Эксперимент
Шрифт:
Найдя кнопку стеклоподъемника, Молли приоткрыла окно. Жаркий запах летнего города, горячий и сернистый, ворвался в салон. Она ничего не имела против жары. Жара напоминала ей о доме, о влажных знойных летних деньках из детства, которое она провела в Бофорте. Чертовски хотелось курить, однако у нее не было никакого желания препираться с жестяной коробочкой.
Машина сбросила газ и остановилась. Голос из динамика сказал:
– Приехали. Можешь выходить.
– Что, здесь?
– Нужный дом прямо перед тобой.
Молли
– Вы, наверное, шутите, – удивилась она.
– Входная дверь открыта. Поднимешься на третий этаж, последняя дверь справа. Стучать не надо, просто входи.
– Роми ничего такого не говорил.
– Роми сказал, ты не будешь упрямиться.
– Да, но вообще-то…
– Это всего лишь часть игры, Молли.
– Какой игры?
– Фантазии твоего клиента. Знаешь ведь, как это бывает.
Молли тяжело вздохнула и снова посмотрела на здание. Ох уж эти клиенты с их фантазиями! Какого хрена вообразил себе этот парень? Трахаться в компании крыс и тараканов? Чуточку опасности, капельку мерзости для обострения удовольствия? И почему фантазии клиентов никогда не совпадают с ее собственными? Уютный гостиничный номер с джакузи, Ричард Гир с Красоткой попивают шампанское…
– Он ждет.
– Да иду я, иду! – Молли распахнула дверь и ступила на тротуар. – Вы ведь меня дождетесь, верно?
– Буду на этом самом месте.
Она повернулась к дому и вздохнула. Затем поднялась по ступенькам и толкнула дверь.
Внутри вид был не лучше, чем снаружи. Все стены изрисованы, коридор завален газетами и ржавыми пружинами. Это ж надо было постараться устроить такую помойку!
Молли пошла вверх по лестнице. В здании царила зловещая тишина, и перестук ее каблуков эхом отражался от стен. Дойдя до второго этажа, она заметила, что у нее взмокли ладони.
Что-то здесь не так. Совсем не так.
Молли остановилась на лестничной площадке, глядя в сторону третьего этажа. «Во что ты меня втянул, Роми? И что вообще это за клиент?»
Обтерев влажные ладони о блузку, она вздохнула и поднялась еще на один пролет. В коридоре третьего этажа остановилась у последней двери справа. Изнутри доносилось какое-то жужжание – кондиционер? Девушка открыла дверь.
Ее обдало волной прохлады. Сделав шаг внутрь, она, к своему изумлению, очутилась в комнате с белоснежными стенами. Посередине стояло что-то вроде стола для врачебного осмотра с обивкой из красно-коричневого винила. Никакой другой мебели в комнате не было, даже стула.
– Здравствуй, Молли.
Она резко обернулась, ища глазами человека, назвавшего ее по имени. Но в комнате никого не было.
– Где вы? – спросила она.
– Тебе нечего бояться. Я просто немного застенчив. Сначала мне хотелось бы взглянуть на тебя.
Молли обратила внимание на зеркало, висевшее на дальней стене.
– Вы там, сзади,
– Умница.
– Так чего вы от меня хотите?
– Поговори со мной.
– И все?
– А потом еще кое-что.
«Ну разумеется. Потом всегда еще кое-что». Она подошла – почти непроизвольно – к зеркалу. Он сказал, что стесняется. Ей стало немного легче. Так, пока все под контролем. Она встала, уперев руку в обтянутое мини-юбкой бедро.
– Ладно. Если вы хотите поговорить, пожалуйста – деньги-то ваши.
– Сколько тебе лет, Молли?
– Шестнадцать.
– У тебя регулярный цикл?
– Что?
– Менструации у тебя регулярные?
Она хихикнула:
– Ничего себе!
– Отвечай на вопрос.
– Ну да, вроде регулярные.
– И последняя была две недели назад?
– Откуда вы это знаете? – удивилась она. Затем, тряхнув головой, пробормотала: – А, вам Роми сказал.
Роми, конечно, знал. Он всегда был в курсе, когда к его девочкам «приходили гости».
– Ты здорова, Молли?
Она сердито уставилась в зеркало:
– А что, по мне не скажешь?
– Заболеваний крови нет? Гепатита? ВИЧ-инфекции?
– Я чистая, вы ничего не подцепите, если это вас так беспокоит.
– Сифилис? Гонорея?
– Слушайте, – огрызнулась она. – Вы трахаться хотите или как?
Молчание. Затем голос тихо произнес:
– Разденься.
Это было уже кое-что. Этого она и ожидала.
Молли подошла к зеркалу – так близко, что от ее дыхания стекло тут же запотело. Он захочет увидеть все до мельчайших подробностей. Они всегда этого хотят. Она стала раздеваться – неторопливо, затягивая представление. Расстегнув блузку, она позволила себе больше ни о чем не думать, спрятаться в некое мысленное убежище, где не было места мужчинам. Она покачивала бедрами, словно танцуя под воображаемую мелодию. Блузка скользнула с плеч на пол. Сейчас Молли стояла с обнаженной грудью, от холода ее соски затвердели. Она закрыла глаза. Почему-то это помогало.
«Скорей бы уж, – думала она. – Перепихнуться с ним и свалить отсюда».
Расстегнутая юбчонка упала к ногам, Молли переступила через нее. Затем стянула трусики. Все это она проделала, не открывая глаз. Роми говорил, у нее красивое тело. И если она правильно будет им пользоваться, никто не обратит внимания на невзрачное лицо. Сейчас она и пыталась использовать свое тело, танцуя под музыку, которую слышала только она.
– Отлично, – сказал мужчина. – Можешь больше не танцевать.
Она открыла глаза и недоуменно уставилась в зеркало. Оттуда глядело ее отражение. Жидковатые каштановые волосы. Груди маленькие, но вполне приметные. Мальчишеские узкие бедра. Танцуя с закрытыми глазами, она играла роль. Теперь же столкнулась лицом к лицу с собственным образом. С самой собой. Она непроизвольно скрестила руки, прикрывая нагую грудь.