Эксперт № 35 (2014)

Эксперт Эксперт Журнал

/section

Если вы реализуете любой промышленный проект, будь то завод по производству стиральных машин или удобрений, он включает кроме технологической составляющей экономическую, юридическую, управленческую, организационную, эксплуатационную, а также работу с персоналом. Все это включено в наши программы», — говорит Вальтер Рац , генеральный директор Московской высшей школы инжиниринга (МВШИ). Школа эта необычна не только по российским, но и по западным меркам.

figure class="banner-right"

var rnd = Math.floor((Math.random * 2) + 1); if (rnd == 1) { (adsbygoogle = window.adsbygoogle []).push({}); document.getElementById("google_ads").style.display="block"; } else { }

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

МВШИ была создана в 2011 году по инициативе акционеров

ГК ИСТ, которая активно занимается промышленным строительством. Поначалу школа решала задачи корпоративного обучения. Позднее созрел план ее выхода на рынок бизнес-образования, и с октября 2014 года МВШИ откроет двери для первого набора слушателей комплексной программы повышения квалификации DISE (Dual Industrial System Engineering — «Инжиниринг промышленных систем»). Она нацелена на ускоренный выпуск инженерно-технических и управленческих кадров, способных эффективно руководить строительством и модернизацией предприятий. Слово «эффективно» здесь ключевое. Одна из задач программы — научить слушателей принимать правильные решения при возведении сложных промышленных объектов, ориентируясь не только на размер первоначальных инвестиций, но и на дальнейшие текущие расходы предприятия. И это вопрос не столько финансовой грамотности, сколько системного подхода к делу.

Системность обучения в МВШИ дополняется дуальным подходом, когда теоретические знания, полученные в аудитории, закрепляются под руководством куратора на производстве. В Германии дуальную систему сначала применяли для подготовки квалифицированных рабочих, затем она получила признание и при подготовке инженерных кадров. При этом практическая составляющая программ МВШИ усилена даже по сравнению с европейскими стандартами. «Когда я об этом рассказал в Университете Аахена нашим партнерам, они мне сказали: “Вальтер, это, безусловно, полезно для слушателей, но сложно в плане организации и координации учебного процесса. Такого даже мы не делаем”», — рассказывает г-н Рац. Однако, по его мнению, в сегодняшних условиях только такой, максималистский, подход может привести к успеху.

Но предоставим слово самому руководителю МВШИ.

— Ваш курс рассчитан на 480 часов, или на один год. Кто к вам придет учиться и кто выйдет из ваших стен по окончании курса?

— Наша целевая аудитория — это молодые инженеры, которые пришли на предприятие, в службу заказчика или инжиниринговую компанию и должны со своими опытными коллегами решать задачи в области модернизации производственных объектов либо строительства новых предприятий. Они должны стать кадровым резервом и пополнить впоследствии ряды тех редких специалистов — я их называю генералистами, — которые способны нести ответственность за развитие производства и реализовывать новые проекты. А эти молодые ребята — «мини-генералисты» — дорастут до их уровня, когда уже сами реализуют два-три проекта. То есть смысл в том, чтобы сократить время их созревания до уровня руководителя проекта.

Программа DISE состоит из десяти модулей продолжительностью от пяти до десяти дней. Между модулями предусматриваются перерывы, во время которых слушатели возвращаются к своей работе на предприятии.

Учебные модули проводятся как в Москве, так и в Аахене, в Германии. Пребывание в Германии рассчитано на три недели, наряду с занятиями предусмотрено и посещение немецких промышленных предприятий.

Кроме того, подчеркну еще раз, в течение всего курса слушатели работают над практически применимым проектом под руководством куратора МВШИ и наставника на своем предприятии.

В марте 2015 года мы запускаем сокращенную программу повышения квалификации, полугодовую. Программа mini DISE Russia также построена по модульному принципу: за 240 часов слушатели пройдут семь модулей, объединенных тематикой целостного планирования производственных предприятий. Формат этой программы предусматривает занятия только в России. Принцип дуального подхода, тесное взаимодействие слушателей и наставников сохраняется.

Есть у нас и краткосрочные курсы, информационно-консультационные семинары, проводимые практически без отрыва от производства: люди работают на проекте, потом посещают наши курсы и семинары, 16–40 часов, сдают экзамены и возвращаются на свои предприятия.

Можно сделать и так: направить сначала людей к нам на отдельные модули, информационно-консультационные семинары, чтобы понять, как мы учим, и тогда решить, направлять ли своих сотрудников на следующий год, в октябре или марте, на одну из программ повышения квалификации.

— Все-таки ваш выпускник будет в состоянии реализовать сразу небольшой проект?

— Мы вообще рекомендуем

компаниям, направляющим к нам на учебу своих сотрудников, давать им небольшой проект, который они начнут осуществлять уже в школе под руководством нашего куратора и наставника на своем предприятии. Мы хотим, кроме всего прочего, привить здесь, в России, систему наставничества, и в этом заключается уникальность нашей школы. Тандем наставников вместе с интенсивным теоретическим курсом максимально ускорит развитие молодых специалистов в «генералистов». По опыту могу сказать (а я много лет проработал консультантом в области автоматизации производственных линий, выстраивания внутрипроизводственной и складской логистики, концептуального инжиниринга), что ты мало чему научишься, пока сам не реализуешь проект от начала до конца, не поймешь важность системного выстраивания внутрипроизводственных процессов и особенно коммуникаций с разными участниками проекта, потому что проекты реализуют не машины, а люди. Люди все разные. На больших проектах задействованы большие команды, это часто и иностранцы, а у них другой менталитет. Да и просто у монтажников, работающих на строительной площадке, свой менталитет. Руководитель проекта должен быть к этому готов.

— Вы сотрудничаете с Рейнско-Вестфальским техническим университетом Аахена. Почему именно с ним?

— Акционеры поставили нам цель двигаться в направлении магистерских программ, таких как Master of engineering management, Master of industrial system engineering. Раз мы идем в эту сторону, а по плану это должно произойти в 2016 году, то нужна правильная дидактика, правильное распределение теоретического материала и практических кейсов. Поэтому одна половина наших преподавателей — это преподаватели вузов, а другая половина — люди со стройки, руководители проектов, которые в жизни видели многое. Рейнско-Вестфальский технический университет — один из лучших вузов Германии в сфере инженерно-технического образования. Мы стремимся взять лучшее, и в дальнейшем нашими партнерами могут стать и англичане, и французы, может быть, итальянцы. С другой стороны, я убежден, что, если мы хотим сделать что-то полезное и практически ориентированное, не надо зацикливаться на вузе: базовые курсы примерно одинаковые, и в России есть хорошие программы, например в МГТУ имени Баумана, в Санкт-Петербургском государственном политехническом университете. Но сейчас России надо очень быстро модернизировать экономику, это не сделаешь за счет теоретических курсов. На этой почве у нас возникают даже трения с университетом-партнером, потому что университетские преподаватели заточены на студентов. А я им объясняю, что у нас постдипломное образование и мы учим не отдельным предметам, а взаимосвязи всех этапов инвестиционно-строительного проекта. Нам надо ориентироваться на практиков. А практиков я могу приглашать из любых стран, конечно же, в том числе и российских специалистов.

— Что из своего практического опыта вы и преподаватели МВШИ стремитесь передать слушателям в первую очередь?

— Я бы снова отметил значение системного подхода. В инжиниринге не надо экономить — здесь надо думать. Нормальной можно, скорее, считать ситуацию, когда шесть-семь лет ведутся различные изыскания, планируют предприятие, а потом строят в течение одного-двух лет. К сожалению, бывает и наоборот: быстро принимается решение, начинается строительство, но никто не знает, каким будет конечный результат. Строят или покупают здание, а потом думают, как поместить туда оборудование. Или, скажем, расширяется и автоматизируется завод по розливу воды и напитков. Но с каждой новой линией перекрываются пути к дальнейшему расширению, а на участке отгрузки, имеющем наклон, вместо того чтобы сделать небольшую насыпь в целях экономии, сделан просто крутой съезд в зону отправки продукции, и в результате зимой из-за оледенения склона возникают проблемы с отгрузкой и даже случаются аварии. Конечно, и в первом случае пришлось бы потратить дополнительно несколько десятков тысяч евро, но сейчас речь пойдет уже о сотнях тысяч, чтобы разрешить возникшие проблемы путем инвестиций в лифты, подъемники и дополнительные приспособления.

Еще пример. Предприятие, закупив на полтора десятка миллионов евро оборудования, поставило его в цех с неотремонтированной крышей. На оборудование капало, оно начало ржаветь. Уже в процессе производства начали ремонтировать крышу. Затем, когда оборудование вводилось в эксплуатацию, приступили к шлифовке и реставрации полов. Потом стали их красить. При этом два десятка монтажников оборудования, приглашенных из Европы, каждый день работы которых стоит приличных денег, несколько дней сидели в отеле… Эти детали и примеры из практики очень важны, про них нужно рассказывать слушателям.