущих на планете видов. Но оболочка контролировала не только климат – вся растительная и животная биосфера подвергалась тщательному регулированию. Фрагменту оставалось только наблюдать за процессом, фиксируя реакцию существ на тот или иной раздражитель и изредка корректировать поведение разумных.
И все подобные эксперименты шли именно так, как задумал единое Целое, Фрагмент знал об этом, когда был Целым. Но однажды появилась сила, чужая для этой Галактики, и начала разрушать все, что Целое создавал в течение сотен тысяч лет. И однажды, под влиянием этой силы, в кармане эксперимента появились не живые разумные, созданные одним из многообещающих биологических видов, желающие уничтожить все плоды эксперимента.
Тогда Фрагмент впервые ощутил гнев и, отдавшись ему полностью, разметал всех не живых разумных на атомы. Но новая эмоция была настолько сильна, что он практически не контролировал себя и опомнился лишь тогда, когда оболочка сообщила о повреждении Венца Творения, которое сам же Фрагмент и устроил.
Он по-прежнему ощущал связь и даже мог говорить с Целым, но мысль о том, что он не в состоянии воссоединиться, доводила его до отчаяния. И почти сотню циклов после битвы он пытался вырваться за пределы оболочки, позабыв обо всем. Затем столько же предпринимал попытки самостоятельно починить Венец Творения, но все оказалось тщетно.
Когда Фрагмент смирился с тем, что ему придется ждать Созидателя, он наконец обратил свое внимание на эксперимент. И гнев снова наполнил сущность Фрагмента, когда он обнаружил уцелевшего не живого разумного. Из-за утраты связи с Целым он не заметил, как пришельцу удалось пересечь черту, за которой физическое вмешательство было для Фрагмента под запретом. Хотя он и предпринимал шаги для уничтожения не живого разумного, но оболочка пресекала все его попытки.
Но не живой разумный не просто уцелел, он начал свою разрушительную деятельность на поверхности эксперимента. И теперь обширные территории зоны номер триста шестьдесят восемь пустовали, не исполняя свою функцию. Фрагмент даже пытался несколько раз связаться с не живым разумным, но ответа не последовало и область опустошения продолжала расширяться.
Фрагмент отмечал, что не живой разумный был схож с оболочкой, которая выступала для него связующим звеном с этим миром, и одновременно сильно отличался. Он так же был точен, последователен и подчинялся правилам, но в нем отсутствовала душа создателя, что для Фрагмента выглядело довольно странным. Но не это беспокоило Фрагмента, а деятельность не живого, на которую он не мог повлиять из-за строгих правил невмешательства. И единственное, что он смог сделать, – это запустить
После этого Фрагмент наблюдал за неживым разумным, как и за миллионами существ, заполняя базу данных, анализируя и делая выводы о поведении индивида на тот или иной раздражитель. Но сейчас большая часть его внимания оказалась прикована к месту, где более тридцати циклов назад было оживленное поселение, а ныне остались только руины.
Там десяток неподвластных Фрагменту машин разгребали большими отвалами остатки строений, очищая площадку над одним из узлов генерации. Этим машинам было все равно на проливной дождь, они просто наматывали на свои металлические траки грязь и упорно работали, не останавливаясь ни на мгновение.
Когда площадка была очищена, машины принялись снимать грунт слой за слоем. И вскоре образовался котлован глубиной два метра, который из-за дождя быстро превращался в искусственный водоем. Но и это не останавливало машины, и, даже почти полностью погружаясь под воду, они не прекращали работу и продолжали вытаскивать грунт за пределы котлована.
Спустя цикл они углубились настолько, что стали скрести своими отвалами по створкам купола шахты, и Фрагмент решил вновь попытаться связаться с не живым. Он задействовал все возможные способы коммуникации, и вероятность, что не живой разумный не слышит, была очень мала, тем более Фрагмент слышал, как тот общается со своими машинами. Но, как и в предыдущие разы, ответа не последовало.
Машины вдруг прекратили свои работы и, перемалывая раскисший грунт, одна за другой стали выползать за пределы проделанного ими котлована. Когда в яме осталась только вода, из другой машины появился один из бездушных слуг не живого. Он был похож по своему строению на большинство живущих на планете существ. Как и они, слуга передвигался на двух конечностях, держа перед собой цилиндрический предмет.
Он не спеша прошагал по пологому спуску вниз и полностью погрузился под воду. Пройдя к самому центру котлована, слуга поставил предмет прямо на створку и так же не спеша покинул котлован. Фрагмент попытался проникнуть под оболочку цилиндра, но тот оказался герметичным, и Фрагменту оставалось только наблюдать.
Мощный выброс энергии на мгновение ослепил его, и, когда он вновь смог восстановить наблюдение, то обнаружил, что вся вода в котловане испарилась, а в створке купола зияет дыра, метров пять в диаметре.
«Внимание! Нарушена целостность структуры. Барьер установлен», – сообщила оболочка, привлекая к произошедшему.
Ярость вновь поглотила Фрагмент, и он потянулся к ближайшим машинам, чтобы разорвать их на части, но оболочка отреагировала незамедлительно и тут же пресекла эту попытку. Фрагмент потянулся еще раз, но с тем же эффектом. Он повторял это действие снова и снова, пока наконец не остыл и не продолжил наблюдать.
Вскоре прямо на голубоватой поверхности барьера, перекрывшего дыру, появился еще один цилиндр, который так же вспыхнул, выжигая зерна в радиусе сотни метров. Это повторялось снова и снова, и каждый раз Фрагмент наблюдал появление стерильной сферы, в которую устремлялись действующие зерна, пытаясь заполнить собой пустоту. И хотя Фрагмент знал, чем все закончится и заранее начал стягивать зерна со всей округи, но с каждой детонацией цилиндра их поток становился все скуднее.
После тридцати таких цилиндров потоки зерен упали настолько, что барьер потускнел и исчез, открывая доступ к источнику.