Эксперт № 19 (2013)
Шрифт:
— Да, но двести миллионов — это инвестиции с расчетом на наш объем: несколько десятков самолетокомплектов в год. А Boeing производит несколько сотен самолетов в год. И там уже требуются пропорционально большие вложения. Как минимум несколько миллиардов. Кроме того, если говорить о широкофюзеляжных самолетах, то у них крылья гораздо большей размерности. Не 18 метров, как у МС-21, они могут доходить и до 30 метров в длину. То есть игра свеч не стоит — полностью переходить на новую технологию смысла сейчас нет.
Если бы преимущество составляло более 20 процентов по себестоимости или по весу, Boeing однозначно поменял бы технологию. А когда преимущество всего 6–8 процентов, то это находится как раз на той грани, когда люди тысячу раз подумают, прежде чем что-то предпринимать. И потом, они подождут, пока мы доведем технологию до ума, получим сертификат на самолет, и только после этого будут действовать. То есть риски
— Будущий конкурент « Гражданских самолетов Сухого» — корпорация Mitsubishi — тоже сначала хотела делать крылья для своего нового регионального самолета MRJ из композитных материалов, но потом от этой идеи отказалась. Почему?
— Думаю, что основных причин было две. Во-первых, на региональном самолете размерности MRJ композитное крыло не дает тех преимуществ, которые оно дает на магистральных лайнерах. Прежде всего потому, что значительную часть всего времени, которое такой самолет находится в воздухе, занимают взлет и посадка. А значит, экономия топлива будет невелика. Во-вторых, производя панель крыла для Boeing 787, в Mitsubishi насмотрелись на технологические сложности, с которыми сталкивался Boeing в этом процессе. Я имею в виду именно автоклавную технологию. Поверьте, там очень много различных проблем, которые японцы на данном этапе решать, видимо, не захотели.
— Композиты — очень малоизученная область материаловедения. Из- за этого их применение сопряжено с целым рядом трудностей. Например, когда Boeing делал Dreamliner, на начальном этапе испытания у самолета были обнаружены микротрещины, вследствие чего американцы вынуждены были перепроектировать крыло. Как вы намерены избежать подобных проблем? И какие риски вы видите в использовании инфузионной технологии?
— Рисков у нас достаточно много, никто этого не отрицает. Основной риск — сертификация самолета. Это признаем и мы, и наше руководство. МС-21 будет проходить сертификацию не только в России, но и в европейских и американских сертификационных органах. И вопросов к нам будет очень много, причем их будут задавать с пристрастием. Во-первых, потому, что мы первые, кто
— А есть ли сугубо технологические риски?
— Естественно, при использовании любой новой технологии всегда есть риск, что что-то не получится или пойдет не так. Могли ли мы чего-то не учесть, изготавливая десятиметровые прототипы крыла? Сейчас ответить мне очень трудно, но вероятность этого, по нашему мнению, невелика. В любом случае все риски мы намерены еще раз просчитать и проверить. Уверен, до конца этого года все они будут сняты, что позволит создать композитное крыло с очень хорошими весовыми и аэродинамическими характеристиками в нужные для программы МС-21 сроки.
MILI дает деньги «до зарплаты». Дорого
Елена Николаева
Российский аналог американской системы Pay Day Loan кредитует под 900% годовых
Леван Назаров, 27
ключевой момент принятия решения об открытии бизнеса: новые возможности в области розничного кредитования - появилось регулирование
образование (у всех): MBA, МШУ Сколково, MIT
сфера деятельности: кредитование
стартовые вложения: февраль 2012 - $ 100 000 бизнес-ангел; май 2012- $ 200 000 частный инвестор; сентябрь 2012 - $ 850 000 частный инвестор
До 30 тыс. рублей, до 30 дней. В течение нескольких минут с минимумом документов. Онлайн. Но под бешеные проценты — от 2% в день (700–900% годовых). Микрозаймы — золотая жила для кредитных организаций. Неудивительно, что в этот сегмент пытаются зайти многие предприниматели. Но, как и бывает с лакомыми кусками, риски тут тоже высокие и зачастую возникает «эффект мышеловки». Впрочем, три выпускника сколковского МБА — Георгий Белоцерковский , Леван Назаров и Грант Алавердян — все же решили попытать счастья. В начале 2012 года они запустили проект MILI, аналог американской системы Pay Day Loan — кредитного продукта «до зарплаты». В США взять микрозаем — дело привычное и не более сложное, чем покупка гамбургера. Но там работают два драйвера: кредитная история и то, что в момент получения денег заемщик выписывает чек на компанию-работодателя, которая может списать сумму возврата с его зарплаты. В России нет ни того, ни другого. Как нет и привычки брать взаймы у банка. Скорее человек, не рассчитавший средства, обратится за небольшой суммой к друзьям.
Перспективы рынка
Однако с распространением интернета появился спрос на онлайн-кредиты, и ситуация начала меняться. Большие суммы таким образом точно не получить. А вот микрозаймы — вполне реально. « Рынок микрокредитования в России только набирает обороты. По итогам 2011 года этот сегмент вырос на 34 процента, а по итогам 2012-го — уже на 40 процентов: спрос велик. И сейчас как раз образуются микрофинансовые организации, предлагающие такие кредиты», — оценивает перспективы сегмента аналитик «Инвесткафе» Екатерина Кондрашова .
Георгий Белоцерковский, 30
Главная проблема — даже при наличии растущего спроса — это нехватка информации о заемщике и, соответственно, большая вероятность ошибки. А главные конкурентные преимущества — не только стоимость кредита, но и количество необходимых документов, доступность филиалов финансовой организации и скорость получения займа.
«О человеке можно судить по его друзьям»