Эксперимент
Шрифт:
Аннотация:
XXI век. Обычный многолюдный город. Обычная ступающая на землю зима. Жизнь течет своим чередом, омывая привычные подводные камни.
Она – циничный скептик, уже успевший разочароваться в жизни. Он – сумасшедший оптимист, жаждет получить то, что не в силах создать даже природа.
У каждого свои цели, согласно которым, они вступают в игру, видя себя победителем. Все бы ничего, но на их пути встает нежданный гость… Под его гнетом меняется все.
Одна жизнь. Разные взгляды. Противоположенные мнения. Злость и ненависть. Постоянная борьба. Ласкающий романтизм и редкая идиллия. Бесконечная игра всепоглощающего эгоизма…и море секретов, открыть которые хотят обе стороны,
«…У меня даже в голове не было мысли о том, что я способен кого-то еще полюбить. Но век спустя я задумался о женщине. Я хотел особенную женщину, потому что сам был особенным. Я приступил к поискам…»
Эксперимент
ЗИМА
1
Солнечный силуэт, пытающийся пробиться сквозь сизый туман, мечтал пробудить землю от сна. Осень почти забыта. На дворе было двадцать восьмое ноября.
Она посмотрела в окно: утро в преддверие зимы. А так – обычный выходной. Серый, ничем не отличающийся от протяжных будней. Слишком привычный. Слишком обыденный.
Так ненавязчиво протекали дни, серые, светло-серые, темно-серые. Одиночество вплетается в повседневную серость. Все одно и то же, изо дня в день. Быть одиноким, какого это? Как это, когда есть семья, друзья и животные, но одиночество все равно не отступает и невозможно с этим ничего сделать.
Она сидела на кухне, сквозь огромное окно разглядывала туманную погоду. Ни о каком завтраке и речи не могло быть – кусок в горло не лез. Ей просто хотелось выйти на улицу, вдохнуть свежего воздуха. Понять, что сердце еще трепещет, что легкие еще нуждаются в свежем вздохе, что кровь еще жаждет кислорода. Понять, что есть еще жажда жизни.
Её звали Лилит. Двадцать три года уже жила ее неземная красота и вселенский эгоцентризм. У нее были длинные каштановые волосы, кончики которых доходили почти до колен. Большие зелёные глаза смотрели на окружающий мир из-под густых ресниц. Черная родинка слева над губой. Маленький носик и очень красивые брови, тёмные, с элегантной формой. Фарфоровая кожа словно сияла. Природа вложила столько нежности и грациозности, создавая эту девушку. Она была лучшим творением вселенной. Но, несмотря на то, что к ней был благосклонен мир, одиночество ее не покидало, окутывая своими невидимыми покрывалами и пледами, забирая все ее тепло, желания и мечту.
2
В свои семнадцать лет, Лилит познакомилась с первой любовью и практически сразу поняла, насколько суровы чувства и как тяжело с ними бороться. Она влюбилась. Никого в жизни она так не желала, как его. Он пробыл с ней около месяца – и этот предельно короткий период в её жизни был самым счастливым. Каждый день этого месяца она радовалась каждому вздоху, сделанному рядом с этим человеком. Ей казалось, что вот оно, то чего она искала, то, ради чего стоит жить и умереть. Но, как и любой радости, этой сказке быстро пришёл конец. «Я никогда тебя не любил, только твое тело и лицо, любил выходить с тобой на публику, как на нас смотрят люди, как они смотрят на меня и завидуют» – эти слова засели глубоко в её голове, и казалось, поселились там навсегда. В такие моменты понимаешь, как это – чувствовать боль, когда на тебе нет ни единого пореза, и вроде ты даже не болен. В такие моменты понимаешь, как это – спать и видеть всё, что тебя окружает: голые стены, пустая постель и тьма, но у тебя нет бессонницы. В такие моменты понимаешь, как это – есть и пить, не чувствуя вкуса и голода. Хотя у тебя есть желание жить. В такие моменты понимаешь, какого это, когда ты живешь как призрак, называешь это жизнью и продолжаешь жить такой «жизнью». В такие моменты, ты смотришь налево, а видишь право, а иногда сквозь
Лилит возненавидела свое лицо, свою неописуемую красоту, идеально сложенную фигуру. Она плакала, спрашивала пустоту, почему именно она. Ей не хотелось быть красивой. Слишком тяжело и больно. Она хотела изуродовать себя, может быть тогда бы она понравилась как человек, как открытая душа? Может быть, тогда бы ее не воспринимали, как совершенную игрушку, которую непременно хочется купить и поставить на полку.
Через какое-то время Лилит отказалась от таких мыслей, поняв, что кроме себя у нее никого больше нет. Ей просто больше некого любить. Девушка пообещала себе, что она никогда в жизни больше не позволит себе влюбиться, чего бы ей ни стоило это.
Пережив безумное состояние влюбленности, самобичевания, самовлюбленности, Лилит стала более чёрствой. Она позволяла любить себя, приближаться к себе, давала шанс на высокие чувства и счастливое будущее, но как только грань переступалась молодым человеком, Лилит тут же отшвыривала его, выстраивая грандиозное сооружение между ним и собой. Отрава, оставшаяся в душе напоминала, что может случиться.
Своеобразный уход от ответственности. Эгоистично? Да. Только эгоист никогда не любит, поскольку боится душевной боли, боится быть покинутым, боится потерять самого себя и никогда больше не найти. Боится одиночества и унижения, оскорбления души, собственного «Я», которое никогда не простит. А потом остается место лишь только для гнева и ненависти. Намного проще ненавидеть кого-то, нежели просто отпустить. Ну, а как же проклятое самолюбие, которое никогда не замолчит внутри и будет всегда тыкать и колоть?
.
3
В тёмной прихожей вспыхнул свет. Лилит одевалась: черные сапожки на шпильке, классическая юбка, чуть ниже колен, блуза, серое пальтишко, аккуратно убранные волосы и легкий макияж.
Она хотела прогуляться по парку, подсыпать зерна в пустующие кормушки. Может почитать книгу, сидя на лавочке, попрощаться с осенью и посмотреть, как мир готовится к приходу суровой зимы.
Девушка вышла на улицу. Небо хмурилось. Оно уже поглотило тот несчастный утренний силуэт солнца. Его лучи просто не могли пробиться сквозь тяжелые тучи.
Медленно, шурша сухой листвой, она шла по голому парку. Вокруг еще никого не было или уже никого. Лишь впереди виднелась черная фигура высокого мужчины.
Лилит окинула взглядом верхушки лысых деревьев, которые пронзали серое небо и незаметно начала погружаться в какие-то, пока что, неясные мысли.
– Извините, пожалуйста – тяжелый мужской голос обрушился на неё сквозь раздумья. – Не подскажите, как мне пройти в детский дом?
Лилит перевела глаза и… Перед ней стоял бог – была её первая мысль при взгляде на молодого человека. Мужчина…высокий мужчина, на вид лет тридцати, темно-каштановые волосы и глаза цвета оникса. Больше всего девушку заворожили его глаза. Она никогда не видела такого тяжелого и в тоже время невозможно красивого и многозначного взгляда.
Лилит, которая перестала смотреть на внешность мужчин, потому что столько времени она вбивала себе в голову, что хватит любви и красоты; Лилит, которая перестала заглядывать в глубину глаз кому-либо, никому кроме себя; Лилит стояла и тонула в глазах молодого человека. Его взгляд был до безумия притягателен, бездонный, властный…а черные, густые ресницы смягчали этот слишком тяжелый и слишком красивый взгляд. Но, приглядевшись к его глазам, Лилит поняла – там лишь тьма. В его глазах была лишь тьма и ничего больше. Она не могла понять, хотя бы приблизительно, о чем он думал, какого чёрта ему понадобилось идти в детский дом?